Страница 99 из 108
Неудивительно, что они не встретили главу, когда напали на дворец Великого Света. Он думал, что тот был тяжело ранен после мятежа Туна и не мог сражаться… Оказывается, его убила Сюэ Цзые!
Всего за день до того, как он примчался на Куньлунь, она первой нанесла удар… только почему пошла одна? Почему не подождала ещё один день?
Хо Чжаньбай всегда знал, что Сюэ Цзые решительная и волевая, но даже не думал, что эта женщина, неспособная и курицу связать, выйдет один на один против сильнейшего демона в мире! На это не осмеливался никто во всём цзянху…
Он обессиленно уронил голову и взялся за пылающий лоб ледяной рукой. В груди болело, и от этого мужчина почти задыхался.
А что с ней стало потом? Они ведь так и не увидели целительницу во дворце Великого Света. Вдруг Хо Чжаньбай вспомнил встречу с Мяо Фэном на узкой тропе среди снегов и то, как он держал в объятиях кого-то, чьего лица нельзя было рассмотреть; кого-то, кто высунул руку из лисьего меха, словно пытаясь уцепиться за воздух…
Хо Чжаньбай побледнел.
Это была она? Это была Сюэ Цзые?!
Меньше чем в цуне от него, но… они просто разошлись, так и не попрощавшись друг с другом.
Больше он никогда её не увидит!
Волна горя поглотила Хо Чжаньбая; он обхватил руками голову его плечи дрожали, пока он пытался сдержаться, но в конце концов мужчина тихо заплакал.
Глава школы Динцзянь изумлённо взглянул на него: впервые за десять с лишним лет он видел, чтобы этот человек рыдал.
– Эй… – Больная за ширмой проснулась, вышла к ним и с удивлением посмотрела на горько плачущего мужчину. Цю Шуйинь глядела на него как на расстроенного ребёнка, а потом, вместо того чтобы, как обычно, рассердиться, ласково улыбнулась, подошла и обняла.
Она мягко похлопала Хо Чжаньбая по спине и шепнула:
– Мой хороший… Не плачь, Мо-эр, не плачь. Мама здесь, никто тебя не обидит… Не плачь…
Она взяла носовой платок и принялась нежно утирать ему слёзы.
Чудовищная вспышка горя угасла. Хо Чжаньбай с удивлением посмотрел на Цю Шуйинь, которая впервые за все эти годы была так добра к нему, и горько улыбнулся.
– Цю Шуй… – пробормотал он и вздохнул, протягивая руку, чтобы коснуться её щеки.
Она тепло улыбнулась.
Вот так и должно быть? Они никогда не освободятся друг от друга.
Эта связь – на всю жизнь.
Ещё три месяца спустя школа Динцзянь в Молине официально направила шестерых Клинков поприветствовать Хо Чжаньбая в качестве главы.
Когда мечники спешились у входа, давно закрытая дверь вдруг отворилась, и они поразились, увидев на пороге молодого мастера Хо. На нём были белоснежные одежды, напоминающее о бесконечных пустошах. В руке мужчина держал чёрный меч Мохунь, а сам выглядел слегка помятым, поскольку пил почти всё время; но взгляд его уже прояснился: стал трезвым и холодным.
– Идём. – Никого не поприветствовав, он равнодушно двинулся вперёд, словно шёл навстречу тяжёлому бремени, от которого не мог уклониться.
– Мо-эр! Мо-эр! – Госпожа Цю услышала его и выбежала наружу. – Куда ты? Не уходи!
Глаза её были испуганными, как у оленёнка, и она крепко ухватила Хо Чжаньбая за руку.
– Не уходи! Эти люди обидят тебя! Если уйдёшь с ними, уже не вернёшься!
Вэй Фэнсин и Ся Цяньюй, слегка смутившись, переглянулись.
Хо Чжаньбай посмотрел на неё с печальной нежностью и, склонив голову, легонько похлопал по плечу.
– Не бойся, всё будет хорошо.
Затем он мягко, но решительно отвёл руки женщины и поднял взгляд, подавая знак. Две пожилые нянюшки, которые ухаживали за Цю Шуйинь, подошли и увели её.
В окружении шести Клинков Хо Чжаньбай вышел из дома, сел на коня и поехал прямо к Динцзянь. Они были уже далеко, когда позади раздался пронзительный крик:
– Чжаньбай!
Цю Шуйинь оттолкнула обеих нянюшек и, пошатываясь, подошла к двери. Глядя всадникам вслед, она отчётливо выкрикнула правильное имя ещё раз:
– Чжаньбай, не уходи!
Рука, сжимающая поводья, дрогнула, но мужчина не обернулся.
– Цинжань сказала, что помутнение уже должно было пройти, – шепнул Вэй Фэнсин, едущий с ним бок о бок. – Она просто прикидывалась сумасшедшей, чтобы удержать тебя. Не вини её.
– Знаю. – Тот просто кивнул. – И не виню.
Вэй Фэнсин помолчал и спросил:
– Ты женишься на Цю Шуйинь?
Хо Чжаньбай в свою очередь сказал:
– Я буду заботиться о ней до конца жизни.
Вэй Фэнсин отвёл глаза, понимая, что это твёрдое обещание равняется ещё и решительному отказу, и тяжело вздохнул.
Всадники долго ехали молча. Потом Вэй Фэнсин добродушно сказал:
– Седьмой брат, ты бы хоть встряхнулся немножко.
– И то верно. – Хо Чжаньбай вдруг рассмеялся. – Не беспокойся, я стану хорошим главой, чтобы ты мог и дальше спокойно жить жизнью славного, прилежного мужа и отца!
На шестой месяц после окончания похода на Куньлунь Хо Чжаньбай и шестеро Клинков вернулись в Молин. Теперь на глазах у всего цзянху он взял золотой треножник
[50]
[Символ верховной власти Поднебесной. По преданиям, девять золотых (или бронзовых) треножников выплавил мифический государь Юй во времена легендарной династии Ся (по другим данным, треножник был один, но из девяти золотых слитков).]
главы союза Центральной равнины и, держа меч Мохунь в руке, принял на себя обязанность вести людей вперёд. Его приветствовали восторженными криками.
Однако новый глава только слабо улыбнулся в ответ, не испытывая и половины их радости.
«Да, пятый Вэй, я обещал занять это место. Но предпочёл бы прожить свою жизнь обычным человеком, как ты, с красавицей-женой и детьми…»
* * *
Когда прежний глава Динцзянь отправился в Долину целителей, Хо Чжаньбай, хоть и был занят, поехал с ним.
Огромные заснеженные валуны всё так же плавно сдвигались под ветром, но среди тех, кто вышел встречать гостей, не было никого в фиолетовой одежде. Когда Ляо Цинжань отправила девушек открыть для них каменную преграду, Хо Чжаньбай увидел белые цветы, которыми они украсили волосы у висков, и сердце у него защемило. Он чуть не заплакал.
Ляо Цинжань со вздохом посмотрела на него, но сдержалась и вместо этого только провела прежнего главу школы Динцзянь в Зимний павильон.
– Молодой мастер Хо, пожалуйста, отдохните в Летнем павильоне, – вдруг сказал знакомый голос у него над ухом. Когда Хо Чжаньбай обернулся, то увидел Шуан Хун.