Страница 2 из 3
– Внутри машины: я, руль, навигатор, зарядка, полусъеденный батончик и очень плохой характер. В багажнике: вибраторы, стимуляторы, белье, лубриканты и так, по мелочи. Все сертифицировано. Все оплачено. Никакого террора, только розница и сплошное удовольствие. Но Раиса Петровна считает иначе.
Капитан Маслов шагнул ближе на полметра. Теперь между нами оставался только раскаленный воздух и запах пыли с дороги.
– Раиса Петровна? – переспросил он.
– Соседка. Семьдесят два года. Бинокль. Убеждение, что я содержанка или проститутка. Сегодня утром она меня провожала взглядом, как на панель. Не благословила.
– Понятно, – капитан не сдержал улыбку, а у меня чуть не подкосились ноги.
– Вам, капитан, ничего не понятно, – мягко сказала я. – Вы видите женщину в мини, ботфортах и с коробками «18+» – и уже все решили. Это нормально, все решают. Бывший решил, что я должна похудеть. Соседка решила, что я продаю себя. Вы сейчас решите, что я либо контрабандистка, либо ходячая реклама борделя или массажного салона для интим-услуг. А я всего лишь везу товар, который люди стесняются покупать в обычном магазине.
Он молчал, смотрел, челюсть чуть напряглась.
И в этом молчании было что-то хуже любых вопросов. Потому что в нем не было презрения. В нем было густое, мужское внимание. Такое, от которого хотелось одновременно поправить топ и снять его к черту.
Я тихо выругалась про себя.
Анфиса, ты идиотка. Тебе нельзя возбуждаться на представителя ОМОНа посреди дороги. Тебе нельзя думать, какие у него руки. Тебе нельзя представлять, как эта жилетка снимается. Тебе тридцать пять, у тебя бизнес, у тебя леденец во рту, и ты выглядишь как приглашение к личному досмотру.
– Капот, салон, бардачок, – сказал он наконец. – Товар придется досмотреть.
Я подняла бровь.
– Все коробки?
– Все.
– Здесь? На обочине? При всем честном народе и камерах?
Он чуть наклонился, достаточно, чтобы я почувствовала запах – чистое мыло, форма, жара.
– Лично, – сказал он. – Я досмотрю лично.
Сердце стукнуло так, будто тоже решило нарушить устав. Я вынула леденец, улыбнулась уголками губ и кивнула на открытый багажник.
– Тогда начнем, капитан Маслов. Только предупреждаю: если вы покраснеете – это не я виновата. Это мой ассортимент.
Он не покраснел. Зато снова посмотрел на меня. Уже совсем не так, как смотрят на водителя во время рейда.
Да, сегодняшний рейс точно не будет обычным.
Но я уже проиграла самой себе. Потому что, стоя у своей красной машины в розовом топе, с леденцом во рту и мокрым жаром между ног, я впервые не хотела, чтобы меня поскорее отпустили.
Глава 2 Маслов
Досмотр я начал, как нормальный человек.
Коробки. Маркировка. Накладные. Сертификаты. Все чисто, все по бумагам. Никакого криминала – только силикон, кружево и ассортимент, от которого у нормального оперативника должно дергаться разве что веко.
У меня дергалось не веко.
Проблема стояла рядом в розовом топе, мини и леопардовых ботфортах и медленно облизывала леденец, глядя мне в глаза.
Анфиса Романовна Касаткина. Тридцать пять лет, это я уже вспомнил арифметику. Примерно сто десять килограммов живой провокации, это я уже прикинул на глаз.
Открывал коробку, смотрел в накладную, потом в коробку. Потом все-таки поднимал глаза – и попадал прямо в грудь и затвердевшие соски под топом.
– Вы уже пятый раз читаете одну и ту же строчку, капитан, – заметила Анфиса сладко. – Там написано «виб-ра-тор». Это не бомба. Не граната. А виб-ра-тор. Он жужжит, а не взрывается.
– Я вижу.
– Тогда почему уши красные?
Я не покраснел. Надеялся, что не покраснел. Хотя после месяца без секса, а теперь рядом с этой женщиной у открытого багажника с вибраторами уши могли жить своей жизнью.
Месяц назад я еще верил, что Оля – она та самая, моя судьба. Красивая, собранная, «правильная». Пока не выяснилось, что «та самая» ждала не меня, а Дубай, банковскую карту и фразу «ну ты же мужчина». Когда я сказал, что после смены хочу тишины, а не витрину магазина и не клуб, она собрала чемоданы быстрее, чем я снял жилет.
Секса с тех пор не было. Совсем не было. Рука не считается. И вот сейчас эта девица стоит у багажника в ботфортах и предлагает купон на скидку.
– Следующая, – сказал я.
И тут подошел Макс. Разумеется, он всегда появляется именно тогда, когда не надо.
– О, – протянул он, заглядывая в багажник с видом счастливого дебила. – Ничего себе рейд, вот это улов. Маслов, ты проверяешь терроризм или ассортимент для хорошего вечера?
Анфиса повернула к нему голову. Не испугалась, она оценила. Улыбнулась так, будто нашла второго зрителя на свое шоу.
– Анфиса Касаткина, – представилась она. – Владелица легального магазина. Не борделя, прошу запомнить. Хотя ваша фантазия, я вижу, уже там. Приходите, мы вам что-нибудь подберем.
– Максим Орлов, – он даже руку протянул, зараза. – Напарник этого каменного лица. Если что-то непонятно по товару – объясняйте мне. Он краснеет, я учусь.
– Орлов, заткнись.
– Да ладно тебе. Девушка везет счастье в коробках, а ты смотришь в накладную, как отличник на ЕГЭ. Анфиса Романовна, а это у вас что? – он кивнул на одну из упаковок. – Для двоих или один справится, если очень постарается?
– Зависит от старания, – не моргнув, ответила она. – И от размера самооценки.
Макс заржал. Я сжал челюсти так, что что-то хрустнуло. Он открыто флиртовал, смотрел на ее грудь без всякого устава. Называл ее по имени через три секунды после знакомства. А она ему отвечала. Легко, колко, с леденцом в пальцах.
И меня это уже бесило. Бесило, что он стоит слишком близко. Бесило, что она ему улыбается. Бесило, что месяц я ходил как монах, а теперь Орлов шутит про ее товар так, будто имеет право.
– Товар легальный, – отрезал я. – Досмотр окончен. Можете ехать.
– Уже? – Анфиса изобразила разочарование. – А я думала, будет полный личный досмотр. Ну, знаете. На предмет несоответствия.
Макс присвистнул.
– Маслов, она тебя на место ставит. Мне нравится. Анфиса Романовна, если каменный капитан вдруг потеряется в ассортименте – звоните. Я ориентируюсь лучше, особенно в верхней части витрины.
Она медленно облизнула леденец и посмотрела уже на меня.
– Верхнюю часть витрины ваш напарник уже окрестил, я так понимаю?
– Еще нет, – весело сказал Макс. – Но если надо имя – я готов. Как насчет «Анфисочек»? Звучит гордо и по делу.
Все. Хватит.