Страница 8 из 9
– Красивое имя. А я как раз подсолнухи высадила. Скоро вырастут большущие цветы и будут ребятишек радовать, – сияя улыбкой, сказала Сугиура. Как и говорили девочки, она и впрямь заботится о проходящих мимо детях.
Мне вдруг подумалось, что ей следовало бы носить что-то менее вызывающее, но я тут же себе напомнила – неправильно судить о людях по внешности. Мне бы не понравилось, если бы другие люди называли мою одежду странной.
– Помочь вам чем-нибудь? – спросила я, отгоняя противоречивые мысли. Хотелось отблагодарить Сугиуру за советы.
– Да, буду признательна.
– Когда моя бабуля была жива, я любила помогать ей в саду.
Я соврала. На самом деле мать не разрешала мне заниматься садоводством, чтобы не повредить руки. С другой стороны, мне и правда очень хотелось помогать бабушке.
– Что ж, тогда я вдвойне рада.
Поскольку я была в школьной форме, мне досталась только негрязная работа: повыдергивать сорняки, посадить в землю несколько семян и полить их из лейки.
– Благодаря такому имени тебе даже цветы в саду радуются и говорят спасибо.
Не то чтобы я поверила, но отчего-то ощутила прилив счастья. Я вытерла пот со лба – хотя старалась не испачкаться, на лице остались грязные полосы. Сугиура улыбнулась.
– Давай зайдем в дом? Вымоешь руки как следует, а я налью нам чего-нибудь холодненького попить.
– Ну…
Честно говоря, предложение меня насторожило. Все-таки Сугиура чужой человек. А в дом к чужим людям заходить нельзя.
Однако я понимала, что Сугиура приглашает меня без всякого злого умысла, да и она сама мне нравилась. Общаться с незнакомцами нельзя, потому что я еще ребенок. Хотя все знакомые люди когда-то были незнакомцами, а я больше всего на свете хочу сама выбирать, кому доверять…
– Впрочем, сегодня не так уж и жарко, так что можешь остаться в саду, – заметив мое замешательство, сказала Сугиура.
– Нет-нет, если я не помешаю, то с удовольствием зайду в дом…
– Ладно, постой тут. Я сейчас принесу полотенце, сможешь помыть руки под краном вон там.
Сугиура показала мне кран для поливки растений, и, намыливая руки, я чувствовала желание извиниться. Сугиура вернулась с полотенцем и подносом со стаканами, в которых покачивалась темно-коричневая жидкость. Пузырьков газа я не увидела – наверное, это был холодный кофе. Оставив дверь веранды открытой, Сугиура опустила поднос на пол, а к нему придвинула садовый стул и небольшую складную лестницу.