Страница 38 из 68
Теперь уже разревелась и Марыся. Похоже ей действительно было очень стыдно. Я стала успокаиваться. В конце концов, этот мир для меня чужой, а она тут родилась. Неудивительно, что магия этого места принимает ее проще и быстрее. Да и навыки концентрации у подруги куда как лучше моих, с её-то работой!
А мне, может быть, и правда повезёт завтра с другой стихией.
— Не плачь, — я пересела ближе к ней, — всё в порядке. Я обещаю не плевать тебе в спину! И не грызть ночью. Честно-честно!
— А я обещаю не заниматься магией! — она повернулась и обняла меня, не переставая всхлипывать. — Никогда-никогда! Мне нравится плести кружева, не хочу я ведьмой быть.
Старик поднялся и тихо вышел из комнаты.
Другие стихии моих ожиданий тоже не оправдали.
День шёл за днём, но все разделы «магии для чайников», как я её мысленно окрестила, оставались неизменно глухи к моим мольбам и ругательствам.
Фелбс начал потихоньку подводить меня к идее, что вместо бесплодных попыток освоить заклинания следует изучать лекарственные травы и потчевать людей полезными микстурами, постепенно всё меньше пользуясь помощью котика. Работать фармацевтом, короче.
На данном этапе я, конечно, отступить от подспорья в виде пушистого фамильяра не могла. В башню частенько заходили знакомые бабушки. Как-то так повелось, что, хотя я и давала теперь только временное облегчение, как другие здешние волшебники, подруги Акимовны доверяли мне больше, чем остальным знахарям.
Марыся, как и обещала, при моих занятиях не присутствовала, а магических фолиантов и вовсе чуралась, будто заразных.
— А это ничего, что она не развивает свою магию, раз уж есть талант? — спросила я как-то Фелбса. — Разве не надо отчитаться в какую-нибудь академию, что вот — найден новый потенциально сильный колдун, и всё такое?
— Да кто ж заставит? — фыркнул дед. — Не хочет, не надо. Мало их что ли, колдунов этих?
— А что, много? Ну, сколько в процентах от всего населения?
— В процентах, — хитро прищурился хранитель. — Ты бы выбрасывала потихоньку такие словечки из речи. У нас в мире, конечно, кого только не намешано, но зачем всем подряд знать, что ты здесь новичок? Что касается твоего вопроса — ну, десять, наверное. Может пятнадцать. Это из тех, кто проявился. А сколько на свете самородков вроде твоей подруги — бес их знает!
— Ладно. А как вообще работает магия? Откуда берётся? Есть какие-то предположения?
— Отчего ж предположения? Тут как раз всё ясно. Мир, не только наш, кстати, а все миры в целом, обладает огромной созидающей силой. Её надо только взять и направить. Обычно это удаётся людям с сильной волей и хорошей концентрацией. Вот и весь секрет.
— А как же кошачья шерсть? Она же работает!
— Да, тут дело странное, — признал старик. — Между прочим, насколько я знаю, такими удивительными свойствами обладает только твой кот. Я пару раз встречал в Лимбе других, и ничего особенного в них не было. Но кто знает, чего он натерпелся, чтобы обзавестись железным характером и сосредоточенностью каменной статуи?
Я глянула в сторону развалившегося на солнышке зверя.
— Жаль, что я ни тем, ни другим похвастаться не могу.
— Пока не можешь. Но это — дело наживное. Столкнись с трудностями, преодолей их, закали свой дух — вот тебе и сила воли. Упорно тренируйся — и получишь концентрацию.
— Так это что же, любой может научиться?
— Хороший вопрос, — Фелбс улыбнулся и похлопал меня по плечу. — А разве любой человек, сталкиваясь с проблемами, побеждает их и становится сильнее и лучше? Зачастую, знаешь ли, вместо силы воли появляется лишь бесконечное нытьё. Так что нет. Думаю, не любой.
Оставив меня наедине с этой мыслью, он отправился по своим делам куда-то в недра библиотеки.
«Сила воли, значит. Преодоление трудностей».
Отчаянно резанула тоска по дому. Как там родители? Уже отчаялись или всё ещё ищут? Неимоверно захотелось вернуться в Питер и забыть этот мир, словно сон.
«Ладно», — решила я. — «Буду оттачивать силу воли завтра. А сегодня, пожалуй, пойду поною вволю».