Страница 69 из 94
— Как не брала? Я-то вижу. Сила в тебе проснулась твоя, та, что по роду идёт, что от мамы досталась. Искристая, серебряная, ручьями лесными полная, да ночами звёздными. Только эта сила теперь в тебе слилась со второй, темной, той, которой обладал Сильвер. Как ты и уцелела только? Не понимаю, — Анна поправила на плечах свою извечную шаль, закуталась в нее посильнее, поежилась. Серый козий пух расправился новым узором, засеребрился. И зачем только она кутается в такую шаль летом? Может, и вправду мёрзнет? — отстраненно подумалось мне.
— Но я не специально взяла. Сильвер меня попросил приехать, передал через врачей. Там молодой хирург в больнице, он мне позвонил, сказал, что дядя при смерти. Я хотела проверить. Просто убедиться, что Сильвера больше нет.
— Убедилась? Напрасно ты на его зов откликнулась, — суровое лицо соседки вдруг преобразилось, посветлело, а глаза стали отливать синим.
— Почему?
— Колдун сам умереть не может. Такой колдун, как Сильвер. Он ведь обладал неслыханной силой и должен был ее кому-то передать. Иначе бы так и мучился. Вот ты приехала, да и приняла дар, а с ним и бесенка. Из рук что-то взяла, или просто коснулась. Забрала свое. Теперь, эта сила твоя. Смирись с этим, девочка. И то, что ничего не знала, не меняет судьбы твоей.
— Бес — это Адик? Мой ворон?
— Нет, ворон — твой фамильяр, это другое, — Анна наконец тепло улыбнулась. Впервые за наш разговор.
— Тогда.. — я немного замялась, не зная, как и сказать, — Это кто-то из моих рабов?
Анна мигом насторожились.
— У тебя есть в доме рабы? Значит, дверь в Шохир отворилась и всё ещё существует?
— Да, тот мир, он есть.
— Миров может быть много. Дом ваш, он стоит на расщелине междумирья. Зачарован накрепко. И кто знает, сколько оттуда можно открыть дверей и куда.
— Так один из рабов бес? — я нервно сглотнула.
— Нет, не думаю. Сильвер, каким бы могущественным колдуном он ни был, вряд ли смог бы привлечь демона. Его предел — это бес.
— Как он выглядит?
— Некрупный такой, размером с кота или собаку. На голове торчат рожки, тело покрыто шерсткой. С виду довольно милый, но ты этой внешности не верь, слышишь, Эрика? И на поводу у беса никогда не иди, а то выйдет худо. Но и сама беса на бойся. Плохо, что ты приняла дар у Сильвера, можно подумать, тебе своего не хватало, но уж что тут поделать?
— Я вас услышала, — я занервничала, вот и ответила по своей офисной привычке.
— Ну и хорошо, что услышала, — Анна потеребила свой цветастые передник, горестно вздохнула, — Ты уж извини, но в дом тебя не приглашаю. За подарки большое спасибо. Что понадобится, так ты заходи. Веретено тебе вырезать? Руки-то ещё помнят.
— Да нет, не нужно, я же не собираюсь прясть.
Анна покачала головой.
— Вот и мама была твоя точно такой. Кидалась, куда ни попадя, а сама ничего и не знала.
— Разве вы ее помните?
— Веретено для особенного колдовства нужно. Заглянешь, если понадобится, — Анна ушла от ответа, дальше ее расспрашивать бесполезно. Уж я-то эту ее привычку хорошо знаю.
— Что делать с рабами?
— А что с ними делать?
— Я хочу узнать правду, как и за что они попали в рабство?
— Так спроси.
— А если солгут?
— Тебе солгать твои рабы точно не смогут, если уж на то пошло. Достаточно взять с обеих сторон за голову, просто ладони положить на виски.
Мимо нас по дороге проехала машина, взметнув столб пыли, Анна тут же замолчала, будто бы нас могли услышать. Мы обе проводили взглядом сияющий джип. Соседка поправила чепец на голове, чтобы тот сидел ровно, смотрел вперёд вышитым алым оленем. Что-то она сегодня принарядилась, да и меня вот вышла встречать. Не просто же так она стояла здесь у дороги. Как только узнала, что я поеду? Может, ждала с утра?
— А дальше?
— Приказать то, что хочешь, чтоб они сделали. Или, напротив, не делали. Любой запрет, любой приказ. Твои рабы — твоя власть над их волей, тебе и отвечать за все, что они сделают или не сделают. Погубят кого — вина тоже твоей будет.
— Любой приказ?
Анна внимательно посмотрела в мои глаза, чуть кивнула.
— Любой. Только делать это нужно наедине, не где попало. И дай мальчику сесть. Или.. или хоть встать на колени. Да они и сами сообразят, что делать. Чай не впервой.
Я только кивнула, мне вдруг стало жутко от всего того, что здесь происходит.
— А освободить их можно?
— Все можно. Для этого нужно идти в ратушу. Второй перекресток от твоего дома, мимо лавки волшебника, сразу за хлебопекарней. Там такие булочки продают! Продавали.. Лет тридцать назад. Если будешь там, купи мне немного. Я золотых дам. У меня есть, не потрачены ещё с.. тех времён.
— Может быть, вы сами хотите прогуляться в Шохир?
— Нет, что ты. Я так всем рисковать не готова. Ведьм из простых людей, да и колдунов тоже никогда не ценили в Шохире. Чуть что — выдернут дар с корнем! Почитай, и не было ничего. И как же тогда жить? Я и печь сама разжечь не смогу толком, привыкла уж за столько-то лет пользоваться даром. Это Зильбер ходил в тот мир, ничего не боялся. А я нет. Ошибусь где, чуток подколдую и что?
— То есть магия в Шохире запрещена?
— Запрещена для всех, кроме аристократов. Их жён, детей и близкой родни. Вот выйдешь ты замуж за князя или герцога там — колдуй сколько угодно, хоть на центральной площади светлячков из рукава запускай. А так, для простого народа.. нельзя нам.
— Что, если я выйду замуж фиктивно?
— Где ты найдешь такого дурака? Чтоб женился и не воспользовался своим правом законного мужа? Ты красавицей уродилась, тебе по уму замуж выйти нужно.
— Сильвер находил мне жениха. Ну, помните, тогда, когда я сбежала отсюда?
— Помню. Ты, главное, завещание дяди найди для Шохира. Оно должно быть где-то в доме. Тебя ещё совсем малышкой Сильвер водил в Шохир, записал, как племянницу в книгу судеб. Так что все должно получиться по закону.
— Как же я докажу его смерть?
— Чего не знаю, того не знаю. Только смотри, чтоб никто не нашел дверь сюда, к нам. Не хотелось бы, чтобы в Приозёрье появились ещё и двуипостасные драконы. Нам озёрных вполне хватает.
— И то верно.
— Ты езжай, стемнеет скоро. Уже солнце за горизонт заваливаться начало.
— Да, вы правы. Нам ещё насос для скважины ставить. Или, может, уже завтра? Сегодня, наверное, на родничок пойдем за водой.
— Доброй тебе дороги.
— И вам хорошего вечера.