Страница 88 из 316
С плюшевыми кроликами связана одна интересная история. Однажды советский биолог Александр Сергеевич Серебровский, будучи заведующим кафедрой генетики и селекции в Институте кролиководства, отправился в Германию за местной породой кроликов рексов с прекрасным мягким мехом
80
. Однако за вывоз рексов нужно было платить большую пошлину. Тогда Серебровский купил пару дешевых метисов этой породы, у которых был самый обычный мех и чей вывоз не облагался пошлиной. По возвращении в СССР он размножил этих кроликов, получив в потомстве тех самых рексов с мягким мехом! Такая вот контрабанда редкой мутации. Как вы могли догадаться, она стала возможной благодаря тому, что кроличья мутация рекс – рецессивная. Из-за этого гибриды рексов с обычными кроликами выглядят как обычные кролики, но зато несут в своих генах сокрытое от глаз сокровище!
После этого рексов стали находить и среди других домашних животных. В отличие от кроликов, у всех остальных животных с похожей мутацией шерсть сворачивалась в явно различимые завитки. Первыми кудрявыми животными стали кошки. По аналогии с кроликами к их названию тоже стали добавлять слово “рекс”, а вот появившиеся позже кудрявые породы собак, голубей и других животных и птиц уже не имеют этого слова. Когда-то мы решили перечислить все кудрявые породы кошек, но их оказалось больше пяти, и мы сдались. Вместо этого мы вам расскажем про генетику некоторых из них.
Кудрявые кошки из Германии и их английские родственники
Наиболее раннее задокументированное свидетельство существования кудрявых кошек относится к 1930-м годам. В то время в немецком городе Кенигсберг от обычных некудрявых родителей родился как минимум один кудрявый котенок. Этого котенка назвали Мунк (англ.
Munk
)
81
. Владельцы Мунка не были котоводами, и его кудрявая короткая шерсть по типу марсельской волны
[43]
[В 1920–1930-е годы в США считалась модной укладка волос зигзагообразными волнами, которые называли марсельскими.]
не приводила их в восторг. Все, что их удивляло, так это то, что Мунк ловил рыбу из семейного пруда и этим обеспечивал себе пропитание.
В те времена никто не кастрировал котов и не держал их взаперти в квартирах, поэтому они гуляли везде, где им вздумается. Мунк не был исключением. Так как владельцы Мунка не интересовались разведением кудрявых котов, то судьба потомков Мунка, если таковые были, осталась неизвестна. Кудрявость немецких рексов – рецессивный признак, поэтому очень долгое время эта мутация могла дрейфовать в кошачьей популяции незамеченной. Можно думать, что именно так рексовый аллель Мунка постепенно через множество посредников добрался до Берлина.
Там в 1947 году от обычной короткошерстной кошки родился черный кудрявый котенок. Этот котенок вырос в милую кошечку, которая стала гулять сама по себе, пока не прибилась к одной из берлинских больниц. Добросердечные медсестры подкармливали бродяжку до тех пор, пока в 1951 году на нее не обратила внимание доктор Роуз Шер-Карпин. В отличие от владельцев Мунка, доктор Шер-Карпин сразу поняла, какое сокровище пришло к ней в руки, и безымянная уличная кошка превратилась в Леммхен (от нем.
Lämmchen
– “маленький ягненок”) – родоначальницу самой первой в мире кудрявой породы кошек – “немецкий рекс”.
В 1950 году в английском графстве Корнуолл родился еще один кудрявый котенок по кличке Каллибункер, который стал родоначальником другой кудрявой породы – “корниш-рекс”
82
. Когда Каллибункер подрос, владелица Нина Эннисмор отнесла его к ветеринару на кастрацию. К великому счастью всех будущих корниш-рексов и их владельцев, ветеринар сразу заметил в глазах Каллибункера проблески будущего величия и не только отговорил мисс Эннисмор от кастрации, но и уговорил ее провести возвратное скрещивание Каллибункера с его матерью, чтобы получить больше кудрявых котят.
Удивительное совпадение, но мисс Энисмор разводила кудрявых кроликов-рексов (нет, мы не думаем, что кудрявость Каллибункера имеет какое-то отношение к кроликам). По аналогии с кроликами она назвала новую породу “рекс”. Как вы знаете, очень скоро пород кудрявых кошек стало пруд пруди, и к породе добавили приставку “корниш” (вкл., илл. 23).
Кудрявые породы немецкий рекс и корниш-рекс, очень похожие внешне, появились примерно в одно и то же время, однако как по-разному сложилась их судьба! Немецкий рекс всегда был редкой породой, которой занимались лишь немногочисленные котоводы-энтузиасты. Корниш-рекс, напротив, быстро стал известен и любим по всему миру.
Нам кажется, что колесо фортуны повернулось для корниш-рексов в тот момент, когда в 1956 году популярный тогда американский журнал “Лайф” (англ.
Life
) напечатал короткую статью про Каллибункера и его котят. Так корниш-рексы открыли для себя Новый Свет или, что точнее, Новый Свет открыл для себя корниш-рексов.
После выхода статьи с мисс Эннисмор связалась котовод из Америки Фрэнсис Бланшери, которая импортировала пару корниш-рексов: кота и беременную кошку. Кот по каким-то причинам не оставил после себя потомства, тогда как кошка стала родоначальницей всех будущих американских корниш-рексов.
Пока американские корниш-рексы становились все популярнее и востребованнее, над английскими корниш-рексами сгущались тучи. Выведение новой породы – это финансово затратное мероприятие, и в какой-то момент у Нины Эннисмор стали заканчиваться деньги. По иронии судьбы в том же году, когда корниш-рексы получили известность в США, мисс Эннисмор кастрировала почти всех своих кошек, включая Каллибункера. Когда же с ней связался другой американский котовод, импортировать было уже нечего.
Немецкие рексы ушли в безвестность не только из-за отсутствия медийного освещения и уникальной внешности: на уровне ДНК у них тоже не оказалось ничего уникального. Мутация, которая свернула шерсть немецких рексов и корниш-рексов в колечки, – одна и та же у обеих пород! Может быть, на ферму к мисс Эннисмор забрели потомки Мунка? Этого мы никогда не узнаем.
Зато теперь мы знаем, что у обоих рексов мутировал ген
рецептора лизофосфатидной кислоты – LPAR
6 (англ.
Lysophosphatidic Acid Receptor
6)
83
. Ген
LPAR
6 работает в клетках кожи, которые прилегают к стержню волоса. До сих пор не очень понятно, чем он занимается, но известно самое главное: работа его белка благотворно сказывается на росте волоса. Нормальный аллель
LPAR