Страница 173 из 223
– Всем сердцем!
– Оставим эту тему, мистер Моррис. Миссис Элмазер мне передала, что вы хотите о чем-то меня попросить. О чем же?
– Прошу освободить меня от обязанностей учителя в Нидервудсе.
Мисс Лэд изрядно удивилась и, что было ей несвойственно, заподозрила неладное. После всего сказанного про Эмили директриса поняла, что у Албана зреет какой-то отчаянный замысел, благодаря которому он надеется вернуть расположение возлюбленной.
– Вы нашли более выгодное место? – спросила она.
– Никакого места я не искал. В таком состоянии я просто не могу уделять своим ученицам должного внимания.
– Это единственная причина, по которой вы хотите меня покинуть?
– Одна из причин.
– О других вы говорить не хотите?
– Нет.
– Мне жаль с вами расставаться, мистер Моррис.
– Поверьте, мисс Лэд, я очень ценю вашу доброту.
– Позволите по доброте душевной сказать еще кое-что? – спросила мисс Лэд. – В ваши тайны я не лезу, лишь надеюсь, что вы не задумали что-нибудь опрометчивое.
– Не знаю, о чем вы говорите, мисс Лэд.
– Знаете, мистер Моррис, знаете.
Глава III. Доктор понимает
Албан уехал в Нидервудс исполнять свои обязанности, пока ему не найдут замену.
Мисс Лэд последовала за ним более поздним поездом. Эмили слишком хорошо понимала, насколько важно ее присутствие в школе, чтобы позволить ей остаться дольше. Они договорились, что будут друг другу писать и что комната Эмили в Нидервудсе остается за ней.
Вечером миссис Элмазер приготовила чай раньше обычного. Ей пришло в голову, что при случае можно попытаться замолвить словечко за Албана. К сожалению, момент она выбрала неудачно. Услышав его имя, Эмили оборвала служанку взглядом и перевела разговор на мисс Джетро.
Тут уже миссис Элмазер воспротивилась со свойственной ей прямотой.
– Даже не вздумайте к этому возвращаться! Какое вам дело до мисс Джетро?
– Она интересует меня больше, чем вы думаете, – я знаю, почему она ушла из школы.
– Извините, мисс, этого не может быть!
– Она ушла из школы, – продолжала настаивать Эмили, – по серьезной причине. Мисс Лэд обнаружила, что ее рекомендации – фальшивые.
– Боже милостивый! Кто вам сказал?
– Как видите, я знаю. Я спросила мисс Лэд, откуда у нее сведения. Она сказала, что связана обязательством не называть имен. Ей я не стала говорить, но вам могу. Боюсь, что я догадалась, кто это был.
– Нет, – упрямо заявила миссис Элмазер, – вы никак не можете этого узнать! Откуда же?
– Хотите, чтобы я повторила то, что слышала в комнате напротив, когда умирала моя тетушка?
– Перестаньте, мисс Эмили! Бога ради, перестаньте!
– Не могу. Подозревать родную тетю ужасно, к тому же не имея более веских доводов, чем вырвавшиеся в бреду слова. Если вы меня любите, скажите – она бредила или нет?
– Мисс Эмили, я надеюсь на спасение, поэтому могу лишь гадать, как и вы, – я и правда не знаю. Дело в том, что хозяйка доверяла мне только наполовину. Боюсь, порой я бывала с ней резка. Я ее разок обидела, и с тех пор она уже со мной не советовалась. Так что если что и предприняла, то втайне от меня.
– Как вы ее обидели?
– Это касается вашего отца, мисс. Мне продолжать?
– Говорите.
– Он ни в чем не виноват, учтите! – с жаром воскликнула миссис Элмазер. – Если бы я не была уверена, вы и слова бы из меня не вытянули! Хороший, безобидный человек – кто станет это отрицать? – влюбился в мисс Джетро. Что с вами?
Эмили вспомнила памятную беседу с разжалованной учительницей в последнюю школьную ночь.
– Ничего, – ответила она, – продолжайте.
– Если бы он не попытался это утаить, – возобновила свой рассказ миссис Элмазер, – вашей тетушке и в голову бы не пришло, что он увяз в постыдной интрижке. Не отрицаю, я помогала ей в изысканиях, но лишь потому, что верила: чем больше она узнает, тем скорее убедится в невиновности моего хозяина. Он где-то навещал мисс Джетро. В то время, когда ваша тетя мне доверяла, мы никак не могли узнать, где именно. Она выяснила это уже потом, наняв каких-то мерзавцев, которые раскопали всю подноготную мисс Джетро. Простите за прямоту, и все же она была старой девой и всем сердцем возненавидела красивую молодую женщину, сманившую брата из дома и связавшего его тайной. Не буду вспоминать, как мы просматривали письма и другие бумаги, которые он забывал вовремя убрать. Скажу лишь, что в его дневнике попалась запись, заставившая меня устыдиться. Я прочла ее мисс Летиции и прямо дала ей понять, чтобы больше на меня не рассчитывала. Нет, я не стала переписывать – я все запомнила. «Даже если бы религия не запрещала мне подвергать опасности душу, живя во грехе с женщиной, которую люблю, – так она начиналась, – мысль о моей дочери не позволила бы мне согрешить. Никогда я не совершу ничего, что сделало бы меня недостойными любви и уважения моего ребенка». Ну вот, я вас расстроила до слез! Ухожу-ухожу. Я уже сказала все, что хотела. Никто, кроме мисс Лэд, не знает наверняка, виновна ваша тетя в увольнении мисс Джетро или нет. Простите, внизу ждет работа.
Время от времени, занимаясь домашними делами, миссис Элмазер поминала Мирабеля. Прошло уже много часов, а доктор все не шел. Неужели он так занят, что не может найти хотя бы несколько минут? Или же симпатичный джентльмен не сдержал слова? Последнее предположение было ошибочным. Мирабель обещал зайти к доктору позже и так и сделал.
Доктор Олдэй вернулся и вновь принимал пациентов. Дождавшись очереди, Мирабель зашел и изложил доктору цель своего визита, однако тот повел себя странно.
Он покосился на Мирабеля с тревожным любопытством и под благовидным предлогом пересадил его так, чтобы свет падал на лицо.
– Кажется, мы с вами где-то встречались, – сказал доктор.
– К своему стыду, я такого не припоминаю, – ответил Мирабель.
– Вероятно, я ошибся! К мисс Эмили я непременно зайду, сэр, можете на меня положиться.
Оставшись в кабинете один, доктор Олдэй не спешил звонить в колокольчик, приглашая следующего пациента. Он достал из ящика стола свой дневник и пролистал записи за июль.
Добравшись до пятнадцатого числа, он прочел первые строки: «Визит таинственной леди, назвавшейся мисс Джетро. Наша беседа привела к весьма неожиданным выводам».
Нет, он искал не это. Доктор посмотрел ниже и прочел следующие строки: