Страница 21 из 54
Даже издалека.
Слуги бегали по двору быстрее обычного. Конюхи громко спорили у конюшни. У главного входа нас едва не сшибла молоденькая служанка с испуганным лицом.
— Маленькая госпожа! — выдохнула она, прижимая руку к груди. — Слава богам, вы вернулись!
Нинель сразу насторожилась, её маленькая ладошка крепче сжала мою руку.
— Что случилось?
Девушка побледнела ещё сильнее.
— Весь дом на ушах стоит… Генерал вернулся и… и…
Она нервно сглотнула.
— Он в бешенстве.
У меня внутри всё медленно ухнуло вниз, будто я шагнула с обрыва.
Ну вот.
Доигралась, Мария.
Сейчас тебя красиво выставят за ворота.
Или Максимус убьёт... взглядом.
А потом, возможно, буквально.
— Идём, — тихо сказала я Нинель, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Говорить буду я.
Мы вошли в дом.
Тишина внутри была хуже любых криков.
Слуги шарахались от дверей гостиной так, будто там сидел не человек, а голодный дракон, готовый в любой момент выдохнуть пламя.
Хотя…
Технически так и было.
Я неторопливо вошла внутрь, чувствуя, как корзина с остатками пикника вдруг стала невероятно тяжёлой.
И сразу увидела его.
Максимус сидел в огромном кресле возле камина. Широкие плечи напряжены, челюсть сжата. Серые глаза были холодными настолько, что у меня по коже побежали мурашки.
Весь его вид кричал: «Я очень недоволен».
Рядом с ним стояла Мадлен.
Уже не в алом.
В скромном сером платье с высоким воротом.
С кружевным платочком в руках.
Идеальное воплощение оскорблённой невинности.
Актриса.
Она тихо всхлипывала, промакивая совершенно сухие глаза.
Я остановилась посреди комнаты.
Ну что ж.
Вот сейчас меня и вышвырнут.
С тоской подумала я.