Страница 55 из 97
Глава 27
Кристиан
— И давно у тебя проблемы с самоконтролем?
Дамиан прошёлся по помещению. Я не обернулся. Таращился невидящим взглядом в окно. Через мутное стекло были видны продуктовые прилавки.
Толпа людей стихийно проносилась между ними, сметая товары, как саранча.
Видимо, меня ждала душеспасительная беседа…. Я мысленно выругался.
— Не так, чтобы очень, — выдохнул и усмехнулся, фокусируя взгляд на карусели. — А ты с каких пор в мозгоправы заделался? Я на приём не записывался.
Лошадки и драконы, расписанные яркими цветами, взмывали вверх и опускались вниз, катая на спинах довольную ребятню.
В такт моему гневу, накатывающему волнами и отступающему, сменяясь смятением.
В присутствии Адрианы дракон сходил с ума и рвался наружу. В груди зудело, и я никак не мог понять — в чём причина нового и чуждого ощущения.
Мы боролись с чешуйчатым, подавляя волю друг друга, так, что мысли путались. Его дико тянуло к жене, и я чувствовал эту нездоровую тягу каждой клеткой тела. Не потому, что противился ей.
Ирония заключалась в другом: я сам готов был наплевать на возможную причастность Адрианы к шпионажу, на её предательство, заключить в объятия и заслонить от целого мира.
Чтобы защитить и оградить от опасности. Чтобы никому не досталась.
Но разум настойчиво твердил о безрассудстве и давил на болевые точки, вороша память. И борьба с самим собой переросла в исступление.
Я оказался на волоске от того, чтобы закинуть Адриану на плечо и унести, к ехиднам, как можно дальше.
Чуть слышно зарычав сквозь стиснутые зубы, я потёр пальцами переносицу.
— Кто-то же должен поддержать тебя, Крис. Для этого и нужны друзья, — мягко внёс ясность Дамиан, постукивая костяшками пальцев по оконной раме.
Я прикрыл веки, медленно выдыхая и отпуская напряжение. С Дамианом мы знакомы…. да слишком давно, чтобы помнить.
Он гораздо старше меня и опытнее, хотя внешне мы выглядели ровесниками. Причуды драконьей сущности. В определённом возрасте мы перестаём стареть и до преклонных лет остаёмся молодыми и выносливыми.
А дальше — как повезёт. Насколько здоровья хватит, как говорится.
Всему, что знаю, я обязан Дамиану. После академии посчастливилось попасть на стажировку в его отдел в канцелярии, там в итоге и остался. Он обучал меня следственным премудростям и стал близким другом.
Я доверял Дамиану безоговорочно и всегда прислушивался, он не раз меня выручал и поддерживал. И я отвечал ему тем же — в любое время дня и ночи.
Чисто случайно он оказался сегодня на ярмарке — привёз супругу и детей прокатиться на колесе обозрения и полакомиться фермерской выпечкой.
Прогуливаясь между рядами прилавков, заметил Адриану и, мягко говоря, изумился.
Сразу же связался со мной — полюбопытствовать, что за ролевые игры мы затеяли. Прервав допрос и бросив подозреваемого в камере, я примчался на ярмарку.
Не ожидал, что она на самом деле стоит за прилавком и чем-то торгует…. Это уже перебор! Я-то рассчитывал поймать её с поличным, передающей какие-нибудь секретные документы красноглазым.
Каково было моё удивление….
— Не понимаю, что происходит, если честно.
Дамиан хмыкнул и приблизился, заложив руки за спину.
— Тогда тебе повезло, дружище, что я оказался рядом, — с ноткой иронии протянул он. — Полагаю, ты испытал состояние, близкое к исступлению?
Я покосился на него.
— Да что ты об этом знаешь?
Он запрокинул голову и тихо, но с чувством рассмеялся. Вдоволь навеселившись, выпрямился и похлопал меня по плечу.
— Представь себе, я проходил через это, только воспринял легче, ведь морально был готов. Ожидал от своей взбалмошной жёнушки подобного фокуса.
Я непонимающе уставился на него, разворачиваясь. И скрестил руки на груди.
— Пока не улавливаю связь, Дамиан. Давай без ребусов, я сейчас на взводе — совсем чуть-чуть.
Он загадочно ухмыльнулся.
— Как скажешь, Крис. Сто лет не видел тебя таким серьёзным — видать, и правда всё настолько паршиво. — Выдержал паузу, нахмурился и снова прошёлся мимо меня. — Тебя ослепили гнев, задетое самолюбие и обида, мой друг. Не лучшие помощники в расследовании. Понимаю, не каждый день твою семью затрагивают интриги, и ты не сумел подстроиться. Какая же удача, что у тебя есть я! Да, от скромности я точно не помру.
— Бесспорно, — устало улыбаясь, я задумчиво покосился в окно.
— Пусть я недостаточно близко знаком с Адрианой, но вполне достаточно, чтобы заметить в ней кардинальные перемены. Она же говорит даже иначе, неужели ты не обратил внимания?
— Обратил. Раньше она не позволяла себе спорить со мной и огрызаться. И что бы это значило? Просветишь меня?
— А то, что перед нами уже не твоя жена. Это совершенно другая женщина. И, смею предположить, она из другого мира. Так что прояви терпимость. Представь, каково бедняжке: попала в чужое тело, в чужой мир, где предстоить приспосабливаться к непривычному ритму жизни и правилам. Ей ой как непросто, да ещё всех собак спускают и обвиняют в мыслимых и немыслимых грехах.
— Э-эм, — протянул я и запнулся. — Допустим, хотя звучит на грани безумия. Но даже если так, то это не отменяет того факта, что моя жена причастна к шпионажу.
— Согласен. Но с этого момента воспринимай их как двух совершенно разных женщин. Новая Адриана, очевидно, не несёт ответственности за деяния прежней хозяйки тела. И раз дракон сходит с ума по этой новой Адриане, то это знак, Крис. Силы свыше буквально на блюдечке с голубой каёмочкой привели к тебе твою вторую половинку. А ещё она в серьёзной опасности, и ты обязан оберегать её.
— Как обширны твои познания….
Он уловил сарказм в моих словах и улыбнулся.
— С недавних пор я изучаю случаи с появлением иномирянок — в свободное от основной работы время. И их не так уж и мало. Занятно, скажу тебе.
— С каких-таких пор?
— О, я не посвящал тебя в некоторые аспекты своей семейной жизни. Видишь ли, однажды Аделина решила разыграть меня и подселила в своё тело девушку из другого мира, а сама переместилась в чужое. Ей показалось это забавным. Но, по иронии судьбы, я нашёл в иномирянке свою истинную, а Аделина где-то так и скитается из тела в тело.
— Но тогда где же моя жена? — получилось сказать с третьей попытки. Челюсть так и норовила отвалиться. Ну и новости!
Дамиан остановился, повернул голову и изогнул бровь.