Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 3 из 10

— Ха! Да какой он хозяин? Так, очередной вор! — припечатала Зинаида зло. — Купил, говорят, за бесценок, сейчас вона домов понатыкал и продаст втридорога!

— Так землю продали кому-то под застройку?

— Да! Представляешь! И знаешь кому? — продолжила интриговать Зинаида.

— Нет.

— Бирюку!

— Кому??

— Да помнишь на окраине деревни, считай уже за деревней, дом давно пустовал?

— Помню, конечно. Мы туда всей гурьбой купаться бегали. Там же самый лучший пляж.

О том, что не только купаться, а и есть малину, что разрослась, предоставленная сама себе, став уже мелкой, но всё равно сладкой, она говорить тетке Зине не стала.

Две деревни — Верхняя Сосновка и Нижняя Сосновка — стояли на противоположных берегах огромного озера. Понятно, что вся ребятня днями напролет пропадала на этом озере.

— Вот наш Бирюк энтот дом и купил. Снес старый, построил новый, и всё за одно лето! Да ты бы видела его хоромы! Вот откуда у мужика деньги? Не иначе браконьерством на озере промышляет! А ведь у него дочка сикилявка совсем! Вот чему он её научит, без жены-то, а?

— Тёть Зин, так за что ж Вы так человека? Сами же говорите, что он один дочку растит. Разве может мужчина, не бросивший своего ребенка, плохим быть? — Ася попыталась пристыдить сплетницу.

Но та, услышав слова девушки, лишь зло поджала губы.

— Чтоб ты понимала в мужиках! — зло выплюнула ей на это Зинаида.

Но Ася закончила:

— Опять же дома он вон какие красивые строит! Радоваться надо, что новые жители появятся в деревне. Глядишь, и возрождаться начнут сёла-то.

Того, о ком говорила Зинаида, Ася не знала. Да и ей сейчас не было никакого дела до какого-то там Бирюка. Болезнь бабули, о которой та не обмолвилась ни словом, занимала сейчас все её мысли.

Автобус наконец въехал в их деревню, и Ася порадовалась тому, что проспала большую часть дороги. Права была бабуля, когда говорила, что Зинаида зла и завистлива, вот и какому-то незнакомому мужчине, который один растит дочь, да еще строит красивые дома, завидует.

Если бы ей в этот момент кто-нибудь сказал, что судьба её совсем скоро сведет с этим самым мужчиной, Ася бы очень удивилась.

Попрощавшись с теткой Зинаидой, Ася подхватила свой огромный чемодан и двинулась в сторону дома бабули.

Девушка шла по деревне и одновременно узнавала и не узнавала её.

Оказывается, у них в Нижней Сосновке тоже было построено несколько новых домов. Правда, в их деревне дома строили в основном местные жители, из тех, кто мог себе это позволить.

Завидев Асю и узнав её, здоровались. Но были и совсем незнакомые люди. Этот момент тоже радовал. Это говорило о том, что деревня разрастается, прирастая новыми жителями.

Дом бабули был далеко от автовокзала и почти в конце улицы, так что скоро по деревне прокатится новость о том, что к Антиповне внучка в гости приехала, и сообщит эту новость Зинаида.

Бабуля была дома — как всегда чем-то занималась в огороде.

Услышав, что скрипнула калитка, развернулась и приложила сухонькую ладошку к бровям наподобие козырька, силясь рассмотреть гостя. Ася, увидев бабулю и услышав её присказку, которой она встречала каждый скрип калитки, начала улыбаться:

— Кого это к нам принесло?

Увидев внучку, охнула и засеменила Асе навстречу.

— Внуча! Что ж ты не позвонила-то? Я бы встретила тебя на вокзале! Или бы вона Павлушу попросила, он бы на машине встретил тебя, — запричитала, обнимая и вытирая украдкой слёзы радости.

— Привет, ба! — Ася уткнулась в бабулину шею, сдерживаясь из последних сил, чтобы не разреветься самой.

О каком Павлуше бабуля говорит, девушка не знала. Наверняка кто-то из соседей, с кем ба общалась.

Антиповна первая взяла себя в руки:

— Дай хоть посмотреть-то на тебя, внуча! — отодвинулась от внучки на шаг, окинула ту с головы до ног и вынесла вердикт: — Хороша. Ой, хороша! Только тоща уж больно! Ну пошли в дом, красавица, откармливать тебя буду. Как знала, что исхудала ты там в своем городе! Я вот и пирогов напекла, и окрошки накрошила.

— С твоим фирменным квасом?

— Да уж понятное дело, что не с магазинным!

Бабуля ушла в дом первой. Ася подтащила свой большой и тяжелый чемодан к крыльцу, держась двумя руками за ручку, втянула его по ступеням и, открыв входную дверь настежь, закатила в сени, обратив внимание на то, что и входная дверь, и порог у бабули новые.

— Ба, а кто это тебе тут отремонтировал-то всё так хорошо?

— А, так Павлуша же и поставил! Дай Бог ему здоровья! До чего же щедрой души человек! Только вот счастье своё всё никак найти не может, — ба вздохнула и скомандовала: — Так, сначала иди умойся с дороги, я как раз сегодня баньку истопила, а уж потом буду тебя кормить.

— Ой, ба! Ну какая банька по такой жаре? Я уж лучше на озеро вон быстренько сбегаю.

С этими словами Ася открыла свой чемодан, нашла в нем купальник и легкий сарафан, быстро переоделась, влезла в любимые шлепки, подхватила полотенце, стащила со стола два пирожка с повидлом и умчалась на озеро.

Крикнула уже из сеней:

— Я быстро, ба!

— Ой, егоза, — улыбнулась Антиповна ей вслед и принялась накрывать на стол.

Глава 3

— Ой, Павлуша, до чего же сладко с тобой, — Любка потянулась залюбленой кошкой и погладила теплой ладошкой широкую спину мужчины, сидящего на краю кровати и усиленно разминающего свою больную ногу.

— Ты еще скажи, что я лучший, — хмыкнул мужчина.

Проигнорировала слова мужчины и предложила:

— Давай я массаж сделаю? — спросила, в тайне надеясь, что может хоть в этот раз он разрешит ей прикоснуться к своей изуродованной шрамами ноге. — Я умею, ты ведь знаешь.

— Не надо, — ответил угрюмо. — На погоду болит. Барометр, мать её так. Точно к ночи будет дождь.

— Ой, да брось, Павлуша! Ну какой дождь! Я слушала прогноз погоды. Опять всю неделю будет пекло. Огород вон не успеваем с матерью поливать!

В подтверждение своих слов женщина кивнула на задернутое плотными шторами окно.

Да, сегодня опять стояла жара. Солнце прогрело воздух до плюс тридцати трех, а на небе не было ни облачка.

Павел не стал ничего доказывать любовнице, он мог спорить на что угодно — дождь будет. И если судить по тому, как у него болит нога, то будет не просто дождь, а гроза.

Встал, прихрамывая сильнее, чем обычно, на левую ногу, дошел до вещей, лежащих на кресле, оделся и только потом посмотрел на женщину в своей кровати: