Страница 9 из 87
Мать достала из короба под сиденьем шкатулку со своей косметикой и, открыв крышку, смущённо отошла в сторону. На внутренней стороне закреплено достаточно большое зеркало, чтобы поместилось всё моё лицо. М-да. Весьма страшное, надо сказать.
Через правую сторону проходит длинный грубый и бугрящийся рубец: лоб, бровь и щека. До самого подбородка. След от сабельного удара. Рубь за сто, что свежим он не выглядел настолько уродливо. На левой щеке короткий росчерк, оставленный пулей, и в столь же плачевном состоянии. Прежде личико у реципиента было красивым, я без труда извлёк из памяти картинку, когда он смотрится в зеркало. Зато теперь даже мне, видавшему виды мужику, смотреть неприятно.
Хм. А ведь, может, оно и к лучшему. Не стоит Роману расхаживать с лицом, имеющим столь характерные фамильные черты. Понятно, что у местных художников портреты не больно-то похожи на оригиналы. Но всё одно получаются узнаваемыми. А уж если доведётся встретиться с родственничками, то и вовсе может получиться интересно. А оно мне надо — влезать в местные разборки? Вот то-то и оно. Так что вполне себе вовремя мне рожу распанахали.
— Не переживай, сынок, мы с отцом непременно найдём средства, чтобы оплатить хорошего лекаря.
— О шрамах ли думать, матушка, коли я мог богу душу отдать. Уж лучше с отметкой за глупость на лице, чем лежать в сырой земле, — изобразив горькую усмешку, ответил я.
— Всё так, сынок. Но ведь встречают по одёжке и облику, остальное уж после рассматривают.
— Матушка, а лихие как-то не особо на разбойничков похожи. Уж больно ладно одеты и снаряжены, — решил я сменить тему.
— Как ни рядись, а лиходей он и есть лиходей. Хотя так-то вот этот, — кивок в сторону трупа главаря, — из благородных будет. Мы с ними в одном зале на почтовой станции обедали. Они немногим раньше нас выехали.
Следуя инструкциям ветеранов-пилигримов, я без особого труда прокрутил память, вернувшись в недавнее прошлое. Это оказалось достаточно просто. Не то чтобы я проделывал такое походя, но и не сильно напрягаясь, зависнув всего-то на несколько секунд. Впоследствии мне это должно будет даваться с лёгкостью.
Впрочем, память-то у меня абсолютная, но нормально пользоваться ею я пока всё же не умею. Без труда восстанавливаю перед мысленным взором лица, но вот автоматически соотнести с ними какие-либо события пока не могу. Однако стоило матери подтолкнуть, и нужная информация тут же появилась из недр хранилища.
— Получается, дворянин на большую дорогу вышел, — заметил я.
— Так-то оно так, но не ради наживы. Полагаю, что главная цель — одарённые, — пояснила мать.
— Убивает ради повышения ранга? — понял я.
— Правильно, Ромашка.
— Рассудком помутился? Со своим четвёртым рангом против твоего шестого? — удивился я.
— Скорее знает себе цену и выбрал женщину, путешествующую с недорослем. Я, конечно, отслужила и успела повоевать, но всё ж таки женщина. Руны у меня сильнее, но они накладываются на реальные возможности моего тела, а они уступят ему. Вот и получается, что он со своим четвёртым рангом хотя и не мог превзойти мой шестой, но вполне был способен посоперничать с ним.
— А как же Сила? Твой потенциал превосходит его вчетверо.
— Тут главное — какое-то время продержаться, что ему было по плечу. Ну и воспользоваться правильным оружием. У него имелось рунное ружьё о девяти стволах и пара четырёхствольных пистолей. И он ни разу из них не промазал, врезав по мне залпом. А после, пока он рубился, его людишки по мне палили. Под клинок-то боязно, а со стороны отчего не пострелять. Тем паче, что ружья и пистоли у них хотя и кремнёвые, но тоже в четыре ствола. Вот и сточили мою защиту да растащили запас Силы.
— Что будем делать дальше? — решил я сменить тему.
— А что дальше. Едем до почтовой станции, там сообщим о случившемся, дождёмся уездного исправника. Да Антошку с Ерёмой похороним. Царствие им небесное.
— Позволишь мне править каретой? — попросил я.
Память услужливо подсказала, что реципиенту таким транспортом управлять не доводилось. Только верхом и двуколкой. А это, между прочим, не так чтобы и просто. Мало ли что может понадобиться в будущем, а потому и навык лишним не будет.
— Полезай на козлы, — кивнула мать.
Она и сама пристроилась рядом. Больше не из-за недоверия мне, а из опасений нового нападения. Кто знает, сколько татей уготовано на остаток нашего пути.