Страница 84 из 102
Глава 25
Наконец-то я достиг желаемого результата: преподаватель в спешке покинул свой пост, и уроки по его предмету были отменены, по крайней мере, до тех пор, пока не найдут замену.
Я также узнал, что Эли всё же повысили в ранге, и я искренне горд за неё. Я помню, сколько усилий она вкладывала в своё обучение ещё со времён деда, и уверен, что она быстро продвинется по карьерной лестнице.
Что касается моего повышения, то пока неизвестно, но я думаю, что тот дятел не успел передать документы по поводу меня. Возможно, нужно было подождать пару дней, прежде чем устраивать ему незабываемое пробуждение.
Ещё один напряжённый момент — это то, как на меня косился учитель фехтования. По правде говоря, у меня не очень хорошо получается махать железом. Я привык к другому стилю боя — рукопашному с выходом на ножевой бой.
Когда я был по работе в Малайзии, то был впечатлён их стилем боя и задержался там на целых полгода. Конечно, до уровня тех мастеров мне далеко, но я старался оттачивать навыки, когда мог, и это принесло свои плоды. Сейчас мой стиль боя больше похож на рукопашный с двумя вспомогательными оружиями, или грубо говоря с выходом на ножевой. Один нож у меня идёт как основной, а второй — больше вспомогательный, который я держу обратным хватом и на одном пальце. Поэтому я спокойно могу работать двумя руками, нанося как удары кулаком, так и глубокие порезы.
Из-за этого мне очень сложно переучиваться. Даже вчерашние крестьяне меня немного превосходят в фехтовании. Я беру за счёт опыта и правильных движений, надеюсь, в будущем мне будет легче.
Сейчас у нас как раз проходило очередное обучение во внутреннем дворе, и моим напарником, как всегда, выступал Альберт. Радует то, что когда мы занимаемся фехтованием, мы снимаем наши неудобные длинные робы и одеваем вполне приличные тренировочные кожаные доспехи, которые неплохо смягчают удар.
— Тогрин, ты вроде бы реально крут и спокойно можешь отмахаться от толпы, но блин, почему в фехтовании ты... — он прикусил язык, видимо, чтобы меня не обидеть.
— Альберт, говори как есть, что в фехтовании я полный ноль, — сказал я, принимая на блок его удар.
Удар для меня оказался довольно неудобным, и я едва не вывернул себе запястье, слишком неправильно я поставил блок.
— Блядство, — сказал я по-русски.
— Что?
— Ничего, продолжаем.
Мы вновь сошлись в схватке, удары посыпались на меня как из рога изобилия. Я пытался всё блокировать как нас учили, но выходило крайне дерьмово. Но ничего, упорство и труд из обезьяны сделали... Уставшую обезьяну. И в последнее время я как раз уставшей обезьяной себя и чувствую.
И вот Альберт наносит очередной удар, как оказалось, это был обман, и в итоге он с лёгкостью выкрутил финт, и мой деревянный меч улетел в дальние дали... А быть точнее в голову одного из учеников, который фехтовал рядом с нами со своим напарником.
— Ай, осторожней, больно же, — проговорил парень, потирая затылок.
— Извини, дружище, — виновато улыбнулся Альберт, — постараемся больше так не делать.
— Ну уж постарайтесь.
Тренировки продолжались, и я пытался наблюдать за другими учениками, слушать их советы, но получалось не очень хорошо. Ничего, у меня ещё есть время.
Альберт пытался помочь мне, поправлял, а иногда даже поддавался, за что получал тумаки тем же деревянным мечом от меня. Я строго наказал ему больше так не делать.
— На сегодня все ученики свободны, — сказал наш преподаватель.
Он был грозным мужчиной, чем-то напоминающим викинга: полностью выбритая голова, борода до груди, на лице шрамы, что говорило о его боевом прошлом. Он был одет в обычную тренировочную броню и периодически вытаскивал учеников против себя.
— Сложите весь инвентарь и можете быть свободны, — неожиданно обратился он ко мне. — А ты, юный граф, останься.
Я понял, что меня ждут внеплановые уроки. Все ученики, а их было около двадцати, сложили свой инвентарь, а тот, что раскололся, отложили в сторону. Сейчас нас чисто технически учат владеть обычным мечом, после можно будет выбрать обучение двуручному мечу или со щитом.
Когда я остался наедине с преподавателем, он начал говорить.
— Знаешь, я давно слежу за твоим стилем боя, и должен сказать, что он меня разочаровывает.
Это разочаровывает даже меня, что уж говорить о моём наставнике. Но пока промолчим и послушаем, что он скажет дальше.
— То, что я тебе преподаю, абсолютно тебе не подходит. Я вижу, как у тебя уже сформирован стиль боя, и сейчас ты просто ломаешь себя. Могу с уверенностью сказать, что фехтование обычным мечом — это не твоё.
Любопытно...
— И что вы мне посоветуете? — спросил я.
Он внимательно посмотрел на меня, словно стараясь что-то увидеть.
— Видишь ли, юный граф, есть тут один человек, его зовут Ризель Тёмный, «тёмный» — это его прозвище, лучше не упоминай при нём. У него есть собственный стиль боя, возможно, он мог бы тебе подойти, но это не точно.
— И что же это за стиль такой? — спросил я с возрастающим интересом.
— Оберукий мечник, — ответил он. — Конечно, я всегда считал, что владение двумя мечами — это бред. Смотрится, конечно, красиво, но он доказал, что его стиль имеет право на жизнь. По крайней мере, он ещё жив, хотя дуэлей у него хватало. Хотя я всегда полагал и полагаю, что щит и меч превосходят в боевом плане тех, кто любит махать двумя клинками.
— Вы меня извините, но что в этом примечательного? — спросил я.
Мужчина усмехнулся.
— Он держит два меча весьма необычно, один он держит как и полагается, а второй — обратным хватом к локтю. Его стиль чем-то напоминает танец, много движений, много парирований, — он немного задумался и поднял свой взгляд к небу. — У меня как-то было пару тренировочных боёв с ним, и сказать по правде, это была... необычно.
Интересная вырисовывается картина: получается, есть какой-то танцор с двумя клинками. Хотя с самого детства мне вбивали в голову, что два меча обычно используют показушники, и по-хорошему правильно вооружённый и обученный человек с щитом спокойно может уложить такого.