Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 67 из 223

– Беру щепоть и бросаю за левое плечо, – серьезно ответила миссис Элмазер. – Хорошего дня, мисс.

– Вам тоже.

Эмили последовала за гостьей в коридор. Она видела и слышала достаточно, чтобы вмешаться и разорвать предполагаемую договоренность с единственной доброй целью – оградить миссис Элмазер от безжалостного любопытства Франсин.

– Неужели думаете, что вам удастся хорошо поладить с этой юной леди? – спросила она.

– Я уже говорила, мисс Эмили, что хочу уехать подальше от дома и от своих мыслей. Мне все равно, куда я отправлюсь! – Открыв дверь, миссис Элмазер помедлила на пороге. – Интересно, знают ли умершие, что происходит в мире, который они покинули? – проговорила она, глядя на Эмили. – Если знают, то кое-кто видит мои помыслы и сочувствует. Прощайте, мисс, и не думайте обо мне хуже, чем я того заслуживаю.

Эмили вернулась в гостиную. Оставалось лишь одно: убедить Франсин сжалиться над миссис Элмазер.

– Ты и правда намерена прекратить?

– Что именно? Давить на нее, как выразилась эта упрямая старуха?

Эмили не отступилась.

– Не тревожь бедняжку! Каким бы странным ни выглядел ее уход, она желала нам с тетушкой только добра – я уверена! Ты позволишь ей сохранить ее маленькую тайну?

– Ах, ну конечно!

– Я тебе не верю, Франсин!

– Неужели? Я совсем как Сесилия – я проголодалась! Не пора ли приняться за ланч?

– Бессердечное создание!

– Значит ли это, что никакого ланча, пока не узнаю правду? Может, ты знаешь? Я не расскажу миссис Элмазер, что ты ее выдала.

– В последний раз говорю, Франсин! Я знаю не больше, чем ты. Если будешь упорствовать, лучше просто скажи, что я лгу, – и мы распрощаемся.

Упрямице Франсин пришлось отступить или хотя бы притвориться, что отступила. Все еще пребывая во власти иллюзии, что Эмили ее обманывает, теперь она руководствовалась более вескими мотивами, чем простое любопытство. Чувство собственной значимости настоятельно требовало доказать, что она не из тех, кого можно обманывать безнаказанно.

– Прошу прощения, – скромно промолвила она, – но я непременно должна во всем разобраться. Миссис Элмазер оказалась достойной соперницей, теперь мой ход. Я намерена взять над ней верх, и у меня получится.

– Я уже говорила тебе, Франсин, ничего не выйдет!

– Дорогая моя, может, в науках я и невежда, не отрицаю. Однако позволь сказать тебе вот что: я прожила всю жизнь в Вест-Индии, среди черных слуг, и кое-чему научилась.

– Что ты имеешь в виду?

– Больше, чем ты, моя ученая подруга, можешь себе представить. Кстати, не стоит забывать о законах гостеприимства. Позвони, чтобы принесли ланч!

Глава XIX. Леди Дорис

Преждевременное прибытие мисс Лэд прервало девушек на самом интересном месте. Директриса поспешила закончить свои дела в Лондоне, чтобы провести остаток дня с любимой ученицей. Теплый прием Эмили отчасти был вызван чувством облегчения. Она нашла спасение от Франсин в сердечных объятиях мисс Лэд.

Когда настал час расставания, директриса вновь пригласила Эмили в Брайтон.

– В прошлый раз, моя дорогая, ты отделалась извинениями, только больше я этого не потерплю! Если не можешь ехать с нами сегодня, приезжай завтра. – Шепотом она добавила: – Иначе я подумаю, что неприязнь к Франсин распространяется и на меня!

Эмили не стала упорствовать. Решили, что она отправится в Брайтон на следующий день.

Оставшись одна, Эмили, возможно, вернулась бы к размышлениям о сомнительных перспективах миссис Элмазер и странным намекам Франсин о жизни в Вест-Индии, но ее отвлекли два письма, прибывшие дневной почтой. Почерк на одном был незнакомый, и она открыла его первым. Это был ответ на извинения, которые она отправила миссис Рук. К счастью для Эмили, влияние Албана не прошло без следа. Она написала по-доброму и в то же время кратко.

В ответе миссис Рук сочетались благодарность и скорбь. Благодарность была обращена к Эмили, само собой разумеется. Скорбь относилась к ее «превосходному хозяину». Внезапно силы покинули сэра Джервиса. Срочно вызванного доктора это ничуть не удивило. «Моему пациенту более семидесяти лет, – заметил он. – Засиживался по ночам за книгами, писал свой труд, отказывался совершать моцион, пока головная боль и головокружение не вынуждали его выйти на свежий воздух. В результате организм, разумеется, не выдержал. Его ждет либо паралич, либо смерть». Сообщив об этом медицинском заключении, миссис Рук незаметно перешла от уважительного сочувствия к своим скромным надеждам на будущее. Вероятно, их с мужем вскоре постигнет печальная участь, и они останутся без средств к существованию. Если необходимость приведет их в Лондон, не окажет ли «добрая мисс Эмили честь побеседовать с ней и не поможет ли бедной несчастной женщине советом?»

«Она может извратить ваше письмо и использовать в своих целях, о чем вы потом пожалеете». Вспомнила ли Эмили предостережение Албана? Нет. Она приняла ответ миссис Рук как приятную дань справедливости своего собственного суждения.

Намереваясь написать Албану, когда раскаивалась в своей неправоте, теперь Эмили еще сильнее захотела это сделать, когда убедилась в своей правоте. Кроме того, следовало поскорее уведомить преданного друга, который все еще работал в читальном зале за нее, о болезни сэра Джервиса. Выживет старик или нет, его литературные труды в любом случае прекратятся, и вследствие этого работа в музее тоже должна прекратиться. Хотя второе из двух писем, которые она получила, было надписано рукой Сесилии, Эмили решила прочесть его после того, как закончит письмо Албану. «Завтра он придет, – подумала девушка, – и мы оба извинимся. Я выражу сожаление, что рассердилась на него, а он выразит сожаление, что ошибся насчет миссис Рук. И мы вновь станем друзьями, как прежде!»

В этом счастливом расположении духа она открыла письмо Сесилии. Оно состояло сплошь из хороших новостей.

Больная сестра так быстро шла на поправку, что путешественницы решили вернуться в Англию уже через две недели.