Гори ярко

Настоящего Джерико Анна никогда не встречала. Чарльз сказал, что его тело похитили одновременно со смертью всех тех вражеских солдат. Трудно сказать, были ли те мужчины убиты Джерико или перевертышем, чтобы привлечь Чарльза в дом Джерико. Вряд ли они узнают это когда-то.

Эстер, Джонси, Джерико и Девон… Они потеряли так много оборотней за очень короткое время. Анна прижалась ухом к груди Чарльза, слушая ровное биение его сердца.

Внезапно все его тело напряглось, и он сел. Чарльз уставился на неё широко раскрытыми глазами, словно заметил ее слезы.

— Лея спасла меня, — заявил он недовольным голосом.

Анна не смогла сдержать смех. А затем поплакала ещё немного.

Чарльз занялся с ней любовью, что помогло успокоить ее слезы, и его уязвлённое самолюбие.

Но прежде чем заснуть, он пробормотал:

— Лея до конца жизни будет мне это припоминать.

— Ничего страшного, — ответила Анна. — Если бы ты был мёртв, тебя бы не волновало, что скажет Лея. Я надеюсь, она будет мучить тебя, как следует.

Тогда он сонно рассмеялся, и этот сладкий звук последовал за ней в её сны.

* * *

Бран припарковал арендованный серебристый «Камри» на дороге перед своим домом, потому что ближе места не было. Он оставил свой чемодан в машине и пошёл в дом.

Свет в окнах доказывал, что никто не спит. Он почувствовал смутное ожидание, которое говорило ему, что стая чувствует его, хотя не знает о его приближении. Стоя на крыльце, он расправил плечи и открыл связи, принимая обратно ответственность, которую передал своему сыну.

На мгновение это чувство захлестнуло его с головой. Он сделал шаг в сторону, чтобы не упасть. Затем всё встало на свои места, и было такое ощущение словно он никогда и не уезжал, за исключением недостающих частей: нет связи с Эстер и Джонси, который зажигал душу Брана, как ядерный взрыв, нет связи с Джерико, который мог бы научить Тега паре вещей о борьбе с волком, нет связи с Девоном, который оставался добрым, даже после стольких горестей в его жизни.

Когда Бран вошёл в комнату, в воздухе воцарилась ожидающая тишина.

Уставший Жюст поднялся со своего места и опустился перед Браном на колено.

— Мы подвели вас, сир.

Да. В Европе управляют стаями иначе.

— Встань, — сказал маррок, стараясь не говорить раздражённо. В конце концов, это он подвёл их. Но эта стая не должна чувствовать, что их лидер сомневается в себе, поэтому он не мог извиниться перед ними, как бы сильно этого ни хотел.

— Встань, приятель, — вмешался Тег. — Здесь мы не становимся на колени. Если он захочет перегрызть тебе горло, ты узнаешь. А так мы можем извиняться и стоя на ногах.

Бран оглядел комнату. Асил встретил его взгляд с насмешливым сочувствием. Судя по краткому докладу, который Чарльз оставил в голосовом сообщении, Асил не знал, что Бран уехал из опасений, что Лея — предательница. Но Асил был мудрым старым волком и выглядел так, будто всё понял.

— Я думаю, — произнес Бран, — что при данных обстоятельствах нам повезло, что мы не потеряли больше членов стаи. Спасибо вам.

Тело Девона лежало на стойке бара, мёртвый волк свернулся калачиком, словно просто спал. Бран наклонился и поцеловал его в лоб.

На мгновение он увидел дикого, смеющегося молодого человека, полного радости и жаждущий приключений.

«Пошли, Бран, — сказал он тогда. — Будет весело. Мы все оборотни, давай присоединимся к Дикой Охоте!»

Тег, стоявший за плечом Брана, проговорил:

— Помнишь тот день, когда он уговорил нас всех попытаться найти Дикую Охоту?

Воспоминания Брана иногда просачивались сквозь связи стаи, если он был неосторожен.

Маррок покачал головой.

— Безрассудный идиот.

— Ты так ему и сказал, — согласился Тег. — Но всё равно пошёл с нами.

Это было шестьсот лет назад, плюс-минус пятьдесят лет. И теперь из тех, кто бежал той ночью, остались только Бран и Тег.

— Да, я пошёл, — повторил Бран.

Он оставался там ещё немного, чувствуя, как его присутствие успокаивает стаю, пока они не начали расходиться по двое-трое, отправляясь домой отдыхать. Пока не остался только он.

Он нашёл Лею в их спальне. Она свернулась калачиком в кресле, читая журнал, который отложила, когда он вошёл в комнату.

— Мне нужно извиниться перед тобой, — сказал Бран. — Я думал, что ты предательница.

— Я? — спросила она. Изумление в ее глазах сменилось пониманием. — Вот почему ты уехал. Если бы я предала тебя и стаю, тебе пришлось бы убить меня.

Он кивнул.

— Я не могу этого сделать. Ты знаешь почему. Поэтому я оставил это дело Чарльзу. Прости.

Она приподняла брови.

— За что? Я польщена тем, что ты подумал, будто я предательница. Нужно быть очень изобретательной и способной, чтобы быть так близко к тебе и предать тебя.

Она не лгала. Но он знал её достаточно хорошо и видел боль в ее глазах.

— Мне следовало догадаться, — сказал он. — Ты всегда действовала в интересах стаи.

Лея пожала плечами.

— Я никогда не подозревала Сейдж. Такова природа предателей, не так ли?

Она встала и неторопливо направилась к нему, и мягко поцеловала в губы.

— Я принимаю твои извинения, хотя они мне и не нужны. Ты выглядишь усталым. Иди в постель.

Бран расстегнул рубашку, и Лея забрала ее, чтобы положить в корзину для белья. Она подошла сзади, положила тёплые руки ему на плечи и разминала мышцы, целуя его в позвоночник.

— Иди в постель, — снова повторила она.

И он так и сделал.

* * *

Чарльз проснулся и проверил свой мобильный телефон, обнаружив, что проспал тридцать часов.

Он принял душ, почистил зубы и заплёл волосы, слушая, как его отец, Анна и Уэлсли возятся на кухне и готовят завтрак. Чарльз вышел из спальни, неторопливо вошёл на кухню и обнял свою пару сзади, пока она взбивала яйца. Он поцеловал её в ухо.

Чарльз поднял глаза на отца, который прислонился к стене у задней двери, скрестив руки на груди. Бран Корник, маррок, лидер большинства оборотней Северной Америки и некоторых в Южной Америке уже пару месяцев, выглядел усталым.

— Доброе утро, отец, — приветствовал он. — Уэлсли.

Художник улыбнулся ему с другой стороны кухни, где намазывал масло на тосты.

— Доброе утро, Чарльз. Ты как раз вовремя. Твой отец собирался рассказать нам, почему он был так уверен, что именно Лея — наша предательница.

— Ты был прав, — заметила Анна. — Это было в досье, которое прислал Бойд.

Чарльз взглянул на отца, и тот ответил ему виноватой улыбкой.