Страница 54 из 89
В центре поляны вожатые четырнадцатого отряда Рэм Иванович и Людмила Егоровна уже возятся с костровищем — старым, выложенным камнями кругом, хранящим золу прошлых походов орлят.
— Мальчики, живо в лес собирать хворост! — командует Анна Андреевна. — Владилен Львович вас сопроводит! Девочки, за мной, к ручью! Принесем воды, помоем овощи.
Вслед за Владиленом мы гурьбой отправляемся в лес. За мной увязывается Леонид, чему я совсем не рад. Высокий, крепкий парень с маленькими слегка раскосыми глазами и некрасиво выпирающей нижней челюстью, является одним из страстных поклонников Алисы Селезневой. Из-за недостатков внешности Лёне, скорее всего, ничего не светит, поэтому он вдвойне опасен. Прямо как Квазимодо для Клода Фролло.
Лес молодой, сухостоя в нем почти нет, так что сбор сухих веток и коряг становится непростым делом. Но вот я нахожу упавшую березку, начинаю обламывать ветки. Леонид пристраивается с другой стороны ствола, ломает толстые сучья так, что треск стоит, кажется, по всему лесу.
— Ты раньше в походы ходил? — нарушает он затянувшееся молчание.
— В детстве — да. С отцом.
Это не совсем ложь. В моей, серегасавинской, жизни отец действительно брал меня несколько раз в лес. Не в поход, просто погулять. Побегать по траве, посмотреть на уток. После того, как отец бросил мать и ушел к другой женщине, все прогулки, конечно, прекратились. Но в памяти, кажется, до сих пор живо: дым костра, папина сильная рука на плече, гладь лесного озера.
— Повезло! — вздыхает Леонид. — Мой батя в НИИ работает, так что ему некогда было со мной в походы ходить.
— Работа в НИИ — это важно для страны, — кроме этой плакатной фразы в голову ничего не приходит.
Леонид бросает охапку веток на землю, тут же принимается ломать новую.
— А правда, что ты Анастаса вырубил?
Ну вот, начинается! И ведь знает же все, но спрашивает.
— Ага, — отвечаю, прислушиваясь к веселым крикам пионеров в лесу. — Так получилось.
— Мощь! — восхищается Лёня. — А мне Швабрин легко накостылял.
Ого, это что-то новое!
— Серьезно? За что? И когда это было?
— Да еще в начале смены, — Лёня чешет затылок, будто на него снова обрушился кулак Анастаса. — Из-за Алисы, конечно. Она мне в первый же день приглянулась, я за ней немного, ну, приударил, а Швабрин сразу взбеленился.
— Странный он какой-то, этот Анастас, — не выдерживаю я. — Почему он считает, что имеет какие-то права на Алису? Она разве его девушка?
— Да какое там! — Лёня взмахивает рукой и ржет. — Она его терпеть не может, это все знают. Ей вроде как Борис нравится.
«Ну да, Борис ей нравится», — с сомнением думаю я, вспоминая скользящий по моему торсу взгляд Селезневой.
— А может, и я ей нравлюсь, — с вызовом говорит Леонид. — Так что ты, Денис, особо не подкатывай к Алисе, ладно? А то ведь и по шее можно схлопотать.
Ну, вот! А так все хорошо начиналось.
И, что интересно, Леонид упускает из виду простенький логический парадокс: если я побил Анастаса, а он от Анастаса благополучно отхватил люлей, то кто еще кому может накостылять.
— Да не переживай, — мрачноватым тоном говорю я, собирая ветки. — Мне Селезнева не интересна, если только это не книжка Кира Булычева. Есть и другие девчонки в лагере.
«И не только девчонки, но и молодые, симпатичные женщины», — думаю я, наблюдая, как разглаживаются злые морщины на переносице Леонида.