Страница 31 из 72
Пожала плечами и вышла на улицу. Я направлялась в салон, надеясь, что Ирма и Эдуардо не выгонят меня. По пути купила тортик и зарулила в «Лотос».
— Привет! – с порога набросилась на меня Вики. Латиночка, гибкая, словно тростиночка, выплыла мне на встречу и приобняла. – За прической?
— Почти, – уклончиво ответила. – А где Ирма?
— О, она в зале, постоянного клиента стрижёт.
— Птичка, дорогая! Каким ветром тебя занесло? – из-за занавески показался Эдуардо. – Я вышел на твой зовущий акцент, – улыбнулся мужчина. Ух! Не будь он геем.. может, сказать ему, что я гей? Я ведь мальчиков люблю, очень люблю!
— Пришла к вам по одному секретному и очень важному делу. Можно обсудить за чашкой чая, – красноречиво приподняла тортик.
— Оу-у.. – Эдуардо воровато огляделся и распахнул занавеску. – Залетай, птичка. Попробуем решить твою проблему.
Я улыбнулась и поспешила. Меня провели в маленькое подсобное помещение, в котором было ну очень большое зеркало с трюмо, и усадили за столик. Окон здесь не было.
Эдуардо хозяйственно забрал тортик и достал чашки. Только сейчас обнаружила маленький эклектический чайник и полку с заварками и банкой кофе.
— Рассказывай, – велел парикмахер, опуская пакетик в кипяток.
— Да что рассказывать. Хочу своего братишку.. удивить. Мне нужно эффектное появление, чтобы сразить его в самую голову. Я имела в виду сердце, конечно.
— Насколько эффектное? – профессионально уточнил мужчина, разрезая тортик.
— Чтобы прямо ух-х.. ба-бах.. и пуф-ф-ф.. – показала руками «ядерный гриб», чем рассмешила бедного Эдуардо.
— А ты, птичка, с приветом, я смотрю, – беззлобно заметил мужчина. Я усмехнулась.
— В точку. – Пододвинула к себе блюдце и взяла ложку. – Только чтобы потом отмыться могла. И мне не надо, чтобы он голову потерял при виде меня. Типа «вау, какая красотка», а наоборот.
— Любишь ты своего брата, – мужчина покачал головой и сел напротив.
— Вы когда-нибудь просыпались по утрам Чарли Чаплином?
— Нет, – сдерживая смех, ответил он.
— А я просыпалась..
На этом парикмахер решил сдаться, и мы спокойно попили чай, обсуждая политику и прочую муру. Потом мы пошли в зал, где меня усадили в кресло, а в середине действа к нам присоединилась Ирма и приняла активное участие в создании шедевра.
Через два с половиной часа красотка от «Лотоса» была готова. Я смотрела на себя в зеркало и не могла не ржать.
— Не смейся, косметика потечёт, – Ирма шлёпнула меня по рукам.
— Ага, – кивнула, улыбаясь во весь рот. – Максик будет счастлив.
— Жёстко ты с ним, – заметила хозяйка салона.
— Да ладно, хороший панк получился, – отмахнулся Эдуардо и проверил устойчивость моего цветного ирокеза.
— Ух! – не сдержалась и показала отражению язык. Половина моего лица была исписана тушью, изображая какие-то узоры. Рисовали быстро, но получилось красиво. Губы чёрные, на одном глазу белая линза с маленьким чёрным зрачком, уши до самых кончиков усеяны серьгами, цепи на шее и на комбинезоне, одну штанину я разрешила отрезать и распустить бахромой: чего не сделаешь ради любимого брата. На руках чёрные, обрезанные перчатки байкеров и сомнительные татушки. Я блистала.
— Ну, я пошла, – выдохнула, заплатила за работу и попрощалась с мастерами, пообещав потом прийти рассказать, как всё прошло.
Ну, Максик, я иду. Топ-топ..