Писательница Эжелья

Глава 10 Странный урок

Я пробыла в объятиях Рошира до конца часа. Он подхватил меня на руки и спрятал нас в какой-то закуток. Сел и качал меня на коленях, как маленькую. Мне стало бесконечно хорошо и спокойно. Все переживания улеглись, и я поняла, что мне многое по плечу. Бережное тепло Рошира наполнило меня силами и пониманием, чего я хочу. Я желаю, чтобы он был счастлив. Я готова горы перевернуть для этого. А ведь он не спрашивал, почему мне плохо и вообще как мне? Просто был рядом и поддерживал без вопросов.

Мы целовались, и его губы были нежны и бережны. Он успокаивал своими поцелуями и дарил уверенность. Боль окончательно отпустила, и я ощутила себя живой. Он отпустил меня на следующее занятие, договорившись в перерыве после него встретиться в столовой и пообедать вместе. Я зашла в первую попавшуюся комнату.

Мы сидели на первом этаже, а комнаты для занятий распределились для учащихся, так, что года обучения соответствовали номеру этажа. Это я запомнила, хотя где какие предметы изучаются, ещё не закрепила в памяти. И на урок шла, витая в облаках. Была чётко уверена, что сегодня вечером соединюсь со своим оборотнем. Проведу обряд, и он станет моим первым мужчиной.

Хотелось бы, конечно, больше узнать о его народе и обычаях. Я тогда, в библиотеке, только самое начало прочла в книге. Была уже так загружена алфавитами и самоучителями, что не хватило ни времени на большее, ни терпения. А книгу с собой не дали. Она была редкая, и читать можно было только там.

Примостилась, как и в прошлый раз, на галёрке. Мне ещё слишком многому надо научиться, прежде чем садиться ближе. Занятие началось, в комнату вошёл учитель — и глаза у меня от удивления полезли на лоб. Так вот почему я его постоянно видела рядом с комнатами учителей! И вот почему он предлагал там жить. Вероятно, в его комнате.

Перед нами стоит Армет. Неизменно прекрасный и ледяной. Он поздоровался, окинул всех взглядом и заметил меня. Я занервничала от выражения его лица. Хищный, прожигающий взгляд словно говорил: «Вот ты-то мне и нужна». И он даже занятие вести не стал. Позвал кого-то другого вместо себя, поднялся ко мне, при всех схватил за руку и повёл в боковую комнату, дверца которой располагалась позади стола для учителей.

При всех присутствующих истерить и сопротивляться я не стала. Правда, шла с трудом. Ноги не слушались от слабости. Зачем он меня туда ведёт? Что хочет сказать? Или не сказать, а сделать? Где я найду данные с занятия? Я же пропущу его и не смогу сделать записи.

Мысли о пропуске были обыденными и немного привели меня в чувство. А то я чуть сознания не лишилась от страха, такое зверское выражение лица было у Армета, когда он взял меня за руку и увёл. В комнатушке он закрыл дверь на ключ, отделяя нас от остальных, и звуки занятия тоже обрезало. Я сразу попыталась забрать у него руку, но Армет не отпустил. Я молча сопротивлялась, вырываясь и дёргаясь.

Дракон свысока посмотрел на мои попытки и подтащил меня к столу. Прижал к краю. Навалившись, почти положил на стол и, тяжело дыша, обхватил ладонями лицо. Моё волнение взвинтилось, и я покрылась нервозными иголочками. Внутри всё кололо от адреналина, и я, сопротивляясь, пытаясь отпихнуть от себя его тяжёлое тело, а когда выбилась из сил, поняла, что он просто стоял и ничего не делал. Смотрел. Тяжело дыша, прекратила мельтешить, и он заговорил в полный голос:

— Ты так волнующе барахталась. Я дракон, и твоё барахтанье может стоить тебе невинности. Возьми в библиотеке книгу о нашей расе и постарайся вести себя, не провоцируя мои инстинкты. Есть масса информации о каждом виде, и тебе надо узнать про каждую расу.

Затем он начал водить рукой по контуру моего тела. Я покраснела от его взгляда и прикосновений и отталкивала не отодвигающуюся руку. Хотя должна была признать, что он подсказал нужные вещи. Мне надо просто ночевать в библиотеке, чтобы быстрее выяснить, с кем меня столкнула жизнь. Но вместо этих мыслей я резко сказала:

— Что тебе надо? Отстань.

Он не отстал. Заговорил снова. На этот раз слова сопровождали прикосновения обеих рук.

— Вот сейчас, так, усиленно сопротивляясь, ты раззадорила во мне все животные инстинкты. Я уже должен был поддаться им и сделать то, к чему призывает меня моя нечеловеческая сущность. Но есть способ и нужные слова, чтобы остановить дракона, если не желаешь близости с ним. Всё это необходимо выяснить, но сейчас у тебя нет нужных знаний, и ты не можешь меня остановить, — договорил он вкрадчиво и приподнял меня за плечи.

Я видела, как его лицо приближается, и задрожала, стараясь оттолкнуть. Он требовательно и властно впился в мои губы, одновременно стягивая с плеч блузку и разрывая её. Там была застёжка, но он не обратил на неё внимания.

От неожиданности меня окатила жаркая волна самых разных чувств. Затопила слабость, но я стойко отталкивала его.

— Я не хочу останавливаться. Здесь не спальня, но это уже не важно, — прошептал принц, отодвигая мои руки. Потом он стянул с меня блузку, оставив надетый под ней топ. С ним я чувствовала себя слишком нервозно и ярко. Совсем не так спокойно и просто, как было с Роширом. С волком я волновалась, но происходило всё как-то естественно. Волнение с оборотнем было приятным. Теперь же острые ощущения скручивали низ живота и мучительно напрягали всё тело.

Пальцы Армета двигались вдоль моей шеи и ключицы, и он с шумным довольным выдохом осторожно целовал меня вслед за прикосновением руки.

— Сегодня ночью я не смог быть со своей истиной. У меня даже на секунду не среагировало на неё тело. Я был унижен и опозорен. Хотел отпустить истинную после такой ночи. Она согласилась не разглашать всей правды и моего позора, но ты не представляешь, каково было получать поздравления и слушать пожелания утром. Это ты мне пожелала такое Эжелья? Признайся, ты записала, чтобы у меня ничего не получилось с драконицей? — спросив это, он крепко сжал меня.

— Да больно ты мне нужен, желать о тебе что-то! Я не писала этого. Но обязательно напишу теперь, когда ты напал на меня. Пусти сейчас же, иначе действительно с моей помощью больше ни с кем ничего не сможешь! — я возмутилась, что он подозревает меня, но идея сама по себе была хороша. Если он не отстанет, надо будет пожелать ему это. Я так злилась на его несправедливые обвинения и на то, что, он мучает меня за то, чего я не делала, что записать это желание готова была в любой момент.

Он замер, всё ещё сжимая меня, и тяжело дыша. Я пыталась дёргаться, но по венам уже бурлил огонь нежеланного отклика на прикосновения.