Страница 2 из 23
– Пожалуйста, Елка. Если не ради меня, то сделай это ради себя. Я знаю, как ты мечтала тут учиться. А теперь твои проблемы с жильём решены. Не придётся спать со мной в обнимку. Я ужасно пинаюсь во сне, ты же знаешь.
Ей всё же удаётся вырвать из меня смешок.
– Всего-то надо немного побыть Эвелиной, а не Элиной, – доверительно заглядывает в мои глаза и переплетает наши пальцы. – И то, только для одного человека. Больше никого обманывать не придётся. Родителей я беру на себя. А с «братиком» даже разговаривать не обязательно. Вы, может, даже видеться там особо не будете. Там же двушка! Разошлись по своим комнатам – и всё! Спокойно занимайся своими делами, не спеша ищи подработку, больше не нужно никуда гнаться и выживать, Ель. Я делаю это и для тебя тоже.
Похоже, я брежу после двух с лишним дней в душном поезде без кондиционера, с ротой немытых солдат по соседству, но, кажется, я в шаге от согласия.
– Давай же, Э-ли-на! – давит на меня подруга. – Это идеальный план! Главное – никому меня не выдавай. Я родителям буду каждый день писать, как прекрасно мы уживаемся с «братиком» и как мне нравится в институте. С тебя просто фотки. И клятва на крови.
Вот чёрт.
Опять она за своё.
– Никакой больше крови! Тот шрам пришлось татушкой перекрывать, – давлю нервный смех.
– Ну классная же вышла ветка, – широко улыбается подруга, оголяя своё запястье. – Как и моя ёлочка.
И это будет посильнее слов клятвы. Навсегда вместе. В горе и радости и дурацких татуировках…
Я не сдерживаю протяжного вздоха.
Смотрю на свой чемодан.
Сломанное колесо. Потрёпанный вид. Внутри – половина моей жизни, аккуратно сложенная между свитерами и надеждами. Москва, съёмная квартира, которую я пока не могла себе позволить. Работа, которую ещё нужно найти. И реальность, в которой мне придётся выкручиваться самой.
Перевожу взгляд на Ветку. У неё всё всегда было проще. Но сейчас…
Сейчас она смотрит на меня с такой надеждой!
– Ладно, – сдаюсь я.
– Ладно? – подпрыгивает на месте.
– Ладно, – обречённо повторяю я. – Побуду немного тобой. Ради себя, конечно, – закатываю глаза и улыбаюсь.
– Конечно, конечно, – прыгает от радости подруга. – Только… клятва!
Я тяжело вздыхаю и поднимаю правую руку.
– Клянусь ни словом, ни действием никому не выдавать, что я – не ты. Пока ты сама не объявишься.
– …самым ценным, что у меня есть… – подсказывает счастливая Ветка.
– Самым ценным, что у меня есть, – серьёзно добавляю я. – Нашей дружбой.
– Вот так! – отвешивает мне звонкую пятерку и кидается в объятия. – Я, если что, сфоткала паспорт Серёжи и кинула его тебе в «Максе». Если я пропаду… Ну, знаешь, на всякий случай, – быстро тараторит мне на ухо. – Я ему, конечно, верю, но эти масики нынче… сама знаешь, сплошные штрихи. И буду писать тебе каждый день. Может, по несколько раз. Может, даже буду закидывать тебя слащавыми фотками. Потерпи, короче. Люблю тебя. Спасибо, – сжимает меня ещё крепче, а потом отступает. – Мне пора на «Аэроэкспресс». Я беру с собой только сумку, надеясь, что масик купит мне всё там, так что захвати, плиз, мой чемодан тоже. Такси ждёт тебя уже минут двадцать, так что за ожидание, наверно, накапало, но это проблемы Серёжи. Ни о чём не парься! – продолжает трещать на едином вдохе. – И да. Если Алан однажды подкрадётся к тебе сзади – сразу бей в нос. Скорее всего, у него в руках мерзкий жук и он хочет засунуть его тебе в трусы. Хотя надеюсь, он это перерос.
За всей этой длинной тирадой я даже не успеваю понять, как оказываюсь в машине с шашечками. Ветка захлопывает за мной дверь и радостно машет мне с тротуара. Я улыбаюсь ей в ответ, изо всех сил стараясь сохранять оптимизм, которым она меня заразила.
Да, всё будет хорошо.
Однозначно.
Подумаешь, немного побыть ей. Будет что рассказать внукам… Или адвокату!
Вот. Дерьмо.
Глава 1
Если бы у меня была привычка вести дневник, запись за этот день выглядела бы так:
«Дорогой дневник, сегодня я приехала в Москву, на серьезных щах собираюсь притвориться другим человеком и искренне надеюсь, что мне за это ничего не будет. Пожелай мне удачи. Или хотя бы мозгов на будущее».
В очередной раз глубоко вздыхаю.
Потом ещё раз.
И ещё.
На что я, мать его, согласилась? Ветка не иначе курсы гипноза прошла втихаря, раз сейчас попивает латте в зале ожидания аэропорта, а я тут вместо нее принимаю все тяготы судьбы.
Тащить два чемодана – ужасно энергозатратно. Взмыленная, потная, дико уставшая и сильно нервничающая, я, наконец, добираюсь до квартиры, где должна была некоторое время погостить на птичьих правах.
Унимаю легкий внутренний мандраж и вжимаю дверной звонок до упора. А потом снова. И снова, пока не слышу шорох по ту сторону двери.
Ну наконец-то.
Дверь открывается с яростным ревом:
– Шесть, мать его, утра!
Я немного отпрыгиваю назад, не ожидая такой встречи. Такой… полуголой, если честно, встречи. Держась за дверной косяк, из дверного проема свешивается обнаженный по пояс парень, очень лохматый и очень помятый. Как будто предыдущая ночка была очень насыщенной, а утро его лично оскорбило солнечным светом и мной на пороге.
Невольно скольжу взглядом по жилистым плечам и фактурному животу, с намеком на v-образную галочку, уходящую в свободные низко сидящие штаны и тут же себя одергиваю. Господи, совсем как дикая. Будто никогда не зависала на видосах со скачущими на скакалке мужиками. Этот мог бы составить им конкуренцию.
Черт.
Совсем, совсем неподобающие мысли для “сестренки”.
– А, точно, – оглядывая меня тяжелым взглядом из-под опущенных век, хрипит лохматый. – Сегодня суббота. Маман же напоминала.
Уверенным взмахом руки он распахивает дверь и отступает вглубь квартиры, слегка пошатываясь.
– Проходи, систер. Бразер тебя ждал, – насмешливо кидает он.
И это все? Так просто? Наверное, я до последнего не верила, что он не раскусит меня с первого же взгляда. Ну каковы были шансы, правда?
Стойкое облако перегара забирается в легкие, едва я делаю шаг через порог. Гремят уцелевшие колесики чемодана, загорается верхний свет. Черт, он правда мог бы стать звездой рилсов. Даже то, как он морщится от света, откидывая непослушные кудри с лица, выглядит невероятно залипательно.
Вот это у Ветки генеалогическое древо.