Лилия для Шута

Джейми сам не понимал, как до этого дошло. На воздухе голова проветрилась, и таким пьяным он себя уже не чувствовал. Но, похоже, чувствовала Миранда.

— От вас обоих несёт, как от бедняков. Будто из борделя оба сбежали! — Миранда провела пальцами по камням на поясе Амалии. — Она особенно! Ну что это?!

— Да Наша королева превзошла саму себя.

— А ты чего лыбишься! — Миранда вспылила. — Поди рассмотрел всё, что можно и нельзя. Какой кошмар, узнай кто об этом Её же даже Рубий в замуж не возьмёт!

— Миранда, тише, — Джейми сел за стол и, завидев на столе чтото напоминающее куриные сердечки, облизнулся. — Можно?

Служанка даже не обернулась, лишь махнула рукой.

— Ужин для Амалии. Но она явно не будет, так что приятного аппетита.

— Спасибо.

Миранда поставила ширму, чтобы переодеть королеву. Дерево скрипнуло, когда она передвинула её, а за ширмой зашуршали ткани, послышалось тихое бормотание.

— Если бы я видела, ЧТО она схватила с собой в дорогу, я бы убила её, — говорила она, не скрывая раздражения. Высказываться так про королеву было смело, но Миранда знала Амалию с ранних лет и убирала за ней горшок, так что, пожалуй, эта женщина была единственной во дворе, кто мог позволить себе так роптать, не задумываясь о последствиях.

— Разве не ты её одела в это? — Джейми удивился, что королева собралась ТАК для него самостоятельно.

— Конечно нет! В таком виде я не то чтобы выйти ей не дала — показаться на глаза что женщине, что мужчине равносильно позору!

— Не будь так строга, Миранда, всётаки некоторые так ходят. Только не у нас.

— Вот именно! — Миранда закончила возиться над королевой — так быстро: вымыла, переодела и накрыла одеялом — вот это скорость. Её движения были отточены годами службы.

Камеристка подставила ещё один стул к столу и достала бутылку вина.

— Открой, — попросила она, протягивая ему бутылку и винт. Джейми усмехнулся. Эта ночь когданибудь закончится?

Он открыл, но сам пить не стал. Он с наслаждением кушал мясо, закусывая пирогом, и слушал возмущения Миранды. Аромат еды заглушал запах вина и лилий, и на мгновение Джейми почувствовал себя почти счастливым.

— Скажу по секрету, — Миранда сбавила громкость голоса, наклонилась ближе. В свете свечи на столе её веснушки казались темнее, а глаза серьёзнее. — Когда мы ехали, она объявила, что хочет подружиться с тобой. Мол, чтобы ты был предан ей так же, как к родителям.

— Мне она тоже чтото подобное говорила, — Джейми взглянул на королеву: только её русая макушка торчала изпод большого одеяла. Спала она сладко, Шут даже позавидовал. — Но это больше выглядело не как акт дружбы, а

— А скорее как акт соблазнения, да, — Миранда устало посмотрела на бокал с вином, потом на Джейми. — Ты главное не воспринимай это всерьёз. Знаешь ведь, какая она.

На самом деле Джейми поймал себя на мысли, что он, похоже, совсем не знает Амалию. Они прожили бок о бок почти всю жизнь, но он никогда не видел её Такой. Шут думал, что она открытая книга. Но снова и снова поражался её действиям, абсолютно не понимая, что происходит в этой золотой голове.

— Мне кажется, что она несчастна, — заявил он.

Миранда подоброму улыбнулась, её лицо смягчилось.

— А с чего, милый мой Джейми, ей быть счастливой? С рождения она обещана мужчине, который на десяток лет старше её, родители всегда требовали от неё невозможного, а теперь, когда их не стало, она совсем одна борется со своими кошмарами, и её некому защитить. Не спорю, что часто её недовольства неоправданны. Но Амалию можно понять. Я всегда её понимала. И мне жаль, что моих сил недостаточно, чтобы укрыть её от всех бед этого мира.

Джейми глубоко задумался, ковыряясь вилкой в своей тарелке. Остатки пирога показались вдруг безвкусными.

— Но она так холодна со всеми. Даже жестока. Зачем эти шипы, зачем отгонять всех от себя?

Миранда пожала плечами, поправила прядь волос.

— Не спорю, к ней нужен подход. Но я бы на её месте поступала бы также. Не доверишься — значит, не обожжёшься и не будешь плакать от предательства. Её родителей убил тот, кого те сами впустили в дом. Даже если это был наёмный убийца — его же ктото нанял.

Джейми согласно кивнул. В его голове билось столько противоречий. Он вновь посмотрел на королеву: она повернулась передом, лицо было расслабленным, почти детским.

— Спасибо, Миранда. Я пойду посплю, завтра целый день в пути.

— Да не за что, родной, — камеристка улыбнулась. — И я надеюсь, все эти сцены останутся между нами.

— Разумеется. Доброй ночи.

Джейми вышел из шатра и нарочно медленно пошёл до Кристиана. Голова гудела не только от алкоголя, но и мыслей, крутившихся в ней. Голос Амалии, мягкий и ранимый, заполнил пространство, как запах ненавистных ему лилий заполнял нос:

«Я так по ним скучаю».

«Я королева, Флиман. Эти чувства они мешают. Я буду слабой в глазах народа, в глазах слуг».

Ненависть была проще. Проще винить её, чем признать, что мир несправедлив. Проще злиться, чем признать собственную беспомощность.

Но когда он впервые увидел её слёзы, чтото внутри треснуло — и сквозь трещину просочилось чтото новое, пугающе тёплое.

Глава 10 «Королева»

Амалия злилась. В первую очередь на саму себя, потому что позволила себе не только напиться, но и организовала всё так, что Шут почти сразу раскусил её план и теперь будет в несколько раз бдительнее в разговорах с ней. Даже алкоголь не развязал ему язык! Неужели действительно усвоил урок с того раза? Но родители едва ли отругали его! Может, Амалия чего-то не знала? Не имеет значения – она продолжит делать всё возможное, чтобы Флиман оступился.

— С нарядом неловко получилось, — прокомментировала вслух Амалия, теребя кольцо.

— Что-что Ваше Величество? — Миранда обратила на себя внимание.

Они покинули лагерь час назад, и с самого утра Амалия не разговаривала ни с Мирандой, ни со стражей, ни даже с Кристианом. Шут — благо на глаза сам не попадался. Амалию съедал стыд. Это чувство не должно было быть таким сильным – в конце концов она королева и имеет право делать, что хочет, и одеваться, как захочет. Но у всего были границы, и этой ночью Амалия перешла их все. А вот Шут, чёрт бы его подрал, повёл себя исключительно как олицетворение благородства и чести.