Страница 38 из 94
Сейчас же суть этой реформы начала мне раскрываться во всей, если так можно сказать, красе. Когда стало ясно, что старая, еще королевская администрация, уже не справляется с управлением гигантского государства, Император Хьюре Первый провел большую реформу, направленную на преобразование государственного аппарата. Рада выдавала мне общеизвестные постулаты, и я не мог с ходу вычленить из них все тонкости и особенности, но даже так некая общая картина медленно складывалась.
Картина, которая мне не очень-то нравилась.
Император не был фактическим владельцем всех земель империи. Даже формально не был. Высшим органом власти — да. Но не владельцем. История королевства, что очень важно, знала критические моменты, напрямую связанные с моими предками. Критический момент, когда в королевстве помимо правящей семьи возникла другая сила, набирающая власть и влияние. Проклятый Род, само имя которого стерто из истории. Род, бросивший вызов Королевскому Дому Ларриана. Род, перебитый моими предками во время восстания и борьбы за право называться хозяином в государстве. С тех пор королевская семья, не без помощи рода Раган, не давала никому набрать слишком большого влияния. Влияния достаточного, чтобы бросить вызов неоспоримости власти правителя.
Империей владели Пять Великих Родов. Император, судя по всему, был лишь проводником их воли.
Неожиданное откровение, которое было естественным для имперцев, но столь неочевидное для кого-то вроде меня.
В остальном все было похоже. Многочисленные малые рода и кланы, контролировавшие землю, фабрики, производства, судоходные реки и прочее, прочее, прочее. Только иерархия строилась не на верности императору, а на верности своему Великому Дому. И потому, если вассал одного Великого Рода слал пешим извилистым маршрутом вассалов других домов — те ничего не могли с этим сделать. Только договариваться, читай — покупать или пытаться устранить. Генерал-губернатор Антал вдруг осознал, что все вокруг служат другим Великим Домам, и только он — дому Элисани. А мы больше нет. Его будут смещать, только пока непонятно — кто.
Остальное я слушал в пол-уха. Кто чем владел конкретно здесь, кто кому приходился родственником и прочие хитросплетения имперских дворян, слишком слабых для того, чтобы быть хищниками в столице империи, и потому пытающихся здесь, в ново завоеванных землях, найти ресурсы для возвышения себя и своих семей.
Был ли так неправ старик Томэк? Пока Пятерка Великих выступает единым фронтом — они почти непобедимы, да, просто из-за объема имеющихся ресурсов. Тысячи, десятки тысяч магов, миллионы человек, ресурсы огромных земель, развитая промышленность. Огромная сила, которой управляет горстка людей.
Но стоит появиться любому расколу..
На крыльце особняка появилась Орисса, сердечно попрощавшись с какой-то женщиной. Ее появление прервало рассказ Рады, и я решился.
— Не теряйте меня. Есть несколько дел, которые стоит сделать. Вернусь вечером.
— Стой! Сол, что ты.. — оглянулась на меня волшебница.
Но я уже запрыгивал на коня. Пришпорив послушного жеребца, я помчался по улице, не оглядываясь на оставшихся позади Эвверанов. Хватит уже быть фоном в этом деле, которое касается в том числе и моего благополучия.
* * *
К «своему» особняку ехать не стал. Я не готов смотреть на то, во что он мог превратиться за это время. Не готов принять, что у моего дома появились новые хозяева.
Я решил начать с другого места.
Обоснованно считал, что наиболее приближенные к королевской семье рода не пережили войну без серьезных потерь. Все же очень многое у них было завязано на благополучии королевской семьи и с ее поражением, они также теряли часть своего влияния. Величина последнего зависела уже оттого, насколько эти рода были готовы к подобному развитию событий.
Но были и те, кто точно сумел обустроиться в новых условиях. Например, Темпесты.
Главой этого рода до поражения в войне был Воррен Темпест — беспринципная, циничная, наглая тварь, для которого имела значение только личная выгода. К счастью, я знаю некоторые способы воздействия на этого подонка. С его подходом к проворачиваемым делам у моего рода скопилось достаточно компромата, который можно использовать даже сейчас не столько против него, сколько против рода в целом. И я уверен, что с приходом империи с этим ничего не изменилось.
Мои ожидания оправдались в полной мере. Поместье Темпестов осталось на своем месте, и даже выглядело лучше, чем в моих воспоминаниях, когда как весь остальной город изменился в худшую сторону.
Два бравых лба на воротах меня легко пропустили, не пришлось даже ничего объяснять. Говорил я уже с вышедшим на крыльцо лакеем. Молодой подтянутый мужчина встретил меня улыбкой и поинтересовался целью визита.
— Солрэн Эвверан, урожденный Раган, — ответил я. — Цели моего визита я могу озвучить только господину Воррену.
Лакей чуть прищурился, смерив меня подозрительным взглядом.
— Господин Воррен, к сожалению, умер. Мне передать о вас господину Курту?
Курт? Младший брат Воррена. Тоже сойдет. Он был вовлечен во все дела брата и был местами большей сволочью, чем первый. Ведь там, где руки не мог замарать патриарх рода, то нужен был и кто-то, кому можно было доверить щекотливые дела.
— Да, передайте, — кивнул я после небольшой паузы, делая вид будто порывался развернуться после такой новости, но все же решил остаться.
Ждать долго, вопреки собственным предположениям, не пришлось. Вскоре я уже осматривал почти не изменившееся убранство старинного особняка, выкупленного Темпестами лет пятьдесят назад. Дом мало изменился, разве что выглядел теперь еще с выпяченной видимостью богаче. Темпесты не были аристократическим родом с длинной историей, и, кажется, комплектовали из-за этого, постоянно бравируя богатством для компенсации происхождения. Странный подход в королевстве, где ценят отнюдь не только длину родословной. Сумел вырваться в круг дворян — уже что-то да стоишь. Правило не применимое ко всем, но все же.