Страница 49 из 80
Глава 27
— Но это непорядочно! — возмутилась я, глядя на хитрющий блеск в глазах подруги.
— Это — выживание! — отрезала Лия. — Не волнуйся, деньги у него ещё есть, не дурак же он, все их с собой носить. Или ты будешь сидеть и ждать, когда он промотает все свои средства и потом нас выдаст императору?
Я отрицательно качнула головой. В её словах был смысл, пусть и жестокий. Я слишком многим рисковала, чтобы сейчас полагаться на чужую совесть.
— Но как мы это сделаем? — спросила я, уже понимая, что выбора у меня нет.
— А вот так! — Лия вынула из кармана маленький мешочек, туго завязанный кожаным шнурком. — Я сонный порошок у ведьмы прикупила.
— На что? — изумилась я. — Ты же всё золото отдала стражникам!
— Ну не совсем всё, — хитро улыбнулась она. — Это я так сказала при Торне. Пока я мешок с золотом откапывала, тайком от стражников умудрилась несколько монет из него забрать. Всего ничего, но на несколько магических штучек и на лошадь хватило.
— Ты и правда хитрая, — покачала я головой, не зная, удивляться мне или пугаться такой предусмотрительности.
— Приходится быть такой, — подмигнула Лия. — Иначе как я выжила по-твоему во дворце? Кто только не шпынял меня — безродную сироту, но я взяла и с тобой подружилась. Зато нам вместе легче теперь выживать.
Мне стало немного не по себе от таких откровений. Я вдруг острее, чем раньше, поняла, что Лия — не просто моя верная служанка и подруга. Она — боец. Она научилась играть по правилам этого жестокого мира, и её методы порой шокировали моё, ещё не до конца забывшее старую жизнь, сознание.
Но, подумав, я признала её правоту. По сути, мы обе друг другу помогли. Я в своё время — своим положением и дружбой — помогла ей выжить во дворце. А она теперь помогала мне избежать страшной участи.
Чтобы продолжать выживать дальше, нам и вправду надо держаться вместе. И доверять друг другу.
— Ладно, — выдохнула я, принимая неизбежное. — Что нужно делать?
— Главное — не спалиться раньше времени, — Лия спрятала мешочек обратно в карман. — Всё сделаю сама. Ты просто ешь и не привлекай внимания.
Я кивнула, чувствуя, как в сердце опять поселяется страх. Но другого выхода не было.
***
Из леса вскоре вернулся Торн. Он шёл широким шагом, неся в руке двух мёртвых зайцев.
— Займитесь ими, — бросил он, кинув добычу у костра. В его голосе прозвучал привычный приказной тон, не терпящий возражений. — А я за дровами.
Он ушёл, даже не взглянув на нас. Я перевела дух — легче было делать то, что задумали, когда он не сверлил меня своим тяжёлым взглядом.
Лия деловито закатала рукава.
— Ну что, за дело! — сказала она, вытаскивая из своей сумки небольшой, но острый нож.
Я с удивлением наблюдала, как подруга ловко сдирала с зайцев шкуры. У неё это получалось очень умело — видимо, во дворце приходилось не только пыль вытирать.
— Где ты научилась такому? — не удержалась я.
— Во дворце, конечно, — коротко ответила она, не отвлекаясь от дела. — Я ведь сначала на кухне работала, пока с тобой не подружилась. Всю черновую работу выполняла.
Я замолчала, в очередной раз поражаясь тому, как мало знала о жизни той, кого считала своей ближайшей подругой.
Вернулся Торн, нагруженный хворостом. Он молча сложил их у костра и опять стал подбрасывать в огонь.
Наконец обед был готов. Мы уселись вокруг старого пня. Лия расстелила чистый платок и разложила на него мясо. Мы принялись за трапезу.
— Вкусно, — сказал Торн, прожевав кусок. Впервые за долгое время в его голосе послышалось нечто человеческое. — Давно не ел хорошо приготовленной еды.
— Ешь на здоровье, — улыбнулась Лия так ласково, что у меня мороз по коже пошёл. Вот уж кто умел быть разной.
Она подлила ему ещё ягодного морса из бутыля, что привезла с собой. Я видела, как её рука дрогнула, когда она ставила глинянуюкружку перед наёмником.
Сердце моё заколотилось быстрее.
Торн выпил. Доел мясо.
— Что-то я… — начал он и вдруг замолчал.
Его глаза начали закрываться. Он мотнул головой, пытаясь стряхнуть наваждение, но веки снова опустились, словно они стали очень тяжёлыми.
— Ты… — он с трудом сфокусировал взгляд на Лие. — Что ты… сделала?
— Отдыхай, Торн, — мягко сказала Лия. — Ты заслужил отдых.
Торн хотел что-то ответить, но голова его упала на грудь. Он чуть не рухнул прямо в костёр, хорошо, Лия успела подскочить и повалить его на бок. Вскоре по округе раздался глубокий храп.
Я выдохнула, только сейчас поняв, что всё это время почти не дышала.
— Быстрее! — скомандовала Лия, вскакивая.
Она бросилась к вещам Торна, принялась лихорадочно шарить в его сумке, перетряхивать карманы плаща. Я же, как велено, начала собирать продукты в отдельный мешок — мясо, хлеб, всё, что могло пригодиться в дороге.
— Есть! — вдруг крикнула Лия. В её руке появился небольшой кожаный мешочек. Она развязала шнурок, заглянула внутрь и удовлетворённо хмыкнула. — Здесь около пятидесяти монет. Золотых! Нам надолго хватит.
Я подошла ближе, заглянула ей через плечо. Монеты тускло блестели в свете вечернего солнца. Чужие. Я почувствовала острый укол совести, но тут же вспомнила лицо Аурелиана, его холодный голос, обещание убить меня, как только я рожу.
— А он не станет нас преследовать? — спросила я, глядя на спящего наёмника. Во сне его лицо казалось почти беззащитным — исчезла обычная суровость. Выглядел он просто уставшим человеком.
— Этот? — Лия усмехнулась, но в её глазах мелькнула тень тревоги. — Это станет, обязательно станет. Но мы будем уже далеко. Для этого нам и нужны деньги.
Она сунула мешочек за пазуху, и зачем-то стала ещё шарить по его карманам.
— Что ты ещё хочешь найти? — недоумевала я.
— Вдруг он ещё что-то припрятал.
— Может не надо? Ты сама сказала, что в мешочке денег нам надолго хватит. Мы теряем время!
— Времени у нас полно, а вот денег много не бывает, — ответила она. Лицо Лии тут же озарила сияющая улыбка, когда она вынула из потайного кармана его штанов ещё три золотые монеты.
— Смотри, какой запасливый! — усмехнулась она, пряча и эту находку себе за пазуху.
И снова продолжила поиски, без зазрения совести шаря у мужчины в самых укромных местах. Мне пришлось отвернуться, так как невольно испытала стыд.
Стало совестно от того, что мы нагло грабим мужчину, пока он находится в беспомощном состоянии, по сути забирая у него последнее.