Страница 73 из 75
Эпилог
Неделя перед экзаменами превратилась в настоящую муку и истязание организма. Айрин огородилась учебниками, утонула в терминологии, захлебнулась правилами. Если в практике она была хоть наполовину уверена, то с теорией выходили дела плохо.
Только глубокой ночью, когда Айрин ложилась и, перед тем как провалиться в крепкий и короткий сон, думала о Кристальном, приходило осознание, что она просто прячется. Избегает серьезного разговора, ответственности..
Поэтому за два дня до экзаменов, она отправилась в библиотеку, хотела отыскать информацию об Истинных парах, но потерпела неудачу. Сидела и задумчиво выводила узоры на столе, пока не пришел рыжий друг и не позвал обедать.
Точно! Осенило ее. Кот!
Айрин подскочила, схватила шерстяного друга и усадила перед собой, жадно вглядываясь в янтарные глаза.
— Ты меня пугаешь, — признался Рыжий и попытался удрать, но ведьмочка ловко его перехватила.
— Расскажи об Истинных парах.
Кот вздохнул.
— Я тебе сейчас расскажу, и ты окончательно струсишь и сбежишь, — фыркнул, неодобрительно сверкая большущими глазами.
— Не сбегу, — неуверенно призналась Айрин. — Но знать должна. Что меня ждет? Может, Шэно ошибся?
— Шэно не ошибся, — мурлыкнул шерстяной. — Драконья сущность позволяет чувствовать то, что ты почувствовать не можешь, пока связь Истинных не пробудится.
Айрин нахмурилась.
— То есть, он с самого начала догадывался?
— Об этом лучше с ним поговорить, — многозначительно протянул Кот и снова попытался удрать.
— Тогда расскажи об Истинных, — не унималась Айрин, для себя решив, что сначала выяснит этот вопрос, а уж потом встретится с драконом, которого упорно избегает. При мысли о Кристальном — холодок пробежал по коже и осел волнением в душе. Не хорошо она поступает. Шэно, наверно, волнуется..
— Души Истинных пар связанны незримой нитью. Это половинки одного целого. Они притягиваются, Айрин, — загадочно улыбнулся Кот. — Как бы ты не противилась, не сопротивлялась, но если «половинки» однажды встретились, уже никогда не расстанутся.
— Звучит угрожающе, — растерянно усмехнулась Айрин, теребя край форменной юбки. В голове вертелось множество вопросов, и все они только добавляли тревоги и беспокойства. Появилось ощущение, будто ее лишили выбора, лишили свободы, словно она не властна над ситуацией и собственными чувствами.
— Ох, Ринка, — сочувственно вздохнул Кот. — Намучается Кристальный с тобой.
— Что?! — Айрин чуть со стула не свалилась. — А чего это он намучается?
Рыжий иронично усмехнулся.
— Ну, маленькая ты еще.
Айрин насупилась и хотела выкрикнуть, что ей вообще-то девятнадцать, но вовремя прикусила язык. И, правда, маленькая. А по сравнению с драконом так вообще, малявка. И вдруг осенило. Шэно ведь ее не ищет. Не тревожит. Вопросами не донимает, хотя наверняка все понимает. И что Айрин боится, и что трусливо прячется от него, но не навязывается. Дает возможность во всем разобраться самой. Принять решение. Успокоиться. Не давит. Не кричит, что они Истинные и ей некуда деваться. По сути, он отпустил ее..
Айрин стало трудно дышать. Воздух будто выкачали. Она расстегнула несколько пуговиц блузки и ослабила галстук.
— А что будет, если мы расстанемся, например? — задала волнующий вопрос, а у самой сердце заходится.
Кот покачал головой и улыбнулся, как всегда глазами. Кошачья мимика большее не позволяла.
— Не расстанетесь вы.
— Неужели невозможно? — прищурилась Айрин, пытаясь успокоиться наконец.
— Почему же? — фыркнул Кот. — Очень даже возможно. Только сама не захочешь.
Вот еще! Мысленно возмутилась Айрин, но тут же себя отдернула. А действительно, почему она должна хотеть расстаться с Шэно? Лишь потому, что успела себя накрутить? А не проще ли спросить у него самого?
— Спасибо, — облегченно улыбнулась Айрин, чмокнула Кота в нос и поспешила к себе. Сегодня терроризировать Кристального уже поздно, но вот завтра.. Как раз перед экзаменами, самое время для выяснения отношений.
Снилась какая-то околесица. Айрин ворочалась и несколько раз просыпалась от ощущения, что на нее пристально смотрят. Этот взгляд не пугал, но настораживал. Воспоминания о матери и Асмодане совсем свежи. Такое непросто забыть и нелегко пережить. Более того, даже во сне не покидала тревога: хотелось уже все решить между ней и Кристальным. Определиться. Понять. А еще лучше — просто увидеть его.
Айрин проснулась с осознанным ощущением того, что безумно соскучилась. Соскучилась по этим жемчужным глазам, по колючему, ледяному взгляду, по робкой улыбке украдкой. По тому комфорту и теплоте, что всегда испытывает рядом с Шэно. Решено. Вечером она с ним поговорит.
За завтраком, Айрин хотела подойти к дракону, хотя бы просто сесть рядом. Улыбнуться. Но его вдруг не оказалось в столовой. А Эрил лишь развел руками. Поискала Кота: уж он-то точно знает, где крылатого носит, но и друг отправился с ректором в город, по делам.
Тревога нарастала. В итоге, лекции слушались вполуха, ну хоть тренировка с деканом прошла нормально. Точнее Айрин поспешила выложиться по полной, чтобы первой сбежать с площадки.
Вприпрыжку мылась, переоделась в простое хлопковое платье на бретельках и поспешила в комнату дракона. Держаться больше не было сил.
Хотела постучать, но передумала и вошла.
Кристального не было. Внутри все опустилось. В душе похолодело, а грудь сдавило.
Неужели уехал? Неужели не выдержал и бросил? Забыл? А может, она все себе придумала, и не было никакого признания в любви? Хотя, может, просто что-нибудь случилось? Неотложные дела на Материке? Ну, мог хотя бы предупредить..
Айрин начала заводиться. Невыносимо смотреть на застеленную кровать в пустой комнате. Чтобы не задыхаться от безысходности, нужно срочно чем-то себя занять, пока мысли окончательно ее не съели.
— Глупыха, — раздался мягкий голос за спиной, заставив вздрогнуть. — Когда ты уже начнешь мне доверять? — прозвучало больше насмешливо, чем укоризненно.
Шэно обнял со спины и прижался, уткнувшись подбородком в плечо.
— Ты так громко думаешь, — признался, ласково урча в самое ухо, вызывая тысячи мурашек на теле.
Айрин чуть не заскулила от нахлынувшего облегчения, развернулась в руках дракона и обняла его за шею.
— Я дура, — призналась тихо.
— О, даже не сомневаюсь в этом, — поддержал чешуйчатый гад. Еще и смеется! Но гладить продолжает и не выпускает, что успокаивает. Пусть ворчит, пусть насмехается. Только не пропадал больше..