Страница 13 из 53
Глава 3. Будни Академии
Проводив Этьен, закончив дела в Соленгаре и вернувшись домой, Луи пару дней приходил в себя после внезапного путешествия, всё думая о том, как там устроилась неугомонная девчонка, прежде чем вернуться к своим обычным занятиям и приготовлению зелий. Наступило лето, а с ним близилась заготовка ингредиентов и выполнение накопившихся заказов. Они стопкой лежали в почтовом ящике его лавки, ожидая когда травник вернётся и возьмётся за их изготовление. Луи бегло просмотрел исписанные листы, разложив их в порядке срочности и взялся за работу. В этот раз из-за непредвиденных обстоятельств, в лице внезапно свалившейся (а точнее, едва не увязшей в болоте) Этьен он отсутствовал дома гораздо дольше, чем обычно, так что к работе необходимо было приступать незамедлительно. Луи зашёл в мастерскую и начал выгружать из сумки всё, что успел добыть за время этого необычного похода. Он мог купить любой ингредиент, но предпочитал собирать всё, что возможно, сам, чтобы быть уверенным в соблюдении всех тонкостей правильности сбора и подготовки. К тому же, парню нравилось бродить по лесам, полям, лугам и прочим живописным местам. Это придавало ему сил и наполняло энергией.
Луиджи уважал свой труд и всегда назначал справедливую цену за зелья, но если видел что ситуация того требует, помогал совершенно бескорыстно, ничего не прося взамен. Люди не меньше уважали его самого, поэтому всё, кто имел такую возможность благодарили травника, чем могли. А иные, побогаче, и вовсе платили гораздо больше назначенной цены. Сначала Луи пытался отказываться, но понял, что людей это огорчает, поэтому смирился и привык, просто делая что должен. Откровенно говоря, он работал вовсе не ради денег. Зелья, порошки и травы были его призванием и талантом. Он просто не мог иначе.
Хоть у Луи и была собственная лавка, большинство приготовленных зелий, когда тех набиралось достаточное количество, он относил в Соленгар, сдавая в аптеку при гильдии, чтобы помочь и немного разгрузить знакомых зельеваров. Так же, парень порой относил зелья заказчикам сам, если знал, что окажется рядом с местом, где жили люди попросившие о помощи, ведь захватить с собой несколько дополнительных флаконов не составляло для него труда.
Жизнь Луиджи вошла в обычное русло. Иногда, ни с того ни с сего, его вдруг посещали мысли, всё ли в порядке с Этьен, учитывая её способность влипать в неприятности, но он говорил себе, что она в Академии, и там ей не дадут творить глупости.
***
В первый учебный день, с самого утра, Этьен отправилась вместе с остальными учениками к наставнику по стихийным искусствам. Высокий серьёзный мужчина средних лет оглядел первогодок сквозь стекла очков и разделил их по стихиям на четыре группы: огонь, вода, земля и ветер. Каждая из групп отправилась следом за своими наставниками и на огромной тренировочной площадке осталась одна Этьен, тут же почувствовав себя неуютно. Наставник подошёл к ученице и предупредил:
– Мне сообщили, что твоя стихия не известна. Проникновение в разум для определения способности к одной из них – довольно неприятная процедура. Ты можешь чувствовать недомогание некоторое время после. Не беспокойся, это нормально.
Наставник коснулся лба Этьен и девушка почувствовала, что её сейчас вывернет наизнанку. Весь мир закружился, а голову сжало, словно тисками. Проникновение длилось всего несколько секунд, но девушке они показались вечностью. Наставник отстранился с озадаченным выражением лица, а Этьен стояла, ловя ртом воздух и едва могла перевести дух.
– Очень странно, – произнёс он. – Я не вижу в тебе ни одной из стихий.
Этьен ошарашенно замерла.
– Разве так бывает? – спросила она.
– Нет. В этом и дело, – мужчина поправил очки и с интересом, будто диковинную зверушку, оглядел девушку. – Но в тебе определённо есть сила, и не малая. Думаю, на тебя стоит взглянуть каждому из наставников по стихиям. Возможно, я чего-то не разглядел.
От мысли о том, что в её разум проникнут ещё четырежды, Этьен замутило. Не так она представляла себе начало обучения…
– Сейчас тебе стоит вернуться в комнату и прилечь. Обычно последствия проникновения в разум настигают не сразу.
Этьен кивнула и поплелась к жилому корпусу. Наставник по стихийным искусствам проводил её долгим внимательным взглядом. Впервые за всю жизнь он видел столь необычное явление. Ему хотелось подольше задержаться в разуме ученицы, рассмотреть необычную силу как следует, но ничего не вышло – его буквально вытолкнуло наружу. Наставник почувствовал недомогание и поспешил в свои покои на ходу отпивая зелье. Похоже, что работать сегодня он будет уже не в состоянии.
Едва Этьен добралась до комнаты, её голову словно пронзило тупым мечом, а в глазах начало двоиться. Девушка с трудом дошла до кровати и легла, сжавшись в комок. Теперь ей было понятно, почему Луи отказался смотреть её стихию: вряд ли кому-то в здравом уме захотелось пережить это вновь. Этьен пролежала так несколько часов, прежде чем её измотанный организм погрузился в спасительный сон.
Когда она пришла в себя, за окном совсем стемнело. Линувиэль тихонько сидела в кресле с книгой, не зажигая свечей, чтобы не мешать соседке, довольствуясь лишь тусклым светом заклинания, освещающего страницы.
– Как ты себя чувствуешь? – сочувственно спросила она, заметив, что Этьен проснулась.
– Так, словно моей головой пробили городскую стену, а затем ею же заменили выбитые камни, – сказала девушка, садясь на кровати.
Её зрение все ещё оставалось недостаточно чётким, от чего казалось, будто у эльфийки четыре уха вместо двух. Этьен потрясла готовой, но тут же пожалела об этом опрометчивом жесте, вызвавшем новый приступ дурноты. Лина подсела рядом, протянув девушке стакан прохладной воды и флакончик с серебристой жидкостью.
– Что это? – поинтересовалась девушка.
– Сегодня было групповое занятие по зельям и я попросила у наставника что-то, способное облегчить последствия проникновения в разум. Он сказал, что такого средства не существует, но потом дал мне это. Обещал, что поможет от головной боли.
– Спасибо, – благодарно произнесла Этьен выпив зелье, которое обладало настолько резким ментоловым вкусом, что у неё моментально онемели губы, и прилегла обратно на кровать.