Писательница Эжелья

Глава 26 Спорная ничья

— Эта кольчуга имеет два заряда отталкивать любую магию. И она не рвётся, а снять её можно только с помощью ледяной и огненной драконьей магии. Такой симбиоз на Скарите есть только у меня. И я разработал её специально для тебя. Знаю, что с твоей способностью влипать в ситуации она тебе пригодится, — говорил Армет про тончайшую платиновую жилетку. Эта вещь доходила мне до талии, и её надо было носить под рубашкой. Я уже надела её, а Армет нескромно требует отойти и показать ему её наедине. Я отказываюсь, краснея от его настойчивости и хитрых взглядов. Вокруг стоит толпа народа, и в том числе Осторс. Он поддержал Рошира и согласился использовать ресурсы школы для моей защиты. Что ему сказал Рошир, я не знаю, но вокруг меня кипела бурная деятельность.

Самой мне ничего делать не разрешили. Посадили в просторной комнате в отдельном строении подальше от основного дворца. К этому строению вело множество подземных ходов из самых разных пристроек и из основного здания тоже. Для чего изначально строили это помещение, я не знаю, но оно похоже на командный пункт на случай армагеддона. Осторс — умный начальник и, вероятно, просчитал любой жизненный выверт.

Комната в этом здании была всего одна, так что каждый в ней находился у всех на виду, но она была достаточно большой, поэтому я не ощущала особого давления и суматохи. Хотя к нашей группе присоединились буквально все учителя и некоторые ученики. Осторс сказал, что Алисио надо сразу дать отпор, и тогда он на время отступит, а ректор за это время с ещё одной командой разработают несколько мощных щитов. Одним накроют весь город, другим отдельно территорию школы, а третьим персонально меня. В общем, Осторс работал сразу везде и перемещался попеременно то в одно, то в другое место. И в школу посещать не забывал. Там сейчас как раз шёл бал, на котором многие не смогли побывать, но празднество шло своим чередом, а мне Армет пообещал организовать потом отдельную вечеринку, где я обязательно побываю.

Был среди нас и Нириэш. Он настоял на участии и привёл круг защиты и сказал, что направит его на Алисио. Я бы с опасением отнеслась к помощи нага, но Армет ему не отказал. Они уже были соединены обрядом, и их обоюдная страсть очень бросалась в глаза. Пока я жила своими заморочками, пропавший из моего кругозора Нириэш успел отойти от своего унижения и теперь как и раньше был надменен и опасен. Он отвёл меня в уголок и, встав спиной, чтобы заслонить от лишних глаз, поцеловал мне руку. Он не извинился за своё поведение, потому что считал всё сделанное правильным, и тихо сказал что не оставил мыслей обо мне но готов подождать.

— Армет ждёт и я согласен потерпеть, но буду завоёвывать тебя и этот круг защиты — далеко не всё, что я готов предоставить, чтобы тебя не похитили из нашего мира, — возвестил он мне.

С этими словами Нириэш подозвал предводителя отряда нагов. Тот был не фиолетовым, а серебряным. Я уставилась в серебряные глаза высоченного нага и отметила красоту его серебряных волос, невероятного лица и мощной фигуры. Серебряный хвост поддерживал мощный торс, облачённый в белоснежную рубашку, перехваченную снизу поясом.

Весь отряд нагов выглядел примерно так же. Командир поклонился, не пытаясь приблизиться, и вежливо представился:

— Прекрасная Эжелья, я ваш телохранитель. Принц Нириэш для меня честь служить вам.

Нириэш благодарно хлопнул его по плечу.

— Только старайся не тянуть к ней хвост, если не хочешь моментально схлопотать от меня, — с насмешливой угрозой предупредил командира наследник, и белая кожа моего телохранителя окрасилась румянцем. Он тут же сказал, что немедленно приступает к обязанностям, и уполз. Но я не обиделась ни на него, ни на Нириэша. В общем-то, Нириэш прав и не зря предупредил нага. И я была рада, что в отношениях с Нириэшем у нас образовался пусть и временный но мир. Он, оставив мне защиту, вполне мирно остался с Арметом обсуждать дальнейшие планы.

Я же размышляла как бы мне помочь отцу обрести пару. И я пойду на это, хотя это был опасный путь. Потому что если пара не появится — это гарантия того, что влечение ко мне будет продолжаться и не уберётся другой избранницей.

С нами также был Вахрал. Как он сумел затесаться, не знаю, но, вероятно, Осторс запомнил его после боя с Роширом и не отказал, и как очень сильного мага и толкового бойца взяли в группу, охраняющую меня. Я согласна, что маг он уникальный, но, встретившись со мной, он поглядывал в мою сторону горящими глазами. От подсказки других участников, что почитателей у меня уже достаточно много, он отмахнулся, сказав, что ещё не так давно у одной женщины могло быть и двадцать мужчин, и до сих пор такое никто не запрещал.

И это было просто потому, что он меня увидел. Я старалась держаться от него подальше, чтобы не допустить прикосновения, которое усилит влечение, но всё же была расстроена. Может, после того как всё уляжется, попросить кого-нибудь просто стереть ему память? В отношении Нириэша такая мысль у меня тоже возникала. Правда, когда я как бы между прочим сказала это Армету, он отругал меня за жестокость.

Но я не была согласна с принцем. Это не у дракона набралось уже столько претендентов. Если бы его так осадили, он сам бы всем память стёр. И мне надо срочно прочесть в книге обо всём этом. Если книга это допускает как вариант, то попрошу ещё кого-нибудь. Но это позже. Сейчас из соображений безопасности меня не оставляли одну и никуда не отпускали. Приходилось ждать.

Уэлролс также помогал нашей группе. Он со своей командой лекарей был наготове на случай ранений и травм. Он подошёл ко мне, не смущаясь других, и, целуя ладонь, выразил сожаление, что остался без ожидаемых танцев. И сказал, что наверстает, пообещав, что сумеет найти возможность провести со мной время. Сейчас было не до переживаний об этом, но с ним тоже надо решать вопрос.

Армет рассказал о появившихся других парнях, кому арка не дала пару. Они все забрали кольца с дерева, и он точно знал, что эти кольца уже вручены и у каждого есть избранница. Армет говорил это всё при Рошире, ничего не скрывая, а Роширу я всё объясняла мысленно, зная, что по другому он не сможет провести параллель и понять, что информация связана со мной. Он бы увидел в этом лишь интерес учёного к своей разработке и считал, что Армет просто рассказывает о своих достижениях.