Страница 37 из 97
Я мазнул взглядом по бумагам и снова вернулся к её лицу. Нахмурился и потёр задумчиво подбородок.
— Долго вы ещё там стоять будете?
И провоцировать меня — чуть не произнёс вслух.
Она игриво закусила нижнюю губу.
— А вам разве не нравится?
Закатив глаза, я попытался отпустить напряжение.
Нравится, разумеется! Но дело превыше всего, как бы ни было тяжело признавать.
— Благодарю за впечатляющую демонстрацию. А теперь поднимитесь, леди Вальдрэйн, и мы продолжим беседу, — сухо отрезал и сложил руки на животе, ожидая, когда она соизволит встать с пола.
С удивлением усмехнувшись, драконица грациозно и с неожиданным для ситуации достоинством поднялась с коленей. Вернула пергаменты на стол и обошла моё кресло, приглаживая ладонями складки платья.
Взгляд сам собой скользнул вдоль аппетитных изгибов её тела, на миг задержался на бёдрах, туго обтянутых бархатистой тканью.
Опасная дамочка. Доказать хочет, что способна, не напрягаясь, задурить мне голову, сыграть на животных инстинктах и манипулировать.
Я нисколько не сомневался — большинство мужчин заглотили бы наживку.
Но хоть убейте, не мог я припомнить среди служащих канцелярии подобных мастериц.
Убедившись, что Мираэль больше не пытается ко мне прикоснуться, я вернулся к бумагам.
— В мои руки попала информация о том, как и кого соблазнила ваша шпионка. Имени никто не называет, но достоверно известно, что она из близкого вам окружения. Она же передала секретные данные в штаб императора через его тайных агентов, — сухим, деловым тоном продолжила драконица. — Наш враг на шаг впереди, лорд Лоуренс. Готовится диверсия, лазутчики уже проникли на территорию королевства. В ваших же интересах как можно скорее поймать предательницу.
Я сдержал раздражение, тяжело вздохнув.
— Тогда дайте мне понимание того, кем она может быть, в завершённом виде, а не в намёках.
Мираэль не ответила сразу.
Её пальцы скользнули по краю стола, почти касаясь моей руки, и остановились рядом с одной из строк.
— Вы работаете с информацией иначе, чем большинство, — произнесла она, глядя не на меня, а на бумаги. — Вы не доверяете даже собственным сотрудникам в полной мере, поэтому часть данных держите вне канцелярии.
Я резко поднял взгляд.
— Осторожнее, леди Вальдрэйн.
Она медленно повернула голову и посмотрела прямо на меня.
— Я и так осторожна, — ответила она тем же тоном. — Иначе мы бы сейчас не разговаривали. — Вот здесь, — произнесла она, наклоняясь ближе, — вы упускаете деталь.
Я перевёл взгляд туда, куда она указывала, хотя внимание невольно цеплялось за другое: за тепло её дыхания, за вырез платья, за плавное движение плеча.
Она играла со мной и умело выбирала дистанцию — не слишком близко, чтобы это выглядело навязчиво, но и не настолько далеко, чтобы это можно было проигнорировать.
— Я ничего не упускаю, — ответил я сухо.
Она едко усмехнулась.
Её пальцы скользнули по листу, но на долю секунды задержались дольше, чем требовалось.
Опять.
Я поднял взгляд.
— Вы пытаетесь меня отвлечь?
Она посмотрела на меня прямо, без тени смущения, и в её глазах мелькнул рубиновый отблеск.
— Я пытаюсь вам помочь, — произнесла она мягко.
Неубедительно.
Эта драконица прощупывала меня, искала брешь в броне, и я сам чуть не позволил её обнаружить. В первую нашу встречу она показалась мне разумной, деловой женщиной.
Сейчас я понимал, что она гораздо опаснее, потому ещё более притягательна.
Я снова посмотрел на бумаги, мысленно отсекая её присутствие. Игнорируя её намёки и старания навести меня на нужную ей догадку.
И только теперь увидел строку, которая раньше не бросалась в глаза.
И в какой-то момент в груди похолодело, как перед ударом.
— Откуда это, — произнёс я уже без вопросительной интонации.
Мираэль не ответила.
Я откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы, и на секунду закрыл глаза.
Это были имена.
Настоящие имена тех, кого не существовало ни для одной из канцелярий, ни для одного из официальных реестров — людей, внедрённых в окружение императора Морвенна, с отточенными легендами, с многолетней подготовкой, с доступом, за который платили слишком высокую цену.
Эти сведения не передавались в канцелярию.
Никогда.
Данные хранились в моей спальне в закрытом стенном ящике, и доступ к нему имелся лишь у меня.
Их знали единицы.
Я и те, кто уже не мог их выдать.
Я медленно поднял взгляд на Мираэль.
— Эти люди были раскрыты, — сказала она, и голос прозвучал глухо, почти безэмоционально. — Их взяли живыми. Допрашивали, а потом показательно казнили.
Я сжал пальцы.
В кабинете стало тихо.
Три имени. Всего три. Но этого было вполне достаточно, чтобы разрушить всю сеть.
Я знал это.
И она знала, что я знаю.
— Предыдущий переговорщик передал вам список имён, лорд Лоуренс. Кто его видел?
— Ни один человек из моих сотрудников их не видел, — отчеканил я. — Как и обещал.
— Послушайте, я рискую, приезжая сюда. Обещание — недостаточно убедительная гарантия. Мои люди погибли.
Я стиснул челюсти.
Информация утекла у меня из-под носа. Если император успел не только вычислить агентов, но и выбить из них всё, что можно…
— Попробуйте вспомнить, есть ли в вашем окружении подобные женщины: они неизменно притягивают внимание, обладают утончённой, неброской внешностью и держатся скромно, но при этом вокруг них всегда оказывается немало мужчин.
Я открыл глаза. В голове замелькали настораживающие мысли. На языке крутилось одно-единственное имя.
Кто мог попасть в мою спальню, не вызывая подозрений? Разумеется, жена!
Неужели…. В груди вспыхнул гнев, разлился по венам.
Адриана и её сестричка вечно собирали вокруг себя поклонников и собеседников, хотя умом обе не блистали. Жёнушка и двух слов связать не могла, а у Флоренс рот не закрывался, и несла она всё, что в голову приходило без разбора.
Я наблюдал и никак не мог понять, о чём говорить с этими пустышками?
И только сейчас меня осенило: на шумных сборищах Адриана всегда держалась в стороне — с почти ангельской внешностью, со скромной, невинной улыбкой, мимо которой было трудно пройти.
Так она ловила наивных жертв, словно мух на мёд?
Она часто где-то пропадала и уклончиво отвечала, куда уходила. Как мышь вела себя дома.