Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 152 из 171

46

Анна

– Мелани, можно попросить вас спуститься к остальным и сказать, что сейчас будет еще одно собрание? Подождите меня в гостиной, я скоро приду.

Мелани с тоской смотрит на бельевой шкаф:

– Но я хотела принять душ.

– Простите, я все понимаю. Но собрание вряд ли затянется надолго, так что после него вы сможете сделать все, что нужно.

– Анна, дело в Треворе? Сомневаюсь, что сегодня мы придумаем что-то новое на этот счет.

– На повестке дня еще несколько вопросов.

Нащупав в кармане служебный ключ, я молюсь про себя, чтобы она поскорее пошла на первый этаж. Если мы задержимся здесь еще на какое-то время, другие гости решат подняться к себе. А мне нужно, чтобы все они были в одном месте – тогда я смогу спокойно обыскать их номера.

– Ну раз вы настаиваете…

Мелани неохотно выходит в коридор и захлопывает за собой дверь.

Дождавшись, пока она скроется из виду, я открываю номер Тревора. На самом деле я на сто процентов уверена, что Тревор не имеет никакого отношения к моим злоключениям: он пытается облегчить свое состояние при помощи «Валиума», наверняка для него каждый день превращается в сущий ад.

В номере пусто. Зубная щетка и паста исчезли, стоявший на полу рюкзак тоже. О том, что здесь вообще кто-то жил, говорит лишь слегка примятая постель. Закрыв дверь в номер Тревора, я думаю, к кому бы заглянуть дальше. Только что мне довелось побывать у Мелани и Малкольма, а к Джо я заходила после ночного инцидента с Кэти. Забежать к Кэти? Ее я вычеркнула из списка подозреваемых. Если бы она была дочерью Питера Кросса, тогда у нее мог быть мотив следить за мной, но я уже выяснила, что с Питером у нее нет ничего общего. Остаются Фиона и Кристин. Номер Фионы ближе, поэтому я открываю его. В отличие от комнаты Мелани и Малкольма, где стоял запах сырой одежды, в спальне Фионы гораздо приятнее. В воздухе витает аромат ее духов, на столике аккуратно расставлены туалетные принадлежности, средства для макияжа и ухода за волосами. Фиона полностью распаковала все свои вещи, в то время как другие гости предпочли этого не делать. В ее шкафу стоит пустой рюкзак, одежда разложена по ящикам комода. Я принимаюсь рыться в ее вещах, краем глаза следя за дверью и замирая от любого шума вроде грохота труб или скрипа деревянных балок. Во всех ящиках только одежда, никаких посторонних предметов, но в верхнем я натыкаюсь на кошелек. Мои руки дрожат, когда я начинаю перебирать ее карточки. Все они выданы на имя «Фиона Гардинер», равно как и водительские права. В них указаны дата рождения – пятнадцатое августа тысяча девятьсот восемьдесят третьего года (значит, ей почти тридцать пять) – и адрес: Лондон, Уимпол-стрит, 15А. Больше в кошельке нет ничего примечательного, кроме маленькой распечатанной открытки со словами: «Для целого мира ты всего лишь человек, но для одного человека ты целый мир». Внизу размашистым почерком написано:

Люблю тебя, Фи. Твой М. Целую.

М.? Наверняка это тот самый бывший Фионы, о котором она говорила, когда мы ходили проверять топливный бак. Я уже хочу засунуть открытку обратно в кошелек, но вдруг останавливаюсь.

У меня перед глазами всплывает лицо Мохаммеда, сидящего рядом со мной на пассажирском сиденье. Его голова запрокинута назад, а из слегка приоткрытого рта доносится тихий храп. Что, если Фиона была девушкой Мо? Насколько я знаю, он как раз встречался с кем-то постарше. Помню, как Фредди подкалывал Мо после того, как увидел фото его подружки. Он сказал, что тот встречается с любительницей парней помладше, но ее имени я не расслышала и переспрашивать не стала. Да и с чего бы? Их личная жизнь не мое дело. По крайней мере, раньше я считала именно так. Только теперь до меня доходит, как мало я знала о своих коллегах.

Но зачем Фионе следить за мной? Она говорила, что парень бросил ее ни с того ни с сего. Даже если это был Мо, почему Фиона хочет, чтобы я «уснула», ведь он остался жив? Может, она считает, что их расставание – моя вина?

Вложив открытку в кошелек, я кладу его на место и подхожу к прикроватному столику, на котором, рядом со стаканом воды, лежит мобильник. Я беру его и нажимаю на кнопку внизу экрана. Экран загорается, но на телефоне установлен пароль. Картинка на заднем фоне выглядит вполне себе обычно: тропический пляж с кристально чистой водой. Никаких фотографий или чего-то намекающего на Мо. Проведя пальцем вверх, я пытаюсь ввести пароль наугад.

1234

Неверный ПИН-код.

4321

Неверный ПИН-код.

Я пробую набрать первые четыре цифры даты ее рождения, как вдруг на этаже слышится какой-то скрип. Держа мобильник за спиной, я подкрадываюсь к двери и осторожно выглядываю в коридор, но там никого нет. Я глубоко вдыхаю. Нужно рискнуть еще раз.

1508

Неверный ПИН-код.

0883

Неверный ПИН-код.

Черт. Можно часами тыкать в эти цифры, а мне надо бы успеть осмотреть номер Кристин. Нехотя положив телефон Фионы на столик, я приподнимаю матрас. Пусто. В шкафу тоже никаких сюрпризов. Если это Фиона пришла по мою душу, ей прекрасно удается держать все в тайне.

Открывая дверь в номер Кристин, я чувствую угрызения совести. Миссис Сомс немногим старше моей мамы, а моя мама была бы

очень сильно недовольна,

если бы кто-нибудь посторонний вздумал копаться в ее вещах. Когда я была подростком, она устроила мне самую настоящую головомойку за то, что в ее отсутствие я решила поискать расческу у нее в комоде. Даже не представляю,

как

мама узнала, что я рылась в ее вещах, но она была вне себя от злости.

У Кристин еще опрятнее, чем у Фионы. На столе, тумбочке, полках пусто, исчезла даже бутылка виски, которая стояла здесь некоторое время назад. В отличие от Фионы, Кристин разложила не все вещи. В шкафу висят брюки, свитера и несколько шарфов в цветочек, но в рюкзаке еще остались три пары носков, прозрачный пенал с ручками внутри, чехол для очков и аптечка. Я уже протягиваю руку к аптечке, как вдруг мне на глаза попадается книга. От времени ее обложка истрепалась и покоробилась, а пожелтевшие страницы пошли волнами.

«Книга сна: стихотворения»

Мне становится не по себе, когда я вижу на обложке блеклый сельский пейзаж: зловещие силуэты голых деревьев на фоне огромной желтой луны.

Название книги связано со сном, но наверняка это всего лишь совпадение. Нет ничего удивительного в том, что Кристин интересуется поэзией, ведь раньше она работала в школе.

Если только она не врет.

Открыв оглавление, я читаю:

Сэр Филип Сидни.

Сонет 39 («Приди, о Сон, забвение забот…»

[25]