Писательница Эжелья

Затем он кивнул Димиту, а знакомство со мной так и не состоялось. Мужчина явно знал, кто я, но сама я так и не поняла, кто он. Но, подозреваю, что это был ректор. Глава этого учебного заведения. И по его виду я догадывалась, что его выдернули прямо из кровати.

Димит повёл меня наверх. Мансарда этого большого дворца оказалась полностью отдана под жилые помещения. Взяв из полученных вещей ключ, Димит открыл одну из дверей, и мы зашли туда. Две отдельные комнаты с общей прихожей, которая большим размером и приятным оформлением напоминала, скорее, гостиную. Я заглянула в ещё одно помещение — там была огромная ванная. Явно общая. Димит же первым делом зашёл в одну из комнат. Я шагнула за ним с открытым ртом и невысказанным вопросом, но спросить не успела. Он бросил вещи на кровать и ушёл в коридор захлопнув дверь. В этих больших покоях я осталась одна.

Осмотрела вещи, которые дал ректор, и я поняла, что это мои. Там была ещё одна связка с двумя ключами, которые я сразу проверила. Первый от входной двери, а другой от моей комнаты. Войдя к себе, посмотрела, что ещё дал ректор или кто он там. Обнаружила два комплекта черной одежды. Вероятно, форма. Небольшую дощечку и палочку к ней, вставленную в зажим. Мешочек с прозрачными кристаллами. Что-то похожее на жетон с надписью. Не зная язык, не разобрала написанного. И мешочек с деньгами. Наличные порадовали. Правда, как покупать, если не знаю, где приобретать и что мне нужно?

Разделась полностью и легла отдыхать. День выдался суматошный. И завтра ещё непонятно, что делать. Вообще, мне деньги и всё остальное не нужно. Надо только их пожелать и написать об этом.

Сейчас, когда наступил момент успокоиться и всё обдумать, когда уже столько всего произошло и свершилось, я осознала, насколько, счастлива, что у меня есть необычные и чудесные способности. Чужой мир — это ерунда. В моей стране и не в такой передряге выживают. Вообще, меня не пугало новое место, мне было интересно. А ещё вспоминалось поведение Армета при его угрозах. На мысли об этом тело ответило жаром. Я уже не видела за его действиями реального предупреждения. Казалось, что он просто хотел прикоснуться ко мне.

Утро встретило меня требовательным и очень громким стуком в дверь. Я уже почти проснулась, когда Димит яростно воскликнул: «Я захожу!» и быстро вошёл в комнату.

— Вставай давай! — громко сказал он, скидывая с меня одеяло.

Тут уж кто угодно проснётся. Я не только сразу вскочила, но и, прикрываясь, завизжала. Димит ошарашенно уставила на меня, совершенно голую, и лишь после оплеухи очнулся от столбняка и вылетел из комнаты ещё быстрее, чем ворвался сюда. Дверь захлопнул, и оттуда я услышала его виноватое:

— Прости, Эжелья. Не подумал. Жду тебя здесь.

Ну вот. Ярость сразу утихла. Но смущение осталось. Обнаружила неприметную дверцу за красивой ажурной ширмой. Там была еще одна ванная с полагающимися приспособлениями и душем. Помылась там и привела себя в порядок. Надела полученную вчера чистую форму и вышла к Димиту держа остальные выданные вещи. Сразу ткнула его пальцем и непримиримо заявила:

— Ты мне должен!

Он согласился, и я, пока парень чувствует вину, потребовала:

— Ответь на все мои вопросы.

Он тяжело вздохнул, но подтвердил, что расскажет всё, что сможет.

— Сейчас пойдём купим тебе необходимые принадлежности, — добавил он. — Вопросы задавай по дороге.

Так что вместо учёбы мы направились в город. И Димит действительно сказал то, что знал. На выданном мне значке оказалось имя — Эжелья. Две формы нужны были для занятий теоретических и для практики. Цвет моей формы отличался от красной формы Димита. Моя чёрная означала повышенный уровень опасности магии. Его цвет — огненную магию.

Красная шёлковая рубаха и чёрные штаны с красными лампасами. Он ворвался ко мне в комнату уже так одетый. А его жетон был прикреплён к груди, и там оказалось написано его имя — Димит.

Кристаллы были накопителями информации. После каждого урока учащийся должен всё, что запишет, скидывать в них. И тогда они не только сохраняли знания с уроков, но и закрепляли имеющиеся сведения в голове. Если не воспользоваться кристаллом, то помнить я буду лишь ту информацию, которую сможет удержать моя обычная память.

Дощечка и палочка-стик тоже были необычными. Записывать можно сколько угодно и потом перематывать данные и читать их, сохраняя на кристалл. Зачёркивая записанное, я могла стереть все свои записи и сделать новые. Объём этой дощечки, как и возможности стика, были бесконечны.

Я сказала, что могла бы пожелать себе это всё, и мой провожатый возразил.

— Армет посоветовал избегать лишней демонстрации твоих способностей, или тебе слов нага было мало? — Димит это сказал серьёзно, и я глядя, на него, пересмотрела своё намерение записывать все свои желания. Хотя такая магия пьянила. Я понимала, что могу получить всё что угодно. Но дракон был прав и лучше сохранять осторожность.

— К тому же, если ты снова попадёшь в беду, принц может не сдержаться, и тогда ты наверняка станешь его любовницей. — насмешливо предупредил парень.

— Он действительно это сделает? — настороженно переспросила я.

— А что тебя удивляет? Принц из правящей ветви. А они все известны своим любвеобилием. У короля Асилана полон гарем. Он не стал напрасно гневить народ, забирая дракониц, и заполнил свой гарем женщинами других видов. Но королевой будет драконица. Это обязательно. А вот Армет не нашёл себе никого. О его похождениях ещё никто пока не слышал, и, вероятно, их просто нет, иначе бы информация просочилась. Все ждут, когда появится девушка, с которой он пустится в разгул. Первая любовница Асилана чуть не умерла от его неистовости. А про Армета известно, что он наполовину ледяной дракон, а те долго ждут свою избранницу, но потом девушку просто выносят из спальни. Ледяные холодны ко всем, кроме своей единственной. С ней они горят похлеще любого огненного. Так что не советую выводить принца из себя, иначе может стать Армет оторвётся на тебе за все годы воздержания.

Я с волнением выслушала и возразила:

— Так пусть дальше ждёт свою единственную. Я здесь причём?

Димит щёлкнул меня по лбу.

— Не поняла ещё? Тебя не жгло его пламя. Ты и есть избранная второго принца. Видимо, за тобой он направился в твой мир. И именно тебе делить с ним жизнь, судьбу и постель.

Я от удивления открыла рот, и Димит захлопнул мне его рукой.

— Я бы на его месте, — начал он, как вчера Нириэш, но я резко остановила его и велела не говорить мне больше об этом.