Куница. Том 6

Глава 49

Российская Империя, Уральские Горы, замок «Серебряный Предел»

Июнь 1984 года

Машина кашлянула на последнем вздохе и заглохла. Дорога — ещё полчаса назад больше напоминавшая направление, чем маршрут — исчезла совсем, растворившись среди каменных россыпей и полярной травы. Куница заглушил двигатель и вышел, встречая армейскими ботинками зыбкую почву — влажный мох, мелкий щебень, хруст лишайника.

Где-то там, за шестьдесят километров тундры, осталась Воркута. Молодой город, не видевший и полувека, чудом уцелел в имперской мясорубке. Возможно, потому что здесь отродясь не водилось дворян — некому поднимать восстания, некому и подавлять. Впрочем, судьба городка сейчас волновала Куницу меньше всего.

Его внимание привлекла другая машина — армейский вездеход, замерший метрах в пятидесяти от ворот.

Дмитрий захлопнул дверь и двинулся к внедорожнику, вглядываясь в тонированные стёкла. Кузов и задние сидения заставлены канистрами — горючее, вода, может, ещё что. На пассажирском — два здоровенных походных рюкзака, собранных со знанием дела. Машина старая, но ухоженная, явно снятая с хранения на каком-нибудь забытом богом аэродроме. В городе клялись, что в замок никто не уезжал. Значит, этот гость прибыл другим маршрутом.

Куница оставил вездеход и направился к вратам.

Стены, сложенные из дикого камня, поросли мхом и лишайником — серо-зелёная корка покрывала кладку, сквозь которую проступала древность. Никакой барбаканы, никаких изысков фортификации — только низкие, приземистые башенки по бокам узкого проёма. За воротами сразу начинался подъём вверх, во внутренний двор.

Мартен остановился, прислушиваясь к ощущениям.

Пустота.

Никакой магии. Вообще. Абсолютный ноль в мире, где магический фон после событий двух кровавых месяцев стал плотнее, чем когда-либо. Это было неправильно. Это было тревожно.

Куница шагнул в проём.

С каждым метром желание развернуться и убраться отсюда нарастало, ввинчиваясь в подкорку. Ментальное давление — грубое, топорное, но мощное — пыталось вышвырнуть непрошеного гостя вон. Оно не использовало тонких плетений, не играло в кошки-мышки. Просто давило, как танк, на грани физической боли.

Дмитрий стиснул зубы и продолжал идти, сверяя открывающиеся виды со смутными образами из воспоминаний. Всё совпадало до мелочей — разве что из-за стен тогда не было видно внутренних построек.

Он пересёк незримую границу — и мир перевернулся.

Холодная каменистая тундра за спиной осталась там, снаружи. Сейчас он видел за стенами таёжный лес — густой, тёмный, пахнущий хвоей и прелью. Хмурое небо исчезло, уступив место чистому голубому своду — но без солнца, без источника света, просто ровная голубая бесконечность.

И магия.

Она била ключом — многослойные защиты, переплетающиеся, накладывающиеся друг на друга, отрезающие это место от реальности надёжнее любой бетонной стены.

Грохот со двора заставил Куницу вскинуть голову. Он взбежал по пандусу, держа наготове два заклинания — одно защитное, другое атакующее, оба способные развернуться за долю секунды.

Замок состоял из трёх массивных блоков, врезанных в склон горы и соединённых переходами. В стене одного из них зияла дыра — следы говорили о концептуальной магии высшего порядка. Из пролома выскользнула фигура.

Девушка. Полевая форма, изодранный бронежилет, волосы стянуты на затылке в тугой узел. Куница узнал её с запозданием — слишком не вязался этот обтрёпанный боец с образом Стальной принцессы Романовых.

Анастасия отбежала от пролома, развернулась и ударила по преследователю. Чёрная молния — «Испепелитесь души», мерзкое заклинание из арсенала палачей — ушла в темноту пролома.

Преследователь оказался на крыше. Он спрыгнул вниз легко, будто с лавочки в парке, сжимая в ладонях две сферы. Одна — комок жидкой гнили, сочащейся зеленоватым туманом. Вторая — яркая точка света, стиснутая чёрной полупрозрачной оболочкой.

Концептуальная магия в руках Виктора Романова.

— Ну что же ты, сестра? — улыбнулся принц, и улыбка эта не предвещала ничего хорошего. — Бьёшь так, будто всерьёз пытаешься меня убить.

— Не называй меня сестрой, тварь, — процедила Анастасия сквозь зубы.

И в этот момент оба заметили Мартена.

— Куница? — в голосе принцессы мелькнуло что-то похожее на надежду, тут же задавленное усталостью.

Виктор нахмурился.

— Это становится проблемой. Мы вдвоём едва замок не разнесли. Если продолжим втроём — точно всё здесь уничтожим, — он прищурился, разглядывая Дмитрия. — Как ты здесь оказался?

Куница не спешил рассеивать магию. Но и атаковать пока не торопился.

— Приехал.

— А зачем? — Виктор подался вперёд, и в голосе его зазвучали завлекающие нотки. — Возможно, я смогу удовлетворить твои желания? Что тебе нужно? — он резко дёрнул головой в сторону сестры. — И ты! Не смей! Я за тобой слежу!

Анастасия действительно сплела заклинание — но пока держала его наготове, не выпуская.

— Не верь ни одному его слову! — прошипела она. — Для него ты такая же помеха, как и я.

Виктор отмахнулся, будто от надоедливой мухи.

— Какая помеха? Он же герой! Он верен императору! А я — проводник Его воли! Слышишь, Куница? Мы служим одному сюзерену. А эта.. предательница..

— Он не служит императору, — усмехнулась Анастасия, и в этой усмешке читалось знание. — Не так слепо и бездумно, как тебе хотелось бы. Дмитрий!

Девушка поймала взгляд Мартена.

— Я всё расскажу. Ты же здесь из-за Гамаюна? Ты пришёл за ответами. Как и я.

— Только у тебя их нет, сестрёнка, — вставил Виктор. — Одни догадки.

— Догадки лучше, чем ложь.

Куница перевёл взгляд с одного на другого. Брат и сестра. Монстр и человек.

— Я не доверяю ни одному из вас, — сказал Дмитрий, и магия в его руках уплотнилась, готовая сорваться в любую секунду. Он посмотрел на Анастасию. — Я чувствую твой страх. Ты боишься, как боятся люди. — Поворот головы к Виктору. — А ты нет. Из вас двоих я предпочту иметь дело с человеком.

— Как.. — начал Виктор, вскидывая руки с заклинаниями.

Но Куница ударил первым.

Не изгнанием — эта тварь явно не была простым демоном или одержимым. Слишком сложная структура, слишком плотная интеграция. Но сложная — значит уязвимая.