Страница 41 из 94
Нет, я люблю женщин, их страсть, поцелуи, объятия, то, что следует за всем этим. Но бывают у дам уж очень прихотливые вкусы, о которых я предпочёл бы и вовсе не знать. И уж точно не испытывать на своей собственной шкуре. Хотя? Не мне выбирать судьбу. Точнее, сам я свою судьбу уже один раз выбрал и как же ошибся.
Я доверху наполнил небольшую корзину спелыми абрикосами, крупной черешней. Потом, уже в доме, тщательно счищал с абрикосов их тонкую шкурку, вынимал косточки из черешни при помощи специального приспособления, укладывал все это в креманку так, чтоб красиво смотрелось и было вкусно. Взбил сливки при помощи артефакта, их вышло мало, но даже такое количество украсило десерт. Потом я сделал омлет, посыпал его зеленью. И наконец приготовил легкий салат. Утром останется только заварить напиток. Это быстро, правда и утро скоро настанет.
Я прибрал за собой, спрятал десерт в шкаф стазиса, чтобы не потёк. Это довольно удобно, в той, земной части дома, стоит холодный шкаф, тут шкаф стазиса. Всегда под рукой тот артефакт, который нужен. Представляю, как удивились бы жители Шохира, если бы узнали о существовании холодильных шкафов.
На полпути из кухни к своему привычному месту на ковре у выхода из дома, я замер. В голове всплыло, что хозяйка велела занять мне спальню Зильбера. Интересно, она хоть раз там была? Представляет, о чем говорит? Надеюсь, она не пошутила.
Я вернулся обратно в коридор, осторожно прошел по кромке летающего ковра, только бы его не побеспокоить, иначе опять вмажет в стену или, играючи, уронит на пол. Знаем, уже не раз проходили.
Я уже почти дошел до комнаты Зильбера, когда мне послышались голоса. Нет, глупость, пустое, сейчас никого нет в доме. Должно быть, я просто слишком устал, вот и мерещится всякое. Или домовой привел в дом домовиху. Только бы не это! Если уж они начнут пакостничать вдвоем, то держись. Тут и никакой конфетой не выйдет отделаться!
Перед дверью спальни я замер, толкнул ее слишком сильно, так, что петли заскрипели. Бесшумно в эту комнату не войти. Письменный стол завален бумагами, сверху лежит свежее завещание. Кто-то, некая женщина, довольно молодая при том, оставила Зильберу дом в коттеджном поселке. Я видел ее тут мельком. Еще удивился, как у такой может быть взрослый сын, они приходили к хозяину вместе. Сын тот все строптивился и ругался насчет зелий, которые Зильбер назначил его матери.
Кровать прежнего хозяина застлана дорогим покрывалом, подбитым шелковым пухом белонорок. Как-то так на Земле называют этих зверьков, Шохире иначе — просто вертушками. В нашем доме, на родительской постели, было такое же покрывало. Я зарылся ладонями в мех, улыбнулся своим собственным воспоминаниям.
Мама, дом, небольшой каменный камин в углу на случай холодной зимы. Знать бы, какие бывают зимы! Отец дремлет в кресле, прикрыв лицо шляпой. Мама и бранит его за эту привычку, и улыбается, когда замечает, что он опять уснул. Младший брат здесь же, возит по полу карету, вырезанную из красного дерева. Лошадки особенные, их ноги зачарованы и переступают почти как у настоящих. Даже гривы и хвосты немного колышутся из стороны в сторону. А на кухне уже стоит тесто, мама собралась печь рулет Веллингтон.
Как же бедно мы тогда жили, а все равно у меня было самое счастливое детство. Не хотел бы я больше никогда переступить порога родного дома. И никогда больше не хотел бы увидеть всех их, свою семью. Вот только тоскую ужасно.
Постель я перестелил и с огромным наслаждением устроился на мягчайшем матрасе, накрылся одеялом, подтолкнул под голову подушку. Как же давно я не спал вот так! Не ощущал на себе приятной тяжести одеяла, мягкой пушистости подушки под головой, запаха свежего белья. Я смежил веки и улыбнулся. Надеюсь, ведьма не пошутила, и мне действительно дозволено остаться здесь на всю эту короткую ночь. Сколько ей и осталось-то длиться? Час? А то и меньше. Еще же варить особый напиток из горьких плодов.
В коридоре раздались довольно уверенные шаги мужчины. Я побледнел, подскочил, на секунду мне примерещилось, будто Зильбер все еще жив и вот-вот войдет в свою спальню, но на пороге показался Алан. Всего лишь невольник, почти такой же, как и я сам.
— Зачем ты встал?
— Мне почудилось, будто Зильбер вернулся. А где хозяйка? — он обвёл взглядом комнату, — Мы ее не потревожим?
— Зильбера нет. Госпожа предпочла спать в желудке машины, чем в одном доме с нами.
— Где уснуть? — брови парня взлетели.
— В желудке машины. Это такой зверь, помесь букашки с драконом. Мерзкая штука, все время рычит и пахнет ужасно.
— Ты шутишь, — кивнул мне фернирец.
— Не веришь, выгляни на Землю через окно, если сможешь дойти. А лучше разбуди меня через час. Только на ковер не ступай, он может вывернуться из-под твоих ног.
— Почему?
— Летающий, а еще у него премерзкий характер.
— Ммм. Можешь считать, что я тебе верю.
Алан ушел. Через пару минут в коридоре раздался ужасающий грохот.
— Ты жив? Помочь подняться? — осторожно крикнул я. Зильбера нет, но шуметь в доме я все одно не привык, опасаюсь.
— Вполне. Я сам дойду, помощь мне не потребуется, не беспокойся.
— Удачи. Не забудь разбудить меня до того, как солнце окончательно встанет.