Писательница Эжелья

Глава 12 Предметы

Убежала на занятие. Ждала препода в постепенно заполняющейся учащимися комнате. На задних рядах лучше думалось. Не отвлекали лишние взгляды. И я пришла к мысли, что всё не так плохо. Братья Рошира отвяли. Сам Рошир дал мне время привыкнуть к мысли что мы пара. Ни о каких друзьях оборотня я не слышала да и братья Рошира сказали что позаботятся об этом.

В общем итоге какая бы ситуация не была в этом мире с парами мне достаточно повезло у меня один поклонник а не толпа и отношения со своим парнем я уже выяснила а значит можно налечь на учёбу и больше о парнях не думать.

Всё получилось как получилось. После приставаний Армета я была взвинчена, да ещё добавилось неприятное обстоятельство с Димитом. Я окончательно прочувствовала свою вину перед ним. И вот со всеми этими нервотрёпками и переживаниями я так резко поговорила с Роширом, а он взял и сделал в ответ глупость. Такая лестница глупостей получилась. Ступень за ступенью. Хорошо, что теперь всё более-менее исправлено.

Рошир отпустил меня на занятия, но провожал настороженно. Только попросил больше не применять на нём мои заклинания. Я, невинно хлопая глазами, ответила, что больше магичить по отношению к нему не буду. Он утробным, недовольным голосом сказал, что если я совру, то он может больше не сдержаться, и с силой поцеловал меня перед комнатой, до которой провожал.

— Я подумаю как повлиять на тебя, — сказал он мне в губы, но я не испугалась. Потому что как раз строила планы, чего пожелать его братьям. Когда заняла место в комнате, то сразу записала на дощечке. Рунешу, как более спокойному, пожелала на сутки каждый час по десять минут икать. Громко так и с оглушительной отрыжкой. Потому что пусть он и спокойный, но от брата своего не отставал.

А Рузошу, более агрессивному, пожелала сутки через каждые пять шагов спотыкаться, да так сильно, что носом подметать землю. Вот теперь я была окончательно довольна. Завтра возможно этим двоим придумаю ещё что-то, или не буду ничего дополнительно писать. Хорошо бы эти дни прошли без происшествий и мне дали нормально учиться.

Кстати, я сказала Роширу, чтобы его братья напрасно не переводились. Я их прогоню, если увижу рядом. Рошир не стал спорить и пообещал, что они останутся учиться там же, где и он, и не будут беспокоить меня на уроках.

— Я не господин им, но я старше, и они уважают меня. Конечно, делают то, что хотят сами, но в этом случае будут помогать, даже если и сами захотят тебя. Я люблю тебя, и братья знают об этом и любят меня настолько, что готовы пойти против устоев мира. Это ведь не закон, а всего лишь традиция, и её можно подстраивать под каждую пару индивидуально, — уверенно заверил он. — В нашем случае мне можно вмешаться, только если братья перейдут черту.

Я попросила перечислить, какие действия подходят под это определение.

— Если кто-то из них ударит тебя или навредит, наподобие этого, — ответил оборотень.

Я ждала продолжения, но не дождалась.

— И это всё? — решила уточнить.

— А что ты хотела услышать? — поинтересовался волк, внимательно глядя на меня.

— Они держали мне руки против моего желания, и орали как ненормальные — высказалась я, выплеснув, наконец, своё возмущение. Рошир мягко улыбнулся. Обнял моё лицо и говорит мягким голосом:

— Ты очень красивая, и твоя привлекательность вызывает очень много реакций. Страсть которая вспыхнула в них выплеснулась в агрессии. Я и сам до недавнего момента ходил с постоянным возбуждением. Ведь для меня притягателен не только твой запах, но и твоя внешность. И я очень благодарен им за то что они заставили тебя прийти ко мне. И благодарен что они не стали претендовать на тебя, ведь я бы не смог запретить им иначе мы окончательно расстались и я бы умер. Я не могу жить без тебя любимая.

— Не говори о смерти — воскликнула и подняла лицо глядя в его глаза.

Он отпустил и спрятал руки в карманы и наклонился, чтобы приблизить ко мне лицо.

— Я безумно тебя хочу но подожду потому что твоё счастье важно для меня а тебе нужно время.

Я смотрела во все глаза, глядя на него. Начало у нашего знакомства было, как сказка, вот только, как у большинства сказок моего родного мира, сюжет оказался изрядно нашпигован разными моментами. В общем, после его слов что он не отказал бы братьям я разозлилась. А если они передумают? Было страшно.

На уроке отвлеклась. Новый предмет назывался «Народы Скарита. Артефакты». В учителях оказался Лелонс — друг Армета. Но меня он взглядом не выискивал, и я спокойно записывала материал. Именно он преподавал магические разработки и на первом же уроке упомянул, что мы будем проходить нововведения в этой области — создающиеся сейчас принцем Арметом артефакты для улучшения жизни всех существ. Такие как, например, «Сетка полива». Это был артефакт-сеть. В узлах сети располагались кристаллы, притягивающие воду на то поле, где её разместили. Дважды в день она срабатывала, и почва увлажнялась до нужного, закреплённого в настройках уровня.

Другой артефакт, «Скатерть-сноп» — ткань, заострённая с одного края, двигалась вдоль земли и срезала злаки. А потом, при достижении нужного веса, она сама заворачивалась и возвращалась в заложенное в настройках место.

Ещё одна вещь, «Шар-чистюля» — вот, когда я узнала, для чего Димит купил мне маленькие белые камушки и серые побольше. Шар-чистюля был подобного образца. Маленькие беленькие камушки чистили одежду. Один камень на одну вещь. Серые камни побольше чистили комнату. Один камень для одной уборки. А создающийся сейчас новый шар должен будет помогать мыть посуду. Рассказывая о нем, Лелонс, сам того не ведая, почти точно описал посудомоечную машину, только магическую.

А Армет молодец. Многое успел у нас увидеть, и меня удивило, что разрабатывал он артефакты в помощь небогатым жителям Скарита. Тем, кто сами выращивали урожай и жили этим. Оказывается, Армет не такой зазнайка, как я думала.

Лелонс сказал, что новинок ещё много и позже мы изучим их все, и стал для начала объяснять, как активировать камни, предназначенные для чистки и уборки. Первый назывался «Блеск» и срабатывал на слово «Грязь», произносимое на языке фей: «Рляст». Второй носил имя «Исток» и тоже запускался словом «Грязь», но на языке гномов: «Хрушц».