Страница 8 из 108
[В Китае существуют различные уменьшительно-ласкательные формы имён, образуемые при помощи аффиксов «а», «сяо», «эр» или удвоения одного из слогов имени. Как правило, используются при обращении к детям, слугам, младшим по возрасту и статусу.]
, подойдите. Полагаюсь на вас. В этот раз нужно быть крайне осторожными: у него больше тринадцати серьёзных ран и двадцать семь средней тяжести. Нельзя допустить ни единой ошибки.
– Да, госпожа! – в один голос ответили служанки.
Хо Чжаньбай слишком хорошо знал, как они работают. Все пятеро, включая Лю-эр, обучались целительству у Сюэ Цзые. Старшими среди них были Шуан Хун и Фэн Лю. Девушки действовали так слаженно, что казалось, будто у одного человека выросло десять рук. Стоило одной из них вскрыть рану, как другая извлекала из неё обломки кости, третья сшивала сосуды, четвёртая очищала, а пятая накладывала швы.
Как правило, всё происходило так быстро, что пациент терял лишь пару капель крови – и уже готово.
Но… в этот раз ран слишком много. Хватит ли всего лишь десяти рук, чтобы помочь?
Однако не успел Хо Чжаньбай хорошенько обдумать это, как почувствовал, что мысли принялись путаться.
– Лекарство подействовало, – доложила следившая за его реакциями Лань-Лань.
– Тогда начинаем. – Сюэ Цзые зажала в пальцах острую серебряную иглу. Её взгляд был холоден и спокоен, как у богини, способной повернуть вспять колесо перерождений.
* * *
Какой долгий… бесконечный сон. И самое страшное – он прекрасно понимал, что спит.
В бескрайней непроглядной тьме слышались чьи-то быстрые шаги и смех. Мелькнули красные одежды. Совсем юная девушка, задорно смеясь, убегала от него прочь. Время от времени она оборачивалась, и Хо Чжаньбай видел улыбку, которая преследовала его все эти годы.
– Глупый братец, поймай меня! Если поймаешь, выйду за тебя замуж!
Мужчина хотел пуститься в погоню, но не мог пошевелиться: тело словно прибили намертво.
Она убегала всё дальше и дальше, всё больше и больше растворялась во тьме – он уже не смог бы догнать этот призрак.
– Пожалуйста, отпусти моего Чунхуа! – умоляла девушка, перед тем как он отправился на поиски.
– Лучше бы я никогда тебя не знала, – холодно сказала ему молодая женщина в траурном одеянии, обнимая ребёнка. – Убийца! Ты разрушил всю мою жизнь!
Каждое слово пронзало его, словно невидимый клинок, оставляя незаживающую рану.
Цю Шуй, Цю Шуй… Нет, всё совсем не так!
Мужчина хотел докричаться до неё, но не мог издать ни звука.
Почему он всё ещё спит? Отчего не может проснуться?! Сколько продлится эта пытка?
– Ой, госпожа, посмотрите, что это с ним? – Фэн Лю заметила, что у человека, лежащего в бочке с лечебным отваром, вдруг участилось дыхание, лицо побелело до синевы, на лбу выступил пот. Хо Чжаньбай хмурился, метался и мелко дрожал.
– Что случилось? – испугалась сяо Чэн и поспешно проверила отвар. Ведь именно она готовила порошок «Байяо»: снадобье, заживляющее раны и останавливающее кровотечение.
Сюэ Цзые в ответ только слегка качнула головой и положила руку на лоб Хо Чжаньбая.
– Ничего. Он просто видит сон.
Просто сон. Но иногда и сон может убить. И без того израненный, Хо Чжаньбай продолжал вздрагивать. Множество эмоций отражалось на его лице, сменяя друг друга. Он явно хотел что-то сказать, но не мог произнести ничего связного – лишь раз за разом бормотал имя:
– Цю Шуй… Цю Шуй…
Что бы ему ни было так важно выразить, он мог только бормотать это имя – снова и снова.
Сюэ Цзые вздохнула. Похоже, все эти годы он страдал по той самой женщине.
Цю Шуйинь…
Прошло восемь лет с их первой – и единственной – встречи.
Тогда Сюэ Цзые как раз встала во главе Долины целителей и установила правило: только десять больных в год и только с биркой «Возвращение с Небес».
В том же году зимой в Долину целителей близ реки Мохэ пришли трое: Хо Чжаньбай с ребёнком на руках и девушка несравненной красоты, все измученные дорогой. Юноша протянул Сюэ Цзые бирку «Возвращение с Небес» и умолял спасти жизнь Мо-эру – малышу, которому не исполнилось ещё и года. Хо Чжаньбай и сам тогда был тяжело ранен. Сюэ Цзые не знала, скольких людей ему пришлось убить, чтобы заполучить эту бирку – ценнейший талисман бессмертия в глазах любого из цзянху.
Оба путника выглядели встревоженными и сгорали от нетерпения. Казалось, предложи им обменять их жизни на жизнь этого ребёнка, согласились бы не колеблясь. Сюэ Цзые проверила пульс умирающего малыша и покачала головой: случай был безнадёжным. В ответ юноша и девушка упали перед ней на колени.
Тогда она посчитала их родителями Мо-эра.
Целый месяц Сюэ Цзые ломала голову, но не нашла способа излечить малыша. Только и оставалось отдать им бирку «Возвращение с Небес». Однако путники так умоляли, что Сюэ Цзые сдалась и всё же выписала им рецепт на несуществующее лекарство. Получив его, Хо Чжаньбай начал отчаянные поиски.
Год за годом она наблюдала, как Хо Чжаньбай приносит добычу… и каждый раз он, залитый кровью, падал у её ног.
Сюэ Цзые была уверена, что рано или поздно мужчина сдастся: в конце концов, никто не будет рисковать жизнью ради ребёнка, в котором нет ни капли родной крови, не будет раз за разом ходить по лезвию, чтобы отвоевать редчайшие ингредиенты для снадобья.
И всё же она ошибалась.
Почему он никак не мог успокоиться? Сюэ Цзые хмыкнула в полном недоумении. Тем временем мужчина, к которому она прикасалась, дёрнулся под её рукой.
– Цю Шуй, всё не так! Всё совсем не так! – бормотал он, торопясь и глотая слова.
Не так – это как? Минуло уже восемь лет. Разве недостаточно времени прошло, чтобы прояснить любые проблемы и недопонимания? Как мог разумный человек довести себя до такого состояния? Сюэ Цзые помотала головой – и испугалась, заметив слёзы, текущие по лицу Хо Чжаньбая из-под крепко сомкнутых век. Никогда прежде она не видела такого выражения. В обычной жизни мужчина всегда казался легкомысленным и нахальным.
Сюэ Цзые вздохнула. Нужно было разбудить его.
Она положила руку между лопаток мужчины на точку лин-тай, так называемое обиталище души; ритмично нажимая, позволила собственной внутренней силе мягко проникнуть туда, а потом тихо позвала:
– Эй, Хо Чжаньбай… Ну же, давай, просыпайся.
Он вздрогнул всем телом, пытаясь очнуться от кошмара.
С громким плеском Хо Чжаньбай крепко схватил её мокрыми горячими руками, едва не утащив к себе в бочку.