Гори ярко

Декорации из «Спящей красавицы» исчезли, как и Чарльз, и Анна осталась стоять в огромной сероватой пустоте. И только тощий золотой волк был рядом.

Его шерсть свалялась, на теле были рваные раны, из которых сочилась кровь и желтоватая жидкость. Он тяжело дышал, низко опустив голову, выглядя даже более усталым, чем она себя чувствовала.

«Иди домой, Намвигн Беа, — сказал ей волк голосом Уэлсли. — Иди домой и отдохни».

Это был очень разумный совет, потому что она устала. Анна сделала шаг и рухнула. Земля приподнялась и поймала её в нежные объятия. Анна мягко похлопала её.

— Спасибо, — пробормотала она и закрыла глаза.

* * *

Кто-то грубо разбудил ее.

— Выпей это, mija. Обещаю, поможет.

Ей следовало бы знать, что это будет Асил, подумала она раздражённо. Асил не уважал ничьих границ, кроме своих собственных.

Зная, что бороться с ним бесполезно, она выпила сладкий чай, который он поднёс к её губам. И выпила вторую чашку. К третьей чашке она уже сидела сама и пришла в себя достаточно, чтобы оглядеться.

Анна сидела на милом диванчике в светлой комнате. Одна стена комнаты представляла собой огромное окно, выходящее в лес. Комната была огромной и в основном пустой. В одном углу была хорошо оборудованная современная кухня, а диванчик, на котором она сидела, стоял в углу. В стене рядом с диванчиком зияла огромная дыра.

За дырой оказалась комната с земляным полом, где она помогала Уэлсли сражаться за свободу. Тело Уэлсли всё ещё лежало на земляном полу.

Она моргнула, глядя на него. Она не могла сказать, дышит он или нет.

— Допей, — сказал Асил из кухни. Он открыл холодильник и изучал содержимое. — Я приготовлю тебе еду.

— Он мёртв? — спросила она.

Асил вытащил голову из холодильника и посмотрел через зияющую дыру на их распростёртого на земле хозяина.

— Нет, — ответил он. — Но думаю, ему потребуется немного больше времени на восстановление, чем тебе. Освобождение от сильного проклятия обычно оставляет жертву с ужасным похмельем. — Он задумчиво помолчал. — Или мёртвым. Думаю, он не против похмелья.

Анну завернули в одеяло. Она смутно помнила, как Асил ее умыл. Её избаловали тремя чашками сладкого чая, и теперь Асил воровал для неё еду. Уэлсли не двигался.

— Асил, — медленно сказала она, — мне казалось, Уэлсли тебе нравится.

Асил вытащил из холодильника упаковки с мясом для сэндвичей и кусок сыра и одарил её вежливо-удивлённым взглядом.

— Конечно. С чего бы мне его недолюбливать? Он понял, кто ты, и решил, что это может помочь ему выбраться из беды, в которую он сам вляпался. Затем он схватил тебя без разрешения, и если бы маррок не открыл шлюзы, ты бы умерла. И, вероятно, вся остальная стая тоже.

— Я не специально, — отозвался Уэлсли, не двигаясь. — Я лишь частично контролировал свои действия последние… Какой сейчас год? Лет девяноста или около того.

Асил указал на него ножом, которым собирался резать сыр чеддер.

— Не вини своего волка в том, что сделал ты. Твой волк только понял, что она предлагает. Это ты решил использовать её, чтобы снять проклятие.

— Справедливо, — сказал Уэлсли. — Думаю, что так и было. — Он помолчал. — Я не жалею. Если бы я убил нас обоих или нас всех… Во всяком случае, если бы мы умерли, я бы жалел. Но раз мы выжили, я просто очень благодарен. Если бы мог двигаться, я бы поцеловал твою руку, Анна.

— Тебе лучше поторопиться, — весело сказал Асил. — Я уверен, что Чарльз уже в пути. Если думаешь, что я недоволен тобой, просто подожди, пока Чарльз не объяснит тебе свои чувства. — Он нарезал сыр. — Чарльз — человек немногословный. Тебе просто повезло, что он перестал носить с собой дубину.

— Кажется, у него есть топор, — сказала Анна.

Асил посмотрел на неё.

— Топор?

Она кивнула.

— Не знаю почему, но, кажется, у него был топор в руках, когда я впервые коснулась его, чтобы узнать, сможет ли он помочь.

Асил улыбнулся.

— Хорошо. Топор — это именно то, что здесь нужно.

— Асил? — спросила она. — Кстати о топорах… Где дверь и дверной косяк?

— Я выбросил их в яму, — сказал он, впервые выглядя немного смущённым. — Дверь мне мешала.

— Оборотень не должен был ее пробить, — пробормотал Уэлсли.

— Я не обычный оборотень, — сказал Асил. — И если бы на ней была дверная ручка, как на любой нормальной двери, она до сих пор была бы на месте.

* * *

Слова Анны, напомнившей Асилу о манерах, вынудили его помочь Уэлсли добраться до стула на кухне. Где он начал есть сэндвичи с такой скоростью, что Асил пожаловался на свою новую работу поваром. Анна и сама проглотила парочку бутербродов и заметила, что Асил съел, наверное, вдвое больше.

Она многое хотела бы узнать о том, что только что произошло, но поймала себя на том, что с трудом может держать глаза открытыми. А потом вдруг осознала, что слышит голос своей пары.

— Анна? — позвал Чарльз.

— Извини, — пробормотала она, не открывая глаз. — Пищевая кома. Со мной это случается, когда меня втягивают в мультфильмы и я сражаюсь со злыми колючими лианами.

— Я буду иметь это в виду, — сказал Чарльз.

«Тебе нужно проснуться, — предупредил братец волк. — Чтобы никто не умер».

И это прекрасно привело ее в чувство. Анна села и потёрла лицо. Асил, Уэлсли и Сейдж были на кухне, и никто из них не выглядел очень счастливым.

Чарльз стоял на коленях рядом с диваном, прижав руку к ее щеке. В другой руке он держал…

— Это, — сказала Анна, — действительно большой топор, которого у тебя не было сегодня утром, когда ты уходил. — И на нём была кровь. Не его кровь, она пахла не как его кровь.

«Не наша», — весело согласился братец волк.

Чарльз хмыкнул, и когда Анна подняла брови, ответил на её невысказанный вопрос:

— Когда ты связалась со мной в первый раз, я только что забрал этот топор у викинга, который на меня напал. Я сломал им его ногу.

— Понятно.

— Мне потребовалось некоторое время, чтобы вырубить его братьев-близнецов, иначе я бы приехал к тебе раньше.

Анна обдумала это заявление и решила, что он не пытается ее развеселить. Он выглядел виноватым.

— Я бы предпочла, чтобы тебя не ранили викинги-близнецы… — это казалось полным абсурдом. — Потому что близнецы-викинги, судя по всему, здесь в порядке вещей. В общем, пожалуйста, сначала позаботься о неотложных делах, прежде чем отвечать мне. Если ты умрёшь, от тебя не будет никакой пользы.

— Я учту это в следующий раз, — заверил он.