Звездолет

Поселенец приподнял костлявое плечо:

— Если нет, все равно работорговцы скоро прибудут. Как всегда. За самых слабых дадут по мешку зерна за голову.

— Ты продашь собственных людей? – Капитан вроде как даже и не удивился.

— Лучше жизнь в рабстве, чем голодная смерть. – Мужчина внезапно воодушевился. – У нас есть вдовы. И девочки-сироты. Из них получатся прекрасные компаньонки для твоей команды. Если желаешь поторговаться..

— Я не покупаю плоть.

Мужчина отпрянул, словно оскорбленный резким отказом. Затем запрокинул голову и смерил троицу взглядом, от которого у Солары волоски на шее встали дыбом. Снова глянув на пистолеты капитана, поселенец уточнил:

— Сколько человек у вас в команде?

Пульс Солары зачастил от страха. Она поняла, о чем думает мужчина. Работорговцы выложат куда больше зерна за нее, а за крепкого парня вроде Дорана – и подавно. Ублюдок явно их оценивал, прикидывал, сколько раз капитан успеет выстрелить, прежде чем на него кинуться. Солара положила ладонь на рукоятку кинжала, но даже с оружием им было не выстоять против шестидесяти человек.

Поддавшись внезапному порыву, она закатала рукав и показала татуировку:

— Более чем достаточно. Учитывая, кто мы такие.

Вытаращив глаза, поселенец отступил на шаг. Сам изгой, он явно узнал символ Братства. И вспомнил, что любой обладатель метки принадлежит к сети безжалостных бойцов. Нарваться на одного – нарваться на всех.

Доран быстро ухватил мысль и тоже показал запястье. Затем напустил на себя зловещий вид и угрожающе произнес:

— Слышали о Демаркусе Хане, предводителе пиратов, у которого кулаки как кувалды? Я тот, кто уложил его на лопатки и забрал его невесту.

В подтверждение Солара натянуто кивнула.

— Может, он и правит во внутреннем круге, – продолжил Доран, – но окраина принадлежит мне. Любой из здешнего братства ответит Даро Красному. – Он хрустнул костяшками и повертел головой, имитируя главаря пиратов. – Или можешь бросить мне вызов сейчас, перед этими свидетелями.

Никто не рискнул.

— Мы люди мирные, – сказал поселенец, отходя еще на шаг и подняв руки в знак поражения. – Разойдемся друзьями.. и союзниками.

Позже вечером, когда «Банши» надежно заперли, а команда разошлась по каютам, Солара стояла перед зеркалом в спальне и распутывала косу холодными неуклюжими пальцами. Она не могла выкинуть из головы костлявые тела поселенцев или их запавшие глаза, благодаря которым люди больше походили на пугала.

Неужели через год на Веге с ней произойдет то же самое?

«Да, – поняла Солара. – Да, если меня раньше не продадут».

Капитан предупреждал еще несколько месяцев назад, но она упрямо цеплялась за мечту о независимости и обретении своего места в мире. О том, как ее станут уважать за мозоли на ладонях и грязь под ногтями. Вот только свободой здесь и не пахло. Она лишь променяла один вид притеснений на другой. Земля или Вега, жизнь все равно будет одной бесконечной борьбой за существование.

На глаза навернулись слезы, но Солара сморгнула их и сосредоточилась на отражении Дорана. Он тоже мыслями витал далеко отсюда. Сидел на краю кровати, упершись локтями в колени, и пялился на свои руки. Хорошие сильные руки, что огрубели от работы. Вот только вряд ли он их видел.

— Все в порядке? – спросила Солара. – Ты сегодня какой-то притихший.

Он мельком улыбнулся одними губами:

— Просто задумался.

— То-то смотрю, аж дымом запахло, – поддразнила Солара. Когда реакции не последовало, она развернулась и подцепила его подбородок указательным пальцем. – Что не так?

Минуту Доран смотрел на нее, а потом пожал плечами:

— Думаю, я нашел цель в жизни.

Несерьезный тон, коим это было сказано, вызвал у Солары сухой смешок.

— И все? Ну ты так сильно не радуйся, а то еще мышцу потянешь.

— Нечему радоваться. По крайней мере, пока. Найти цель и достичь ее – две большие разницы.

Ответ задел за живое, и Солара опустила глаза. До сегодняшнего дня у нее была цель. Теперь же..

— Я могу помочь здешним жителям, – пояснил Доран. – Просто положив конец спекуляции на топливе. Только представь, что случится, если цены на него упадут. Больше посевов, улучшение технологий, свободное передвижение по миру. Совершенно другая жизнь.

Солара посмотрела на него и увидела в синих глазах огонь, которого прежде не замечала. Доран явно всерьез обдумывал такую возможность. Однако его улыбка была печальна.

— Я мог бы помочь людям.

— В чем же проблема?

— Я бессилен, пока власти не снимут обвинения. И даже если меня примут обратно на фирму, уйдут месяцы, прежде чем перемены станут заметны. – Он наклонился вперед и выразительно посмотрел на Солару. – Тут небезопасно. Множество ужасных вещей может произойти до тех пор. Произойти с тобой.

На миг ей удалось забыть о Веге, но от напоминания по спине вновь пробежали мурашки.

— Не переживай за меня. Со мной все будет хорошо.

— Нет. Ни с тобой, ни со мной – если ты хочешь, чтобы я тебя тут бросил.

Она покачала головой:

— Ты ничего мне не должен.

— Вообще-то должен. Но мои намерения не совсем чисты.

— То есть?

— То есть, – начал Доран, вставая с кровати, – если с меня снимут обвинения, то я хочу, чтобы ты вернулась со мной на Землю и осталась рядом. Навсегда.

— Осталась с тобой? – На секунду сердце воспрянуло. Но потом Солара вспомнила, из-за чего, собственно, улетела. – И что же я стану делать?

— Что угодно.

— Ты забыл про обвинения в воровстве?

— Ты использовала мой счет. Я скажу следователям, что сам разрешил тебе делать покупки.

— Но меня учили всего одной профессии. Когда я улетала, работы механикам было немного, и ничего с тех пор не изменилось.

— Я прослежу, чтобы Сполдинги тебя наняли. Нам всегда нужны механики. Или, если захочешь, я обучу тебя чему-нибудь другому. Например, разработке и развитию продукта. Тогда мы сможем путешествовать вместе, как сейчас.

— И как это будет выглядеть?

Солара посмотрела на свои татуированные костяшки и представила заголовки желтой прессы: «Наследник Сполдингов шляется по трущобам в компании очередной девицы».

— Бывшая обвиняемая работает рука об руку с будущим президентом компании? Ты сам себя слышишь?

— Я найму специалиста, и мы сведем твои татуировки.

— Но я все равно останусь чужой. Я не такая образованная или красивая, как ты..

— Прекрати так говорить, – перебил Доран. – Ты правда красивая.