Писательница Эжелья

Ученицы, выслушав моё предложение, посмотрели на меня с подозрением, но в этом магическом мире они обладали способностью различать правду, и обман в этом случае был маловероятен. Хорошо, что я действительно собиралась помочь девушке обрести своего истинного. Такого истинного я никому не пожелаю, но это ведь другой вопрос. Надеюсь, к своей настоящей паре Анслок сумеет отнестись с любовью.

Одна из девушек, видимо, самая решительная, согласилась пойти со мной. Я отвела её на улицу, в парк, где сейчас было пустынно. Даже дриады стояли в очереди к арке. Я думала подарить Анслоку зелёную пару, но стало жаль дриаду. Ту девушку, что я забрала с собой, я усадила на скамейке под сенью деревьев. Встала перед ней и написала желание получить маркер. Он сразу возник на дощечке рядом с палочкой для письма. Попросила девушку закрыть глаза. Объяснила, что так мне легче колдовать. Она послушалась, и я задумалась, может, написать у неё на лбу? Но это явно от злости были такие мысли. Взяла её руку и чёрным маркером написала на тыльной стороне: «Хочу, чтобы эта девушка стала истинной для инферно Анслока».

Произошла вспышка. День мигнул. Я встревоженно уставилась на небо. Тучи стали набегать, как в убыстренной съёмке. Они собирались над нами и набухали тёмным, провисшим грозовым облаком. Я не знала, что делать. Получилось ли моё колдовство или надо загадывать желание ещё раз? Пока я размышляла, поднялся штормовой ветер. Нас почти сносило из парка, а потом резкая вспышка молнии и разряд огромной силы ударил прямо в голову девушки, сидящей передо мной.

Я закричала, а она упала вперёд, прямо на меня, и я бросилась на землю, придерживая её тело. Кажется, девушка не дышала. Я не знала, что делать. Голова её дымилась, и я пыталась прощупать пульс на шее, но ничего не ощущала. От страха и отчаянья я зарыдала, не зная, кого звать на помощь и о чём просить.

Потом резко вспомнила как воскресила ставшую золотой возлюбленную Димита. Быстро написала снова на руке девушки чтобы она ожила и была такой же как прежде только не помнила что я ей говорила.

Первым я услышала судорожный вдох а затем девушка как буд-то ничего не было поднялась и завертела головой спрашивая о подругах и почему она ушла от них и от арки.

Я постаралась как можно спокойнее сказать ей что подруги ждут её в холле и она встала и убежала. Даже не спросила меня о внезапно возникшей амнезии. Я села на землю и закрыла руками лицо. Очень хорошо что мой дар вернул девушке жизнь. Но похоже этот способ не подходящий для создания пар.

Не удивилась и не напугалась, услышав голос книги.

— Я вижу, ты поняла. Пару можно призвать, и появится та девушка, которая очень подходит избранному, но быть друг другу парой — это их добровольный выбор. И пары создаются ещё в утробе матери, но никак не колдовством фей.

Появился виновник моих волнений и глядя на меня инферно сам стал, как грозовая туча.

— Эжелья! — зло нарычал он на меня. — Ты что творишь? Так сильно меня не хочешь? — я захлопала на него глазами. Признаваться и принимать воздаяние это как-то не моё видимо.

— А что я творю? — спросила скорее с интересом. Девушка жива, свою ошибку я исправила, а вот как об этом узнал Инферно это очень интересно.

Анслок хмуро взглянул и поднял меня, усадил на скамейку и сел рядом.

— Мне на пути встречался хранитель одного мира и я сумел скопировать его особенность не только ходить в подпространстве и наведываться в различные миры, но и считывать с подпространства информацию о происходящих в прошлом и настоящем событиях мира.

Я удивлённо слушала. Оказывается, есть такие крутые маги. И Анслок, оказывается, ещё более могущественный, чем я думала.

— Я считал запись о том, что ты вытворила. Ты пыталась не призвать, а создать пару мне. Это невозможно. Ты можешь создать народность. Какой-то новый вид и надеяться, что среди созданных тобой будет та, что подойдёт мне в пару. И менять ты должна не разумное существо, а животное или растение, делая из них более мыслящий вид, подходящий другим разумным видам.

А так, как ты делала, поступать нельзя. Девушка могла быть уничтожена так, что ты её обратно не собрала.

Слышать это было страшно и нервно, и я выпалила в сердцах:

— Сам виноват. Пугаешь меня, пристаёшь.

— Всё. Понял, — перебил он меня. — К тебе какое-то время не лезу. Дам тебе спокойно творить глупости, не сваливая ответственность за них на меня. К тому же я знаю, откуда моя тяга к тебе, и это знание поможет мне справляться со своими желаниями.

Анслок поднялся и, отвесив мне ироничный поклон, удалился. Я могла только выдохнуть. Всё же своего я добилась. Теперь я пошла оттуда. Не знала, что инферно может так делать, и неприятно, когда о тебе знают больше, чем надо, но всё сложилось к лучшему. Теперь на время Анслок не будет угрозой для меня. И он сам подсказал мне ещё один способ находить пару. Правда, пока не знаю, как буду создавать новый вид и из кого, но эта мысль прочно угнездилась в моей голове.

После всего пережитого я пошла в столовую. Надо снять стресс. Возьму сладкое для успокоения. Есть придётся через силу, но мне нужно успокоиться. Взяла себе большой кусок сладкого пирога, больше похожего на торт, но его мне явно было мало. Придя в комнату, написала желание получить мороженое, и на столе появилась красивая хрустальная вазочка с тремя разноцветными шариками. В комплекте с маленькой золотой ложечкой. Интересно, у кого я утащила эту красоту? Но укорять себя не стала, а просто с наслаждением съела лакомство.

Теперь никто ко мне не лезет, и я могу желать себе всё что угодно. Пожелала будильник и настроила его на местное время. Завела на утро. Постояла под душем, вспоминая, как мне было хорошо с Роширом и как всё закончилось. Хотелось быть сильной, ведь все сложилось именно так, как мне было нужно, но убежать от самой себя сложно. А Рошир мне нравился.

Стоя под душем, я плакала из-за оборотня и из-за того, что нам не суждено быть вместе. Было желание бежать к Роширу, умолять выслушать. Объяснить, что Анслок не нравится мне и те поцелуи были нежеланными. Но мне опасно расставаться с невинностью. Очень опасно. А Рошир — тот, с кем я очень хочу зайти дальше поцелуев, у меня от него голова кругом и большое желание стать с ним одним целым.