Зимний дом

— Она прячется, да? — Не дожидаясь ответа, Клео поднялась из-за стола и вышла из столовой, за ней направился Лайонел.

Недда осталась одна. Ее мечты о том, как она вернется домой, обратились в прах. Она разложила карты Таро и склонилась над ними, надеясь на добрый знак, но во всех раскладах выпадала горящая башня. Недда получила эту колоду от старой гадалки много лет назад. Отдавая карты, та постучала пальцем по изображению повешенного на коробке: «

Memento mori

— напоминание о том, что ты смертна». Предостережение, которое ребенок не сумел разгадать.

Чарльз Батлер говорил по межгороду со Сьюзан Макриди, дочерью полицейского из штата Мэн. Вежливо попрощавшись, он опустил на рычаг трубку старинного аппарата и пожал плечами, словно извиняясь перед друзьями, следившими за ним через стол.

— К сожалению, мисс Макриди не слишком помогла.

— Как ты думаешь, эта женщина что-то скрывает? — спросил Райкер.

— Да, определенно, — кивнул Чарльз. — Хотя бы потому, что вела себя очень осторожно. И сама задавала вопросы. Где я видел эту рыжую женщину? И как я узнал, что убитого звали Гумбольдт? Ей не слишком понравилось, что я не ответил.

— Ты психотерапевт, — сказал Райкер. — Заметил что-нибудь еще?

— За один телефонный разговор? — Чарльз вздохнул. Ему ужасно не нравилось слово «психотерапевт», оно ему не подходило. Да, у него есть все необходимые бумаги и особый интерес к различным психическим отклонениям, но никогда не было частной практики и пациентов.

Мэллори наклонилась к столу.

— Сьюзан Макриди солгала Пинвитти, ведь так?

Зря он убедил ее в том, что может работать не хуже детектора лжи. Чарльз всегда мог уличить во лжи Мэллори, и она решила, что он способен раскусить и других людей. Впрочем, на этот раз она была права. Десять лет назад Сьюзан Макриди солгала, отвечая на вопросы писателя. Доказательства этого находились в лежащей перед ними папке. Пинвитти записывал разговоры слово в слово.

— Итак, если предположить, что Сьюзан Макриди хотела ввести Пинвитти в заблуждение…

— Хотела, — перебила его Мэллори.

— Хорошо. Тогда рыжеволосая женщина должна быть молодой, а не средних лет. Волосы у нее должны быть натурального рыжего цвета. Или для чего Сьюзан Макриди говорить, что они крашеные? Странно, что она запомнила такую мелочь, но при этом забыла имя женщины и что с ней случилось после. Непонятно, как можно не знать о судьбе убийцы, с которым жил в одном маленьком городке, больше похожем на стоянку дальнобойщиков. По телефону мисс Макриди держалась настороженно, словно пыталась защитить ту пропавшую без вести рыжеволосую женщину. Вы собираетесь в Мэн, чтобы допросить ее?

— Нет, она сама тебе позвонит. Ты сможешь узнать от нее больше, чем мы.

— Откуда ты знаешь?

— Она тебя не отшила, — ответил Райкер. — И задала много вопросов. То есть она уверена, что у тебя есть нужная информация.

— И она уже давно хочет получить ее.

— Логично. — Чарльз смотрел в окно на голубое октябрьское небо и думал, куда подевалась его собственная логика. Как случилось, что его первое впечатление от Недды Зимнер оказалось ошибочным? — Ах, да, чуть не забыл. Я назвал мисс Макриди неправильную дату убийства, с разницей в два дня, и она меня поправила. Думаю, машинально. Кто она по профессии? Учитель или кто-то в этом роде?

— Библиотекарь, — проговорила Мэллори. — На пенсии.

— Почти угадал. Значит, Недде Зимнер было четырнадцать, когда зарезали Гумбольдта. Кто поверит, что она…

— Да, — протянул Райкер. — Все сходится. Очевидно, нож для колки льда всегда был ее любимым орудием убийства.

Мэллори откинулась на спинку стула, и Чарльз тут же насторожился. Будь она кошкой, то хлестала бы сейчас хвостом от злости.

— Тебе ведь нравится Недда Зимнер. — Это был не вопрос. Она предъявляла ему обвинение, так как теперь мисс Зимнер находилась во вражеском стане. Мэллори холодно посмотрела и на Райкера, которого подозревала в том же преступлении.

— Да, она мне нравится, — согласился Чарльз. — Чего не могу сказать о ее родственниках.

Хотя Битти определенно заслуживала сочувствия.

— Ты же понимаешь, что семья не может быть нормальной, когда ее самый симпатичный член — серийный убийца, — сказал Райкер.