Страница 74 из 76
Поэтому-то, когда Козырь перевел взгляд на Черепа, в глазах пахана блистал лед.
— Ты мне тут сказки не рассказывай, Череп, — произнес он тихо, но так, что звенья золотой цепи на столе, казалось, звякнули от напряжения. — Нетути, не видели… Вы что, институтки в пансионе? Третий день вола водите!
— Иван Дмитрич, так ведь он неместный… — попытался было оправдаться Череп, нервно дернув щекой, отчего шрам исказился.
— Заткнись! — рявкнул Козырь, и быки у двери подобрались. — Я тебя к себе взял зачем? Чтоб ты мне сказки на ночь сказывал? У тебя вся Лиговка под каблуком, каждая шавка подзаборная тебе в рот смотрит, а ты одного босяка-шпаненка из-под земли достать не можешь? Грош цена такой ищейке!
Череп засопел, набычившись, но взгляд отвел. Крыть было нечем.
Козырь барабанил пальцами по столешнице, выбивая дробь приговора. Проблема затягивалась, и это выглядело скверно.
— Ладно, — резко сказал он, принимая решение. — Хрен с ним, с Пришлым. Залег на дно — а мы его с другой стороны за жабры возьмем. Я это дело не оставлю!
Козырь подался вперед, хищно щурясь.
— Найди мне Кремня. Хоть со дна Обводного достань. Он небось где-то там под мостами щемится. Возьми за глотку и тряхни так, чтобы он вспомнил все: и где его новые дружки лежбище устроить могли, и с чего кормятся, и чем дышат. Вытряси из него душу. Срок — два дня. И не дай бог тебе, Череп, снова пустым прийти. Тогда я с тебя спрошу.
Череп молча кивнул. В его единственном глазу загорелся недобрый огонек гончей, которой дали след.
Пыжов злорадно улыбнулся.