Страница 117 из 140
Я ахнула.
— Он… Бальтазар охотится и за вами?
Джон Джеймс медленно кивнул, будто даже это движение давалось ему с трудом.
— Боюсь, что да. И теперь, после нашей встречи, я опасаюсь, что он найдёт меня ещё быстрее и убьёт. Ведь мне слишком многое известно об Алине и этих кинжалах. — Его голос стал глухим. Он медленно сложил руки перед собой.
— Мне очень жаль.
В груди будто появился тяжёлый камень. Куда бы я ни пришла, за мной словно неизменно следовали чужие страдания.
— Всё в порядке, дитя, — устало произнёс Джон, потирая лоб. — Ваша мать чувствовала то же самое.
— Тогда… вы знаете, где может быть мамин дневник?
Даже само слово «мама» вызвало у меня приступ тошноты.
— Да. Знаю.
Я резко выпрямилась, широко распахнув глаза.
Я уже ожидала услышать очередной тупик.
— Серьёзно? Тогда где он?
— Алина передала его Эйану Малику, — энергично кивнул Джон Джеймс.
Мы с Марселиусом переглянулись.
— Кто такой Эйан Малик? — спросил Марселиус.
Глаза Джона потемнели.
— Малик — чрезвычайно опасное и могущественное порождение тьмы. Он — воплощение греха и силы. Он копия Бальтазара. Такой же, как он.
Я вцепилась в край стола, пытаясь удержаться.
— Ну конечно. Всё как всегда. Сначала мне нужно было найти этот дневник. Я искала его повсюду. Потом кайова напали на наше племя. Затем встреча с Бальтазаром, и он пообещал сломать меня. Из-за той битвы я потеряла ребёнка. Во время нападения кайова я потеряла мужа. А теперь вы говорите, что мне нужно забрать мамин дневник у демона, который так же страшен, как Бальтазар?
Новая волна слёз подступила к глазам.
Джон Джеймс перегнулся через стол и мягко похлопал меня по руке.
— Всё не так ужасно, как вам кажется.
— Просветите меня, — язвительно ответила я.
— Малик действительно беспощаден и опасен. Но он сам охотится на Бальтазара. И когда найдёт его — убьёт. Он уже очень давно строит планы, как уничтожить Бальтазара.
Перед глазами всё поплыло.
— Малик способен убить Бальтазара? Я думала, Бальтазар неуязвим.
— Не совсем, — ответил Джон. — У Бальтазара есть слабое место. И этим слабым местом является Эйан Малик. Если Бальтазар узнает о Малике, он сделает всё, чтобы уничтожить его. Малик знает все его тайны. Вы должны найти его. Только он сможет вам помочь.
— Что? Почему он вообще должен мне помогать?
— Позвольте рассказать вам, кто такой Малик и почему он так важен. — Джон Джеймс задумчиво потёр подбородок. — Малик стал порождением тьмы, когда ему было пять лет. Тьма рождается в тот момент, когда Рождённый временем впервые совершает путешествие во времени. И жажда убийства проявилась в Малике сразу же, в столь раннем возрасте.
— Бальтазар стал свидетелем того, как этот маленький мальчик убивал без малейшей жалости. Именно тогда он понял, что Малик — такое же порождение тьмы, как и он сам. Первая жертва Малика произвела на Бальтазара огромное впечатление.
Я презрительно скривила губы.
— Очень похоже на Бальтазара.
— После этого, — продолжил Джон Джеймс, — Малик убивал часто и без всяких колебаний. Его жажда крови не знала границ. Тогда Бальтазар взял его к себе как приёмного сына. Он воспитал его, и по мере взросления Малика они вместе предавались всевозможному разврату. Убивали вместе, делили любовников. Что бы ни делал Бальтазар, Малик всегда был рядом, разделяя с ним каждое новое открытие. Вместе они были непобедимы — никто не мог их остановить. Бальтазар гордился тем, что воспитал сына, столь похожего на самого себя, достойного продолжателя своего пути. Малик ни разу его не разочаровал. И сам он был счастлив видеть в Бальтазаре отцовскую фигуру.
Меня едва не вывернуло наизнанку.
— Бальтазар не… О боже…
— Что такое? — спросил Марселиус, хватая меня за запястье.
Я тут же выдернула руку и зло посмотрела на него.
— Не трогай меня.
— Бальтазар и Малик… они ведь не делили между собой мою мать? — с отвращением спросила я.
— О нет, боже мой, конечно нет, — поспешно ответил Джон Джеймс.
— Вы уверены? По-моему, я бы этого уже не выдержала.
— Нет, нет, нет. Для Малика Алина была под строжайшим запретом. Бальтазар лично проследил за этим.
— Слава богу. — Я вытерла пот со лба.
— Нет, женщин они делили, но не Алину. — Джон Джеймс на мгновение задумался. Когда его взгляд вновь обрёл ясность, он продолжил: — Малик отличается от Бальтазара. Хотя его воспитывал Бальтазар, Малик умён — намного умнее своего наставника. Он замечает каждую мелочь. Он хитёр, расчётлив и прекрасно умеет играть на чужих чувствах. Всё шло хорошо, пока Малик не влюбился в Рождённую временем по имени Лейла. Она стала для него всем. Он был ею одержим.
Он задумчиво коснулся губ.
— Так вот… когда Лейла узнала о его тёмной сущности, она воспротивилась. Она сказала: «Я хочу нормальной жизни!» Сами понимаете, для демона это практически невыполнимое требование. И всё же Малик попытался изменить своё поведение. К сожалению, ничего не вышло. Чтобы сохранять свою силу, ему необходимо было убивать. Тогда Лейла узнала, что кинжалы Солнца и Луны способны избавить его от тьмы.
— Правда? — Я прижала ладони к щекам.
— Да. Кто-то рассказал об этом Лейле. Тогда же она и Малик выяснили, что Бальтазар тоже охотится за этими кинжалами. Только ему они были нужны совсем по другой причине — чтобы стать ещё сильнее. — Джон Джеймс вздрогнул. — Ох… если кинжалы Солнца и Луны попадут в руки Бальтазара, случится нечто ужасное. Поистине ужасное. Весь мир погрузится в хаос.
— Почему? — спросил Марселиус.
— Потому что Бальтазар сможет править всем миром! — Джон широко развёл руками. — Он сможет погрузить мир во тьму и уничтожить всех людей!
Я невольно ахнула.
Несмотря на свою слабость, я вдруг почувствовала невероятную решимость найти кинжалы и любой ценой не позволить Бальтазару завладеть ими.
Джон Джеймс покачал головой. Морщины вокруг его глаз стали ещё глубже от тревоги.
— Это было бы настоящей катастрофой. Он заставил бы людей убивать друг друга, а затем пожирал бы их души. Его сила стала бы настолько огромной, что уже ничто и никто не смогли бы его остановить.
Я повернулась к Марселиусу.
— Мы не можем позволить ему заполучить это оружие!
— Ну вот. Наконец-то у нас появился план, — сказал Марселиус с самодовольной усмешкой.
Я презрительно фыркнула, полностью проигнорировав его замечание.