Тьма в его сердце

Глава 36

Изабелла

Меня вталкивают внутрь, и я падаю на жёсткое сиденье. Внутри бронемашины темно и тесно. Мужчина, что помог мне забраться, нависает надо мной. Он застёгивают ремни на моих плечах, притягивают к сиденью так сильно, что дыхание перехватывает.

— Сиди здесь, — голос его кажется глухим из-за маски. — Не вставай, что бы ни случилось.

Выпрыгивает наружу и дверь захлопывается. Я сжимаюсь на сиденье, поджимаю ноги, они мёрзнут в одних носках. Всё тело дрожит так сильно, что зубы друг о друга бьются. Не могу сдержать себя. Пальцы впиваются в холодный пластик ремней, и я сильнее прижимаюсь спиной к стенке.

Смотрю в узкое окно напротив. Там ничего не видно, только белую мглу. Слышу выстрелы и сжимаюсь ещё сильнее, потому что они раздаются прямо у машины так близко, что я закрываю уши ладонями. Пытаюсь дышать, но выходят только рваные вдохи.

Стрельба становится сильнее и громче.

Кто-то кричит снаружи. Слов не разобрать. И сквозь этот хаос слышу, как что-то тяжёлое ударяется о броню машины. Словно мешок с картошкой бросили. Или тело человека…

Зажмуриваюсь, потому что не хочу знать, что происходит снаружи. Только слышать не могу перестать. И это хуже всего сейчас.

Дверь распахивается резко, и я дёргаюсь, потому что снег и холод врываются внутрь вместе с двумя фигурами в чёрном. Каин запрыгивает первым, за ним следом ещё один мужчина, которого я не видела раньше. Оба тяжело дышат, на их форме снег.

— Уезжаем! — кричит Каин, срывающимся голосом.

Дверь захлопывается, машина сразу дёргается с места так резко, что меня швыряет вбок, но ремни удерживают на сиденье. Каин садится напротив, смотрит в узкое окно. Он снял маску, и теперь я вижу его напряжённое лицо с плотно сжатыми губами. Желваки ходят ходуном, на лбу блестит пот, смешанный с грязью.

— Нужно оторваться от погони, — говорит он другому мужчине.

Оторваться от погони? За ними кто-то едет?.. Боже. Это ещё не конец.

Эта мысль бьёт под дых, и я смотрю на него широко раскрытыми глазами. Каин переводит взгляд на меня, и на секунду мне кажется, хочет что-то сказать, но не говорит. Отворачивается и снова смотрит в окно.

Я в шоке просто сижу и смотрю на всех этих людей. На Каина, на мужчину с раненой рукой и на водителя, который крутит руль так, что моя голова мотается из стороны в сторону. Не понимаю, кто они, откуда взялись и почему спасают меня.

Машину постоянно качает из стороны в сторону и меня временами подбрасывает на сиденье. Вцепляюсь в ремни ещё крепче, пальцы затекли, но я не могу их разжать. Тело напряжено до предела и жду удара каждую секунду.

— Держитесь крепче! — кричит водитель. Голос его прорывается сквозь шум в салоне. — Дорогу занесло! Нужно пробиваться через сугробы!

Мы проваливаемся в снег, машина наклоняется, и я вскрикиваю. Боже, мне кажется, что мы перевернёмся. Но нет, водитель выруливает, и мы снова несёмся вперёд.

Каин не отрывается от окна. Следит за погоней, которую я не вижу. И это к лучшему, иначе просто сойду с ума.

— На мосту можно оторваться, — говорит он другому мужчине. — Если подорвать его.

Подорвать мост? Боже мой! Они даже на такое пойдут?.. Сколько людей уже умерло сегодня…

Я не верю своим ушам. Смотрю на него, и в голове не укладывается, что вообще сейчас происходит и как я тут оказалась. Может, сон это всё?

— Нам нужно время, чтобы заложить взрывчатку, — отвечает мужчина с раненной рукой

Каин поворачивается к нему.

— Успею. Сам сделаю.

Он говорит это так спокойно, будто речь не о том, чтобы взорвать мост на ходу и убить людей, будто бы он занимался такими вещами сотни раз.

Машина тормозит. Меня швыряет вбок, и я снова вскрикиваю, потому что ремни сдавливают грудь. Двигатель глохнет, и в наступившей тишине я слышу, как Каин что-то достаёт из сумки, что-то очень похожее на взрывчатку.

Делаю судорожный вдох, таращась на это… Оно же может взорваться прямо здесь. Или не может?..

Дверь открывается, и холод врывается внутрь, обжигая моё лицо. Мужчины выбегают из кабины, пока я глотаю судорожно воздух. Тело так сильно дрожит, что зубы начинают отбивать ритм.

Я вижу только их спины, снег, и вдали что-то тёмное и огромное. Кажется это парапет моста бетонный.

Замираю, смотрю, как Каин и тот мужчина бегут к краю. Они что-то делают там, возле перил, но мне не видно, только слышу, как ветер доносит обрывки команд, глухие удары и лязг металла.

Водитель остаётся в машине, не выключает двигатель и ждёт.

Закрываю глаза и кусаю себя за нижнюю губу, чтобы попытаться успокоиться, но ничего не выходит. Это попросту невозможно в такой ситуации. Господи, мне даже так страшно не было, когда меня волк пытался разорвать на части. Тогда я была готова умереть, а сейчас…

Поскорее бы это всё закончилось!.. Я так устала от всего.

Мама, папа и Лили… Простите меня, но я, кажется, сдаюсь.

Стоит этой мысли появиться, как на улице происходит взрыв, но не в том месте, где Каин с тем мужчиной были и закладывали взрывчатку. С другой стороны.

Земля дрожит, машину трясёт так, что моя голова ударяется о стену. В ушах звенит, перед глазами плывут белые круги.

— Твою мать! Догнали! — ругается водитель и выходит из кабины оружием.

И сразу начинает отстреливаться. Я слышу громкие выстрелы один за другим.

Мне так страшно, что я даже двинуться не могу, словно приросла к этому жёсткому сиденью.

А потом сквозь звон в ушах прорывается рёв множества снегоходов. Это люди избранных что-то взорвали? Я не понимаю ничего…

Не могу больше сидеть и просто ждать, хочу видеть, что происходит снаружи. Не знаю зачем мне это… Тянет именно туда.

Пальцы дрожат, когда я дёргаю ремни, но пряжка не поддаётся, и я со всей силы тяну её. Ничего не выходит, конечности меня не слушаются, я их даже толком согнуть не могу.

Затем раздаётся ещё один взрыв и он совсем рядом, оглушая меня снова. Машину трясёт, всё ходит ходуном и словно земля из-под ног уходит. Кто-то резко открывает дверь и в салон врывается дым с сильным ветром, я дёргаюсь в ужасе. Кажется, это водитель, он едва на ногах стоит. Пытается завести бронемашину, но вижу, что он ведёт себя странно. Замечаю кровь на виске, которая струёй стекает по щеке и капает на его форму. Он издаёт стон и медленно наклоняется туловищем над рулём, теряя сознание.

— С вами всё… в порядке… — голоса нет, когда я пытаюсь говорить.

Я снова дёргаю ремни, пытаюсь вырваться, ломаю ногти о жёсткий пластик, но продолжаю судорожно пытаться отстегнуть их. Ничего не выходит…