Это война, братишка

— Всё, отвалите, пока я не подала на вас в суд за ограничение моего личного пространства, – растолкала репортёров локтями, бросила скейт и поехала в сторону универа.

Сердце колотилось в ушах, перед глазами всё плыло, и это просто ужасно. Откуда, чёрт! Откуда они это взяли? А если дойдёт до родителей? Фак!

Проезжая перекрёсток, чуть не угодила под колёса красной иномарки и поняла, что пора остановиться. Просто встать, выдохнуть и написать Максу сообщение.

«Братец-кролик, у нас проблемы».

«Штирлиц близок к провалу».

«Ты знаешь, как добраться до границы с Мексикой?»

Три коротких сообщения, и я уверена Макс поймет. Подобную бредятину я бы никому не осмелилась написать, даже Дашке. И это только укрепляет мою веру в родство наших душ.

«Держись. Жди меня в час и не вешай нос. Твой кролик)))»

Убрала телефон и уже спокойно добралась до универа. Я так думала..

Студентки бросали на меня косые взгляды, шушукались и противно смеялись. О, просто замечательно!

— Это правда? – вместе с визгливым криком в спину мне полетел журнал.

Спокойно повернулась, оценив вид взбешённой Джесс, и подняла журнал. Нашла нужную страницу с нашим фото после концерта и пробежалась по строчкам.

— Что конкретно? – спокойно спросила, выгнув бровь. Как говорит Олег: «Если самое плохое уже случилось, какой смысл расходовать нервные клетки?» – То, что Градов мой брат? Или то, что мы с ним.. кхм.. спим?

Джесс сжала кулаки, зло прищурившись, готовая броситься на меня в любую секунду. Да что я ей сделала? А главное, Макс? Он что, не дал ей?

— Ты спишь с ним? – визгливо воскликнула девушка, тряхнув чёрной шевелюрой.

— Пусть это останется тайной, – загадочно произнесла я, но поворачиваться спиной не спешила.

— Что тебе нужно, Джесс? – раздался бархатный голос Дастина. Ну просто великолепно! Кто ещё?! Обама?

— Я говорю не с тобой, – огрызнулась девушка, но заметно притихла.

— Ты говоришь с моей девушкой. У тебя какие-то проблемы? Я искал тебя, – а это уже мне и таким ласковым голосом: обделаться от умиления можно.

Я не стала сопротивляться, когда Дастин меня уводил, но это не значит, что я ничего не заподозрила.

— Что тебе нужно? – спросила, как только мы поднялись на второй этаж и спрятались за колонной.

— Я могу то же самое сказать для прессы, мы с тобой обнимемся, поцелуемся, и ваши похотливые попки будут спасены.

— Ты идиот? – не сдержалась я. Нет, ну какой же он имбецил, ему точно двадцать один? – Откуда мне знать, что не ты слил прессе всю эту бредятину, а ведь вполне мог. У тебя мотив на лицо!

Дастин вполне натурально опешил.

— Зачем мне это? Думаешь, я настолько пал, что опустился до грязных сплетен? Я просто воспользовался удачно подвернувшейся ситуацией. Предлагаю тебе выгодную сделку.

— Иди к чёрту! Ты и твоя сделка! Достали, – развернулась и быстрым шагом пошла на лекцию. Не собираюсь из-за этой дребедени занятия пропускать, тогда мама точно расстроится.

Максим

Я уже собирался выходить из театра, как дверь гримёрной распахнулась. На пороге, словно дьявол во плоти, стояла Виктория в коротком красном платье. Длинные волосы она собрала в высокий хвост, и видимо, решила меня сразить цветом своей ярко-красной помады.

Окинул девушку презрительным взглядом и понял, как далеки были мои вкусы от идеала. А ведь мне нравился такой стиль. Я был в восторге от всего короткого и яркого. Только вот вкусы меняются. На смену старым пришли новые: футболки, шорты и простота стиля. Всё-таки старею.

— Чего тебе? – не очень дружелюбно бросил, потому что нервы на пределе. Уже звонил продюсер и требовал в срочном порядке разрешить эту ситуацию, иначе наше турне стоит под вопросом. Журналисты облепили здание театра, и затаившись, ждут своего часа. Но больше всего я переживаю за мелкую. Мне пусть хоть всю кровь высосут через трубочку, а Заразу не трогают.

— Разговор. Думаю, смогу тебя заинтересовать, – самоуверенно произнесла Виктория и вошла, осторожно закрыв дверь на щеколду. Любопытно.

— Вряд ли, – усмехнулся, но сел за стол, сцепив руки в замок. – Слушаю.

На стол опустился большой белый конверт. Молча подтянул его и достал фотографии. О-о! Сука! Какая же ты сука! И сейчас, чёрт возьми, последует шантаж. Какой надо быть дурой, чтобы нанять детектива и следить за мной? Но хрен ей тёртый, а не сердце Максима Градова.

Собираю всю волю в кулак, чтобы не взорваться и не показать, как сильно она меня задела. Ещё одного скандала не хватало. Хочешь ударить побольнее, изобрази равнодушие.

— Хм.. – задумчиво потёр подбородок, перебирая фотки. – А вот на этой мы с Ками неплохо получились. Правда? – и взгляд такой..

Что это с ней? Плохо, что ли?

— А вот тут мне нравится, как смотрится её стрижка. Во! Эта особенно удачная! Поставлю в рамку. Слушай, можно я фотки себе оставлю?.. У тебя же наверняка дубликат есть.

Ох, это надо видеть! Лицо Виктории – это нечто. Похоже, кто-то сбит с толку. После такого сложно шантажировать.

— Ты что-то хотела? – вывожу девушку из оцепенения, демонстративно убирая фотки в свою папку.

— Послушай, Градов, – шипит фурия, впиваясь ногтями в мой стол. – Прекращай паясничать, иначе эти фотографии попадут в прессу. Вокруг тебя и так шумно..

О, какая игра! Какой накал! Браво!

— Чего ты хочешь? – ради удовлетворения любопытства интересуюсь я.

— Наша свадьба в обмен на эти фото. Ты сделаешь мне предложение, и общественность никогда не увидит этого позора.

Я сейчас захлебнусь её пафосом. Как можно быть такой наивной дурой?

— На что ты рассчитываешь, Виктория? На долгую и счастливую семейную жизнь? Путём шантажа?

Господи, сколько раз в фильмах я видел подобную чушь и всегда удивлялся тупости злодеев. Почему никто не желает думать наперёд. Дальновидность нынче не в моде?

Девушка дёрнулась, открыла рот, но так и зависла. М-да.. эту часть плана никто не продумывал.

— Ладно, давай так: ты подумаешь пару дней, что тебе со мной делать после свадьбы, а я пока подумаю, соглашаться ли на твоё заманчивое предложение. Идёт?

— Один день, – выйдя из прострации, сообщает Виктория.

Мало. Но лучше, чем нечего. Сейчас я заберу с универа генератора случайных идей, и мы быстренько обстряпаем это дело.

— Хорошо, – улыбаюсь и первым выхожу из гримёрной.

Нахожу Мича и пробиваюсь через толпу журналистов, успевая отшучиваться, прыгаю в машину и выдыхаю.

— Дело дрянь, – говорит Мич, закурив.

— Ничего, прорвёмся, – уверенно отвечаю и еду за мелкой.

Камила