Страница 25 из 53
— Это исключено, — качает головой Райгард. — Я бы и Стиксию не стал в это дело втягивать, но кто же меня спрашивал. Да, Никс?
— А надо было чётче давать указания, — огрызается парень.
Я поражённо закатываю глаза. Выдержки у дракона не больше, чем у моего малолетнего брата. Недаром мама говорила, что мальчики взрослеют медленнее девочек. Судя по Никсу, ему ещё лет пять нужно до звания «ответственный взрослый».
— А что непонятного в приказе не подпускать к документам никого, кроме осведомлённых лиц? — прищурившись, спрашивает декан.
— Что знаю я, то знает и Стиксия! — запальчиво заявляет Никс, выпячивая грудь. — Мне от неё скрывать нечего.
Артефактор за его спиной закрывает лицо ладонями и силой проводит ими вниз. Весь её вид кричит: «Заткнись, идиот!». Но Никса несёт.
— И вообще, если уж на то пошло — чего тут Алиса делает? И Эфи? У них откуда такие привилегии?
— Во раздухарился, — слышу насмешливое от Ноктурны. — Эх, молодёжь. Только чувства их прижали, так они сразу и верещать начинают!
— Что? — Опешив, Никс смотрит на библиотекаря. — Какие такие чувства?
— Знамо какие, — улыбается Ноктурна и подмигивает Стиксии, которая внезапно заливается румянцем. Первый раз вижу, чтобы артефактор смущалась. — К себе драконы подпускают только в двух случаях: когда есть выгода или же имеется связь другого рода. Романтичного.
— Это с кем это у моего сына романтическая связь? — Голос Вайресс раздаётся подобно залпу ярмарочной шутихи.
Никс икает, как нашкодивший мальчишка. Райгард морщится, словно вместо любимых лимонных долек ему подсунули дынные. И только Стиксия застывает с абсолютно невозмутимым лицом. Будто только что говорили не о ней и не о возможной влюблённости Никса.
Обернувшись, я и сама морщусь. Не потому, что не рада Вайресс. К внезапным появлениям принцессы и хаосу, который неизменно следует за ней, я уже привыкла. Нет, настроение мне портит пришедшая с Вайресс сваха.
— Да-да, с этого момента подробнее, пожалуйста, — тут же принимается щебетать Розали. — Неужели наша звёздочка Алиса покорила ещё одно сердце? Я уже, если честно, сбилась со счёта, сколько парней спрашивали меня о некой лотти Люкан!
— Что? — в недоумении восклицаю я. — Какая звёздочка? Какие парни?
И если я пребываю в удивлении, то стоящий рядом Райгард пышет недовольством. Об этом говорит и лезвийный взгляд, и сжатые челюсти. Розали бы замолчать, но как тогда она на мои вопросы ответит?
— Так претенденты на твою руку и сердце, Алисочка, — ласково поёт Розали. А я уверена, что если пообщаюсь с ней ещё минут пять, то точно заработаю диабет — настолько приторны её речи. — Сама удивлена, скольких студентов ты заинтересовала. Да что там студенты, некоторые преподаватели подавали мне запросы. Говорят, для своих сыновей, но кто ж им поверит, верно? — Розали, пройдя в библиотеку, останавливается рядом и подмигивает мне.
Ведёт себя так, будто мы с ней подружки не разлей вода.
— Расскажи, чем же таким ты их очаровываешь, Алиса? Может быть, есть какие-то профессиональные секреты? — спрашивает сваха, а мне чудится неприятный подтекст в её вопросе. — Поделишься?
— Я вообще не понимаю, о чём вы, — решаю не церемониться и закончить этот балаган. — Мне женихи не нужны, я ни с кем не флиртую и ничего не обещаю. В «Ресталии» мне интересна лишь учёба.
— Ой, да, конечно, — восклицает Розали с таким видом, будто у нас с ней есть общий секрет. — Что это я? Не будем о наших женских штучках распространяться. Особенно в присутствии таких выгодных партий.
— Держи себя в руках, — слышу тихое от Райгарда.
И только сейчас понимаю, что с силой сжимаю кулаки, а из ушей разве что пар не валит. Эта сваха просто невыносима. Я бы давно заткнула её и сделала бы это деликатно, но заводить в её лице врага сейчас крайне опасно. Розали умеет добывать информацию: сунет нос в мою жизнь и раскопает ненужное. Райгард прав, лучше промолчать.
— Лотта Муар, вы закончили? — тем временем спрашивает декан с таким видом, будто те несколько минут, что Розали находится в библиотеке, утомили его сильнее боя с тварью Бездны. — Нам работать надо.
— На самом деле я не к вам, — с милой улыбкой отвечает Розали и проходит дальше, к настороженно следящей за ней Эфи. — Мне нужна вот эта очаровательная девушка. Твоё досье одобрено императрицей. Следующий этап — телесный отбор.
Сказать, что Эфи удивляется, — ничего не сказать. В глазах подруги появляется настоящий испуг, она даже пятится в сторону каморки Ноктурны.
— Розали-и-и, — шипит Райгард, в то время как я тихонько ахаю, а Ноктурна в волнении прижимает руки к груди.
Уверена, если бы Никс со Стиксией не были заняты Вайресс, они бы молчать не стали. Что за телесный отбор такой⁈
— Вы уверены, что вам сюда? — странный разговор прерывает Кайгард, открывший двери библиотеки.
За его спиной маячат трое стражей, нагруженных коробками.
— Да, лотр Юваль приказал доставить документы в библиотеку, — говорит один из драконов.
Все трое проскальзывают мимо принца, который встаёт на пороге и, сложив руки на груди, с явным недовольством смотрит на Эфи. Та же, больше не обращая внимания на Розали, быстрым шагом оказывается возле Кайгарда.
— Ты что о себе думаешь⁈ — разносится по библиотеке возмущённое.
— Только хорошее, — спокойно отвечает принц, дёрнув уголком губ.
— Командир, куда коробки? — отвлекает меня страж, обратившийся к Райгарду.
Декан что-то отвечает ему, зовёт меня, и я даже иду на его голос. Но вообще не соображаю, что делаю, потому что неотрывно слежу за подругой и принцем. До меня долетают только отрывки их шипящего разговора, но по эмоциям на лицах Эфи и Кайгарда понятно, что они ссорятся. Снова. Рядом суетится Розали, что-то объясняя и явно пытаясь выгородить себя.
— Что за телесный отбор? — спрашиваю я, когда мы с Райгардом и стражами заканчиваем распаковывать коробки.
И без того заставленный библиотечный зал и вовсе становится похож на лабиринт. Без помощи мы тут совершенно точно лет десять будем сверять бланки.
— Не бери в голову, — морщится Райгард. — Розали ошиблась, и сейчас ей доходчиво всё объяснят, судя по тому, что Кайгард в ярости.
— В ярости? — Я оглядываюсь на принца, который спокоен, как ледяная глыба. — Точно?
— Поверь мне, я своего племянника знаю, — ухмыляется декан и, пожав руки стражам, прощается с ними. — Спасибо, парни.
— Обращайтесь!
Драконы уходят, мы ненадолго остаёмся одни.