Страница 26 из 31
Глава 20.
Сумки с вещами было решено оставить в студии - с собой на корабль я взяла только дамскую сумочку с необходимыми мелочами и спальной майкой. Все равно утром мне сюда возвращаться.
Космопорт встретил шумом и суетой. Рабочие сновали туда-сюда, кто-то переговаривался, где-то гремели контейнеры, вспыхивали сигналы.
Когда мы подошли к кораблю, я невольно замедлилась. Он был меньше того транспортника, на котором я когда-то улетала с Йоры, но все равно выглядел солидно. Рихард открыл на коммуникаторе доступ, и мы поднялись на борт.
Внутри было тихо, почти оглушающе после шума снаружи. Только иногда раздавались еле слышные сигналы работающих панелей.
— Команда в увольнении, — сказал мужчина, проходя дальше по отсеку. — До утра корабль полностью в нашем распоряжении.
Я молча кивнула, осматриваясь. Рихард остановился у двери с табличкой «капитанская каюта», открыл её и чуть отступил в сторону, пропуская меня вперёд.
— Здесь ты будешь спать.
Я шагнула внутрь и замерла.
Каюта оказалась гораздо просторнее, чем я ожидала. Не огромная, но уютная и очень продуманная. Помещение было освещено мягким тёплым светом.
«Почти по-домашнему уютно» – подумалось мне.
Взгляд сразу притянула широкая кровать у большого иллюминатора, сейчас закрытого темной защитной панелью. Должно быть, когда корабль в открытом космосе, «вид из окна» на звезды что надо.
Рабочая зона в другой части каюты выглядела строже. Там мягко светились фиолетовые диоды, подсвечивая стол с большим гало-экраном, на котором красиво мерцала проекция какой-то звездной системы. В закругленном углу стояло на вид не слишком удобное кресло, а вдоль стены был встроен шкаф. Сбоку каюты находилась ванная зона, отделенная матовым стеклом.
Сам факт, что здесь есть отдельная ванная комната, показался мне чем-то почти роскошным. Мысль о том, что не придётся делить санузел с командой, пусть даже из трёх человек, сразу немного расслабила.
С другой стороны, стало неловко: я ведь сейчас буквально выгоняю Рихарда из собственной каюты!
Я переступила с ноги на ногу и всё-таки осторожно спросила:
— Может быть есть какая-нибудь другая каюта?
И тут же мысленно себя одернула. С чего я вообще решила, тут еще и выбор есть? Это же не круизный корабль!
— Есть медблок. Но сегодня там буду спать я.
Я застыла.
— А…
— Я подумал, что моё присутствие будет тебя смущать, — хоть в его интонации не было вопроса, но светлая бровь чуть приподнялась, будто ожидая подтверждения своих слов.
Но, правильно расценив, мое неловкое заламывание пальцев, мужчина тихо усмехнулся и подошел к шкафу. Он достал оттуда свернутое полотенце и банный халат, и положил все это на кровать.
— Чувствуй себя как дома, Виктория. Моя каюта полностью в твоем распоряжении. Можешь воспользоваться душем. Я пока проверю приборы и приготовлю ужин. Примерно через час будет готово.
Небо, он ещё и готовит! Кажется, моё сердце всё-таки будет разбито.
Я тихо пробормотала «спасибо», не поднимая глаз.
— Чувствуй себя как дома, Виктория.
Он подошел ближе, мягко подцепил мой подбородок пальцами и наклонился к моим губам, оставляя невесомый поцелуй. А затем вышел из каюты.
И сразу же без него в помещении стало будто холоднее.
Я медленно выдохнула, проведя ладонью по волосам.
Ладно, переночую здесь, и завтра уже буду думать, что делать дальше. А пока действительно можно расслабиться и принять душ.
Я прошла в ванную, включила воду и шагнула под струи, подставляя лицо под поток. Стояла я долго, наслаждаясь каждым мгновением. Горячая вода стекала по коже, смывая усталость длинного дня и переживания по поводу будущего.
Смыв все волнения, я выключила воду, завернулась в большое мягкое полотенце и принялась сушить волосы феном, пропуская пальцы сквозь длинные пряди.
Когда я вернулась в каюту, тут же встал вопрос: а что мне надеть? Сменной чистой одежды я не взяла (уж не знаю, чем я думала, наверное, была на эмоциях), была только майка-ночнушка и ношенная несвежая одежда, которую надевать на чистое распаренное тело очень не хотелось.
Как там Рихард говорил? «Чувствуй себя как дома»?
В принципе, длинный серый халат, который оставил хозяин каюты, смотрелся очень даже уместно для «домашнего» ужина. В итоге я натянула спальную майку, а сверху надела этот халат, плотно запахнув и подвязав поясом. Посмотрев на себя в зеркало и решив, что такой вид вполне сойдёт, для позднего вечера в гостях, я вышла из каюты.
В пищеблоке уже вкусно пахло настоящей едой, а не синтетикой.
– М-м-м… Пахнет аппетитно, – сказала я, делая шаг в отсек.
Рихард стоял у плиты, что-то помешивая, и когда я вошла, обернулся.Потемневшие алые глаза медленно осмотрели всю меня: от растрепанных волос до края халата.
– Ничего другого не было, – оправдалась я, неловко обхватив ладонью свое предплечье.
– Я совсем не против, если ты будешь носить мой халат почаще, – произнёс он низко, с лёгкой хрипотцой. – Тебе очень идёт.
Не дожидаясь, пока я найду что сказать, он хмыкнул и жестом пригласил присесть за стол, на котором уже стояло что-то похожее на мясное жаркое.
Постепенно мы начали ужинать. Под непринужденные разговоры о климатах на разных станциях, моем танцевальном прошлом и его миссиях, о которых, конечно же, ему можно было рассказывать.
После еды мы вместе принялись убирать посуду. Я брала тарелки, он ставил их в мойку. Атмосфера вокруг очень напоминала домашнюю, где мы, как близкие люди, сперва побеседовали за вкусным ужином после тяжелого дня, а после вместе наводили порядок на кухне. В какой-то момент, когда я подавала Рихарду чашку, наши пальцы случайно соприкоснулись.
Я замерла. Рихард тоже.
На секунду повисла тишина, в которой стало слышно только наше дыхание. Я подняла на мужчину взгляд – и всё. Этого оказалось достаточно.
Он мягко потянул меня к себе, захватывая в капкан объятий. Его ладонь легла мне на талию, притягивая ближе, и губы медленно коснулись моих.
Я сама не заметила, в какой момент ответила сильнее, как пальцы сжали ткань его футболки, как дыхание сбилось. Поцелуй стал глубже, требовательнее, а мужские пальцы расстегнули халат и уже хозяйничали под ним.