Звездолет

Вот это лицемерие. Доран усмехнулся:

— Ты носишь ожерелье из украденных у меня фишек и смеешь говорить о жадности?

Солара села так быстро, что он отшатнулся, испугавшись, как бы она в драку не бросилась. Но она осталась на койке и принялась развязывать шнурок.

— Лови свое добро. – Она бросила ожерелье Дорану.

Он торопливо убрал фишки в карман, пока Солара не передумала.

— Но мы еще не квиты.

— О, мы никогда не будем квиты. – В ее глазах мелькнул дьявольский огонек. – Но я все равно попытаюсь рассчитаться. Принеси мне чашку чая, – велела она, откинувшись на подушку.

— Что-что?

— Чай, – повторила Солара. – Живо.

— Сама неси себе чертов чай.

— Доран, обычно я мечтаю столкнуть тебя под скоростной поезд. Но сегодня мне не дали попробовать пряных ягод, а потом вручили суицидальную таблетку. Не провоцируй меня, – предупредила она.

Доран стиснул зубы:

— Ладно. Хочешь чаю? Я приготовлю нечто особенное.

Ворвавшись на камбуз, он перерыл все ящики и наконец нашел нужный пакетик. Доран никогда прежде не заваривал чай, но знал примерный порядок: наполнить чашку кипятком и несколько раз макнуть пакетик. Десять минут спустя он вернулся в каюту и протянул Соларе оловянную кружку:

— Пей. – Затем наклонился и добавил: – Слабо?

Доран ничего туда не подсыпал, но ей об этом сообщать не собирался.

Солара вернула кружку, так покраснев от ярости, что удивительно, как еще пар из ушей не повалил.

— Жду не дождусь, когда тебя здесь не будет, – выдавила она.

— Что ж, значит, у нас есть нечто общее.