Страница 54 из 81
— Имба.. — тупо повторил я, и глаза мои расширись от осознания собственной неуязвимости. Абсолютной неуязвимости.
Оказалось, я настолько удачлив, что не подвластен даже смерти. И, подумать только, узнал об этом лишь сейчас! Всего за один шаг до того, как прижму Шлейфер к стенке! Но лучше поздно, чем никогда. Теперь-то ей точно никуда не деться.
Да что там мерзопакостная герцогиня?.. Кто она вообще такая по сравнению с той силой, что подвластна мне и только мне?
«Он понял! Вы только посмотрите, он понял! — возликовал Царь. — Этот малец наконец-то понял, насколько жалким он был всё это время, аха-ха-ха!»
«А теперь пусть возьмет и расхерачит этот улей к чертовой матери! Давай же повеселимся все вместе, раз уж на то пошло!»
«Не забывай, что у тебя есть определенная цель, и именно к ней следует стремиться. Не позволяй мнимому могуществу взять тебя на крючок..»
«Ты правда будешь слушать этого Мастера Сплинтера недоделанного⁈ Он же просто гребанная крыса! Взорви! Разбей! Разорви в клочья! Давай же!»
Всё тело дрожало от предвкушения кровавой резни. Кровь бежала по венам с дикой скоростью, бешено колотилось сердце, грозясь разорвать грудную клетку. Я одновременно хотел того, чего жаждал Малал, но в то же время боролся с этим неистово. Часть меня прямо сейчас намеревалась стереть всю телебашню в пыль, другая — пыталась уговорить меня следовать изначальному плану.
Трясло. Крутило. Мышцы спазмировали, взгляд лихорадочно дергался от одной, всё еще живой, туши к другой. Хотелось всего и сразу. Заявить о себе. Подмять под себя. Твою мать, как же выворачивает..
— Вперед! — расслышал где-то отдаленно крик Чижика.
Подняв голову и вытаращив остекленевшие глаза, наблюдал за тем, как первый этаж башни переходит под наш контроль. Любой лишний шаг поведет меня в пропасть. В эйфорию, которая может обернуться безумием.
Нельзя.
Мне.
Нельзя.
«Льзя, маленький пучеглазый додик! Всё тебе льзя! Взорви! Разбей! Разорви в клочья!»
Малал остервенело повторял это, как мантру, однако я упорно не двигался с места. Принимал на себя основной удар, пока товарищи завершали начатое. Взрывали, разбивали и разрывали революционеров в клочья.
«Убогий сукин сын! Ссыкливый пёс!» — надрывалась тварь.
Нет, я не ссыкло. Просто не хочу стать тем самым скверно улыбающимся Димитрием, сидящим среди гор смердящих трупов и ненавидящим то, во что превратился.
Сломать-то каждый может. А ты попробуй, построй.
Зато «живой уголок» отрывался на полную катушку. Пеликан выблевал связку гранат, метая их в неприятеля, Рябчик наконец-то занял удобную для него позицию и принялся снимать своей подружкой одного за другим. Чижик, зарядившись моим пофигизмом, нарастил броню и попер влобовую, проламывая черепа мощными ударами кулаков.
Их оказалось больше двадцати, но это было не важно. Важно то, что мне удалось остаться самим собой даже после невероятного открытия о мощи дарованных мне сил.
«Молодец», — сухо похвалил Якомару.
«А-а-а-агр-р-р!..»
Стекла брызгами разлетались, огибая меня. Взрывные волны сносили мебель, но я твердо стоял на ногах. Короче говоря, я ощущал себя тем самым главным героем боевиков, которые всегда выходят сухими из воды, сколько бы обойм в них ни разрядили. Это круто. Со стороны зрелищно. Но нагло этим пользоваться не собирался.
Даже если я настоящий счастливчик, что с того? Помимо этого я всё еще остаюсь тем, кому не чужда человечность.
Лишь тогда, когда тишина поглотила первый этаж телебашни, а воздух пропитался запахом крови и пороха, я заговорил.
— Лифт?
Ребята обернулись ко мне, как по команде. Тяжело дыша, стирая пот с поблескивающей кожи. Пусть они сами затащили меня сюда, уверенные в моей удаче, в глазах каждого мелькало нечто, очень похожее на страх. Представляю, настолько он был бы силен, возьмись я самостоятельно за то, на чем так упорно настаивал Малал.
— Лифт.. — выдержав небольшую паузу и ссутулившись, ответил Чижик.