Страница 96 из 115
– Найду, – я оставила плащ и сапоги на ближайшем сундуке, повернулась к питомцу и прошептала: – Найду, Горюша. Обещаю. Ты вспомни всю нашу последнюю жизнь. Каждая минута и медная монета на счету. Не до соплей. Сейчас всё иначе. Дом есть, деньги тоже. Найду время на чистку души. Я не собираюсь иссякать из упрямства или гордости, у меня слишком много интересных идей. И вы с Тайей на хвосте. Успокойся, ну?
Как и всякий мелкий зверь, Горюша быстро возбуждался, а потом долго не мог уняться. И силы он явно перебрал – видимо, от страха. Обстановка нынче нервная.
– Хватит. Ужинать, – обычно еда его успокаивала.
За окнами снова всё было белым-бело от сияющей пыльцы, но в светильники она пока не собиралась, и это обнадёживало. Бреннар уже раскладывал по тарелкам картошку с курицей в сметанной подливке. Я молча взялась за чай.
Змей первым нырнул в своё блюдце, извозился в сметане, всё проглотил и запищал про добавку, которую ел уже медленнее, смакуя. Сосед тоже старался не спешить, хотя, соскучившись по вкусному, явно хотел истребить всё немедленно. Я без аппетита жевала своё, уставившись в тарелку, и думала исключительно об отцовских следах и амулетах. Выходило так себе, но я же упрямая.
– Маля, не молчите, – не выдержал Бреннар. – Извините, что полез без спроса и позарился на святое. Выскажитесь, и продолжим работать как раньше.
Я подняла голову и вперила в него тот самый тяжёлый молчаливый взгляд, который выдерживал только силд Кремен.
– Я больше не буду, – сразу же сдался сосед, и его губы дрогнули в улыбке.
А я смотрела и не понимала, чего хочу больше – рявкнуть, дать по наглой морде, ответить тем же, вытащив на свет что-нибудь глубоко личное, или же засмеяться. Почему-то хотелось всего. В любом порядке. Только с чего начать?
– Смелее, – подбодрил он.
Так и не определившись, я снова уткнулась в недоеденную картошку.
– Сложный же вы случай... – разочарованно протянул Бреннар и отодвинул пустую тарелку.
– И именно поэтому вы сейчас здесь. А «ловцы» и свобода от надзора – просто приятное дополнение, – отозвалась я, добирая вилкой последних морских гадов.
– Грешен, – весело признал он. – Люблю всё интересное, от людей до дел.
Я снова подняла голову, присмотрелась, заприметила в соседских глазах знакомые признаки и предупредила:
– Ничего у вас не выйдет. Романов до первого «ловца» у меня было три штуки. С меня хва... – и, недоговорив, замерла.
За окнами замелькали неясные тени. Бреннар, сидевший спиной к окнам, тут же оказался на ногах, обернулся, призвал посох. Сияющий «снег» замельтешил, повалил крупными хлопьями. Сосед открыл дверь и тихо скрипнул наговором. Веранду затопил сырой уличный холод. Приказов убегать не поступало, и я, закутавшись в плащ, несмело подошла к окнам.
Роза творила из пыльцы светильники. Мелкие крупицы притягивались, наслаиваясь друг на друга, укрупнялись, разрастались. Вспыхивали во мраке маленькими лунами. Отлетали к деревьям. А на их месте появлялись следующие. Один шар, второй, третий... И чем больше становилось светильников, тем сильнее холодало. И вместе с холодом появлялось ещё что-то – смутное, тревожное. Оно билось, выстужая душу, дёргало, требовало...
Сбежать? Спрятаться?
Горюша с писком скрылся в кармане плаща. Бреннар стоял в дверном проёме молча и спокойно – расслабленная поза, невозмутимое лицо, нечитаемый взгляд. А я едва сдерживалась – до того сильно хотелось удрать... подальше. И спрятаться... поглубже. Желательно... в тайник?
– Как ощущения? – тихо спросил сосед, повернувшись.
Резкое лицо расчертили тонкие подвижные тени, в прищуренных глазах появилось что-то хищное. Желание сбежать стало почти болезненным, и я сообразила. В тайник, да. Как сбегал Горюша – когда чувствовал приближение шторма. Как сбегали люди... когда ощущали приближение старшего смотрителя Небытия.
– Как у обычного человека при встрече с палачом, – мрачно ответила я. – Сколько здесь Небытия?
– Много, но до прорехи далеко, – Бреннар закрыл дверь и защёлкнул замок. – И это не наша забота. Сегодня здесь достаточно смотрителей Небытия, справятся. У нас другая задача. Следы силда Долгана. И амулет. В силе?
– Да, – я отвернулась.
Легче не стало. Внутри билась паника, и спрятаться – хоть в ближайший большой сундук – хотелось до смерти. Меня всю колотило и скручивало. Как в таком состоянии работать-то?..
– Стойте, – моего плеча коснулся посох. – «Заглушку» поставлю. А лучше поверьте родовому Небытию и позвольте ему защитить вас.
– Нельзя мне, – сипло отозвалась я. – Посох всё время в руку просится. Возьму – лет пять точно служить придётся. А мне нельзя.
– Почему? – поинтересовался сосед. – Это страшная семейная тайна?
– Да нет, – я мелко вздрагивала от каждого лёгкого касания посоха. – Это проклятие всех древних смотрительских родов. В Небытие – безумие, а в Бытие – благость, знаете? Это такое состояние, когда мир чудесен, а бед не существует. Тоже своего рода безумие, только безвредное для окружающих. Отлавливается, как и наше сумасшествие, наблюдением за силой в момент перехода с уровня на уровень. В общем... У потомственных это не отловить – ни у бытийников, ни у нас.
– Совсем? – удивился Бреннар, теперь обходя меня и быстро-быстро чертя на полу знаки.
– Да, – я расслабилась, чувствуя, как страх разжимает тиски. – Мама с бабушкой проходили проверки три раза в день, носили связки амулетов, которые указывают на всплески силы и приближение порога безумия, – бесполезно. Однажды вечером они легли спать, спокойно проспали всю ночь, а утром проснулись уже опасными безумицами. Мы не ощущаем приближение грани. Нас накрывает сразу, мощно и навсегда. Нельзя мне.
– А почему в храмах об этом умалчивают? – сосед нахмурился.
– Не знаю. Может, боятся, что древние семьи окончательно иссякнут, хотя всё к тому идёт, – я наконец-то расправила сведённые плечи. – Мы вырождаемся и прекращаемся. Это нормально. Кому нравится – пусть работает. А заставлять человека рисковать своим душевным здоровьем из-за чужих «надо» нельзя.
– Логично, – хмыкнул он.
По веранде гуляли ледяные сквозняки и безликие тени. За окнами всё ярче разгоралась пыльца. Стыл нетронутый чай. Давила на совесть грязная посуда.
– Спасибо... – я выпрямилась. Как меня скрутило-то, сама не заметила... – Горюша, выходи. Уберём со стола – и за работу.
– Точно других вещей силда Долгана как смотрителя нет – только сундук и документы? – Бреннар скрыл посох, взял чайник и пустые кружки.