Страница 2 из 78
— Знаешь, не хочу, — сказала я.
Ваня от меня отстранился, в глаза посмотрел тем самым взглядом, каким смотрит голодная дворняга, когда ее гонят от будки. Вот только дворнягу мне жалко, а его нет.
— Ты чего? Мама к нам переберется. Ту квартиру будем сдавать. Проживем. Я подработку возьму.
— Нет, Ваня. Я не хочу.
— У тебя кто-то есть? Я же придушу и его, и тебя! Никому не достанешься! То-то я думаю, напомадилась, постройнела, волосы подвила! Для кого все это?
— Просто он заботится обо мне.
— Кто он?
— Мой муж. Убирайся.
— Убью! — громкий крик, перочинный нож возле моего горла. Дочка спит в соседней комнате. Гости зашевелились на нашей постели. Незваные гости! Меня никто не предупреждал о том, что они приедут.
— Пошел к черту!
— Ты меня любишь! Ты не можешь так! Я твоей дочери отцом стал!
— Нет, Вань. И замуж за тебя не пойду. Прости.
Хлопнули оконные рамы, распахнулись сами по себе. Из-под кровати, прямо под ноги Ване выкатился меховой шар с двумя горящими огоньками глаз. Любимый оступился, дрогнула рука, тонкая струйка тёплого потекла по моей шее.
— Светочка, что же это? Я не хотел!
Поднял на руки, начал качать, как маленькую, сам чуть не плачет. В груди любимого бухает его горячее сердце, будто бы хочет вырваться наружу. Брат Вани набирает какой-то номер.
— Скорая! Тут женщина, срочно приезжайте. Ванька, брат, что ж ты, гад, сотворил?
— Ничего не нужно. Это просто царапина.
И мне вновь тепло на его руках, и кровь уже не течёт. И хочется навсегда так и остаться прижатой к горячему сердцу. К сердцу, которое меня любит. Да только смогу ли прощать ему все теперь? После того, как почувствовала себя достойной. Достойной уважения другого.
— Мама! — Анютка выбежала к нам, растрепанная, ласковая, в простой длинной футболке до самых коленок.
— Уходи, дочур. Маме нехорошо. Я там на кухне оставил тебе подарок. Как ты хотела. Ночью сбегал за ним. Играйся.