Страница 5 из 24
Подруга садится на подоконник около меня и хмыкает:
— это не мы такие, Катюха. Жизнь такая. Вот ты проходила через все это, — кивает на молодых. — Я помню, собственноручно фотографировала вас перед самой свадьбой. Вы так же светились. А потом — вуаля; я тебя разлюбил, а ее полюбил по второму кругу.
Закусываю губу.
— Прости, — Геля смотрит виновато.
Отмахиваюсь от нее и перевожу взгляд на ребят.
— Может, у них все будет иначе, Гель? Вдруг они проживут счастливую жизнь, нарожают кучу детей, а потом вместе состарятся и умрут в один день.
— Да конечно, — закатывает глаза. — 0, гляди, они сейчас прямо при нас трахаться начнут.
— Перестань пялиться, — касаюсь ее плеча и заставляю Гелю отвернуться
Сама устало провожу рукой по лицу. На лбу выступает испарина, мутит.
Подруга заглядывает мне в лицо и хмурится:
— Катюш, ты чего? Бледная такая, — трогает мой лоб и бросается к окну, приоткрывает.
Холодный воздух врывается в помещение, становится немного легче.
— Ты меня пугаешь, подруга. Погоди, сейчас я воды принесу, — убегает куда-то и через минуту возвращается с бутылкой воды.
Трясущимися руками сворачивает крышку и протягивает мне.
— Только не пей быстро. Мелкими глотками.
Послушно пью воду и откидываюсь назад, опираюсь о холодное стекло.
— Ты как? — Геля берет меня за руку.
— Получше, спасибо, - вяло улыбаюсь ей.
— Надо сворачивать съемку, - заявляет решительно.
— Осталось пятнадцать минут, я справлюсь. Мне правда уже легче.
Ангелина садится рядом со мной:
— Ты беременна, да? — спрашивает тихо. — Я когда Анечкой была беременна, меня вот так же накрывало в первый триместр.
Геля у нас мать-одиночка, воспитывающая дочь без мужа. Моя героиня.
— Не знаю, — облизываю губы. — Просто в последние дни я чувствую себя очень странно.
— Мутит? — трогает заботливо мой лоб.
— Да. Причем и утром, и вечером.
— Да, это неприятно, — соглашается. — Ты тест на беременность делала?
— нет, — веду плечом. — Все надеюсь, что это недомогание, связанное со стрессом, и оно вот-вот пройдет.
— Пройти-то пройдет, — кивает и улыбается. — Просто через девять месяцев.
Я не реагирую на ее веселье.
Продолжаем съемку, потом Ангелина напрашивается со мной домой, чтобы вместе сделать тест. Эта поддержка очень ценна. Одной мне и вправду страшно его делать.
— Какой взять? — рассматриваю в аптеке различные тесты.
— Да обычный бери, если беременность есть — любой тест покажет, Катюх. Все остальное маркетинговый ход.
Покупаю тест, в гостинице закрываюсь в ванной и делаю все по инструкции, затем выхожу.
Геля сидит в кресле у окна. Увидев меня, поднимается, подходит ближе.
— Ну что там?
— Пока одна. Но надо ждать, еще не время.
Вместе садимся на кровать.
— Что будешь делать, если все-таки окажешься беременна, Кать?
— Не знаю, — пожимаю плечами. Думать об этом страшно. — Артем говорил, как хорошо, что у нас нет детей, потому что не хотел бы забирать ребенка у матери.
— Да когда он успел стать таким козлом! — восклицает подруга.
Пожимаю плечами:
— Тем же вопросом задаюсь.
Переворачиваю тест.
Две.
Роняю лицо в ладони и реву. Гелька гладит меня по спине, уговаривая, что все хорошо и что я справлюсь.
Мне бы ее веру в это светлое будущее, потому что внутри я эмоционально пуста.
— что мне делать теперь, Гель? — поднимаю на нее зареванное лицо. — Я вот-вот стану разведенкой. Ребенок родится, на что я жить буду?
