Страница 32 из 94
Ну а Анжелика, отличаясь влюбчивым и пылким характером, не стала ждать меня. Да и условия помолвки ей ничего не запрещали. Наши семьи только намерения обозначили. Я страдал, наблюдая, как она флиртует с другими, и усердно тренировался, чтобы быть достойным этой девушки. А затем война резко поменяла приоритеты, и Анжелика начала восприниматься мной как мимолетное подростковое увлечение. Война меняет людей, я не стал исключением и на многие вещи начал смотреть иначе.
Как только вернулся сюда, ощутил щемящую тоску по ней самой и по всему тому, чего я лишился, чем мог обладать. Не по Анжелике, как по человеку. А тоску по символу беззаботной довоенной юности, в которую я никогда не вернусь.
— Ты уверен, что это здесь? — с большим сомнением посмотрела на меня Рада, оглядевшись вокруг.
— Вы все поймете, когда мы войдем.
Я не обманул женщин. Стоило оказаться в плохо освещенной и пыльной прихожей, как все их сомнения развеялись. На входе стояли два деревянных манекена, красовавшихся в старомодных по сегодняшним меркам, но изысканных в свое время платьях.
К нам вышла миловидная девушка, в которой легко узнавались черты обоих родителей. Она выглядела немного напряженной и самую малость испуганной, глядя на незваных гостей. А я сравнивал ее с образом запомнившейся мне девочки, которую видел в последний раз года четыре назад.
— Лилия, — улыбаюсь, подходя ближе. — А ты подросла. Прекрасный цветок совсем скоро расцветет, ты превращаешься в ослепительную красавицу.
И она меня узнала.
— Дядя Сол! — потеряв очаровательную красоту, она вновь встала симпатичной девочкой, бросившейся мне на шею для удивительно крепких дружеских объятий.
На шум появилась и мать Лилии, Белла. Она была все так же красива, хотя последние годы немного прибавили ей морщинок.
— Солрэн! — но она так же, как и дочь, была искренне рада меня видеть.
— Миледи, — я хотел сделать подобающий поклон, но Белла подошла ближе и просто обняла меня в знак приязни и радушия.
— Брось это! Мы стали почти родными людьми, никаких миледи!
Лилия скромно потупилась, но в бросаемых из-под челки взглядах я видел, как прыгают бесенята.
— Белла, разреши представить. Орриса Эвверан и Рада Талсодан, — я позволил хозяйке рассмотреть своих спутниц. Стоило ей услышать фамилии, как радость на лице тут же сменилась настороженной опаской. Н-да, что тут творит империя? Раз уж даже столь добродушная женщина так меняется в лице, слыша имперские фамилии. — Я теперь член рода Эвверан. Скажи, Камил принимает заказы?
Белла справилась с собой и кивнула, улыбнувшись гостям.
— Конечно. Проходите! Давайте поднимемся в мастерскую. Желаете что-нибудь выпить?
Пока Белла занималась дамами, меня за рукав дергала Лилия.
— Дядя, оставь заботы маме, она справится. Лучше давай отойдем в столовую! Расскажешь мне, как живешь, — девушка улыбалась, открыто и очаровательно.
У меня не было никаких шансов устоять перед ее обаянием, но я и не думал сопротивляться. Приятно было оказаться в окружении людей, которые тебе искренне рады.
— Конечно! Веди.