— справимся, — заявляет твердо. — Я ж сама справилась, Кать. Сложно. Порой очень одиноко и обидно, особенно когда видишь, как парочками с детьми гуляют. А ты одна, всегда одна. Потому что отцу твоего ребенка нет дела ни до тебя, ни до вашего общего малыша.
— Я боюсь.
— Это только поначалу страшно, — улыбается мягко. — А потом ты берешь в руки сверток — и знаешь, сразу крылья за спиной раскрываются. Все это очень тяжело, Кать. Ты сама видела, как я валилась без задних ног. Но оно того стоит, подруга. Я бы свою доченьку ни на какие блага не променяла.
Улыбаюсь ей сквозь слезы.
— оставляем?
— Да. Никому не отдадим.
Даже родному отцу.
7.
Катя
Пинаю носком ботинка комок грязного снега.
Уже пора проходить в здание ЗАГСа, но я оттягиваю неизбежное до последнего. Варюсь в воспоминаниях и мыслях.
Снова по десятому кругу вспоминаю, как хорошо нам было с Артемом. Как все начиналось, реалии совместного быта, свадьба. Первые ссоры и первые примирительные поцелуи и объятия.
Не было никогда идеально, но мне и не нужно это было. Самое главное, чтобы мы были рядом друг с другом.
Сам развод не страшен.
По факту это всего лишь еще одна бумажка с печатью.
Я не хочу идти в ЗАГС не потому, что через несколько минут стану беременной разведенкой, а потому, что останусь одна.
Все мои мечты, многоэтажные башни планов, все эти наши «долго и счастливо» просто рассыпаются и утекают сквозь пальцы, как стылая вода.
Вчера ты жил счастливо, у тебя было все для того, чтобы радоваться каждому дню. Ну или почти все.
А сегодня ты просыпаешься в одиночестве в стылом гостиничном номере. Сегодня ты понимаешь: дальше сама. И любить больше некого. Кто этот человек, бывший некогда моим мужем? не могу его любить.
Ко всему прочему я боюсь еще, что мне может стать плохо в ЗАГСе. Не хватало только этого. Так что я остаюсь стоять на улице и жду положенного времени, чтобы за пару минут до него пройти внутрь.
Всего какая-то пара недель, а нас уже готовы развести.
Вот что делает животворящая сила денег. Законы перечеркиваются, судьбы рушатся беспощадно.
— Давно стоишь тут? — Артем подходит со спины, и я резко оборачиваюсь.
Мой пока еще нынешний муж выглядит вроде бы как всегда. Костюм, поверх него пальто. Та же стрижка, тот же аромат парфюма. Но несмотря на это, я понимаю — уже чужой.
И взгляд иной. Раньше в нем была теплота, восхищение, а сейчас.. пустота.
Артем осматривает меня с ног до головы.
Сегодня я старалась выглядеть как обычно. Все, чтобы показать, что развод ничего не меняет в моей жизни.
— Приехала пять минут назад, — вру Артему и кручу перед ним мобильным: — По телефону просто говорила.
Муж склоняет голову набок:
— Выглядишь бледной.
— Тебе кажется, — отвечаю и обхожу Артема по дуге, направляясь ко входу.
Вокруг нас толком нет людей. День будний, желающих пожениться не наблюдается, прохожих тоже нет.
— Кать, — Артем касается моего локтя и разворачивает меня к себе.
Опускаю взгляд и смотрю на наши руки.
Флешбэки из прошлого тут же придавливают меня. Воспоминания бегут вереницей, одно болезненнее другого.
От греха подальше мягко освобождаюсь и обнимаю себя.
Лицо Артема впервые за последние наши встречи хоть что-то выражает, только разобрать, что именно, у меня не выходит. Не может же он раскаиваться? Страдать он тоже не может. У него принцесса Диана теперь.
— Кать, я хотел сказать тебе кое-что, — смотрит мне в глаза.
Как когда-то.
Я тону в темной бездне его взгляда. Маленькая, глупая девочка внутри меня мечтает о том, что сейчас он скажет, как виноват и что сожалеет обо всем. Что не может без меня и хочет вернуть.
Что она, та красавица с небесными глазами, не нужна ему и вообще все это было просто глупым недоразумением.