Страница 53 из 66
– Фуми, прости, что так поздно, – извинилась я. Хозяин заведения начищал чашку, но поднял голову, когда я подошла к стойке. – Мы с Тани были в полиции. Если бы ты меня не прикрыл, мне пришлось бы худо.
– Как она? – с тревогой спросил Фуми, и я охнула:
– По-моему… она обиделась. Прости. Все потому, что я забыла замаскироваться.
– Это наше с ней личное дело. Забудь.
Тут пришел первый гость, я забрала Рику, и мы пошли домой. У круглосуточного магазинчика какой-то мальчик – очевидно, он возвращался с курсов – с аппетитом облизывал брусок фруктового льда. Мы ему обзавидовались и купили себе такие же. Рика, роняя с палочки сладкие капли, спросила:
– По-моему, вы с Фуми все-таки встречаетесь.
– Не-а. Я же говорила, что нет.
– А стоило бы. Я думаю, он тебя любит.
– Я его тоже.
– Значит, у вас взаимно! Вот и встречайтесь.
– Это совсем другая любовь. Более… острая.
– Какая?
– Не знаю, как объяснить: она мне нужна, чтобы оставаться собой.
– Круто! – Рика округлила глаза. – Тогда сразу поженитесь!
– Пожалуй, – не стала спорить я и сосредоточилась на ледовом бруске.
Пусть сердце мое почти разрывалось от этой острой любви, я не хотела ни поцеловать Фуми, ни тем более с ним переспать. Достаточно быть вместе. И я не знала, как называется это чувство.
Нельзя просто быть с другим человеком – вы все равно должны подчиняться невидимым правилам, а нас с Фуми с самой первой встречи выкинуло за все мыслимые рамки. Я ужасно устала чувствовать себя бесприютной скиталицей. Все так же занятая мороженым, я подняла глаза к небу:
– Вот бы убежать далеко-далеко.
На чистом небосклоне висела крошечная, как будто алюминиевая луна.
– Куда?
– Куда-то, где никого нет. Нет правил и норм.
– На необитаемый остров?
– Да, звучит классно. На необитаемый остров!
– Но там же мороженое не продают.
– Пусть там будет крохотная лодочка. Чтобы кататься в магазин.
– Растает по дороге.
– Можно его лопать прямо в лодочке.
– А мультики показывают?
– Да. Людей нет, но вайфай проведен.
Можно хоть «Настоящую любовь» смотреть. Какой удобный остров. Вот бы в самом деле такой нашелся. Сказочный остров мечты, на котором не будет никого, кроме нас с Фуми.
Обещанные «два-три дня» минули, но Андзай так и не вернулась. Я ей звонила, но она не брала трубку, сообщения не читала. Перед работой Фуми опять заглянул приглядеть за Рикой. Она даже не вылезла из постели.
– По-моему, она полночи проплакала…
– Давай на обед приготовлю ей омурайсу
[27]
[Омурайсу (от слов «омлет» и «рис») – жаренный с овощами, другими продуктами и кетчупом рис, покрытый слоем омлета. Чрезвычайно популярное блюдо, часто ассоциирующееся с кухней для детей.]
. И напишу сверху имя кетчупом.
– Спасибо. Надеюсь, хоть немного повеселеет.
– Подруга ответила?
Я покачала головой.
– Ясно, – только и ответил Фуми.
Другой на его месте, наверное, начал бы сетовать, что нельзя так просто оставлять детей знакомым, спрашивать, не почувствовала ли я чего-то странного в ее поведении, предложил бы обратиться в полицию. Я была благодарна, что он не озвучивает все то, что я понимала и сама.
В тот день приехал человек из головного офиса, и меня вызвали в кабинет. Я думала, наконец сделают сотрудницей основного штата, но вместо этого сказали, что хотят задать пару вопросов, и протянули какой-то еженедельный журнал.
«Дело похищенной малышки Сарасы Канай еще не закрыто», – прочитала я и заледенела до кончиков пальцев.
Имена несовершеннолетних в уголовных делах разглашать запрещено, но это была одна из тех желтых газетенок, которые наплевали на запрет, прикрываясь свободой слова.
– Вчера один из наших сотрудников обратил внимание на статью… – неловко начал мужчина, с заметным трудом подбирая слова. В выпуске за прошлую неделю нам посвящалось четыре черно-белых страницы. Пересказывали события пятнадцатилетней давности и рассказывали, что случилось с героями тех событий дальше. К статье прилагались черно-белые фотографии.
На одной из них мы с Фуми болтали друг с другом с соседних балконов. Глаза закрыли черными полосками, но близким знакомым хватило бы и такого изображения, чтобы нас узнать.
Писали, что жертве давнего похищения так основательно промыли мозги, что она и теперь живет рядом со своим обидчиком. Нас называли вопиющими современными воплощениями Блистательного Гэндзи и госпожи Мурасаки
[28]
[Блистательный Гэндзи и госпожа Мурасаки – персонажи японского классического романа «Повесть о Гэндзи». Госпожа Мурасаки – супруга Гэндзи, с которой он познакомился, когда им было около 10 и 18 лет соответственно, воспитывал как собственную дочь, а затем взял в жены.]
, а под конец заключали, что я страдаю от запущенного стокгольмского синдрома и нуждаюсь в срочной помощи.
– Наша компания не вмешивается в личную жизнь сотрудников. Но, госпожа Канай, на втором снимке видно, что вы работаете у нас. Начальство выразило беспокойство по этому поводу, – сказал мужчина, указывая на фотографию. Нечетко, но на ней действительно проглядывал логотип сети семейных ресторанов, известных по всей стране. Кто знает, тот с первого взгляда догадается, а знали нас многие. Старший менеджер робко подался вперед:
– И-извините, Канай. Если тут написана неправда, то, мне кажется, вам лучше подать жалобу на издательство. Вам и так нелегко пришлось, они не имеют права еще больше усложнять вам жизнь.
Я не нашлась с ответом. Факты и правду разнесло друг от друга, как небо и землю, и я не чувствовала, будто мои слова способны заполнить зияющую между ними пустоту. Мне оставалось только молча опустить голову.
– Простите за доставленные неудобства, – извинилась я, но про себя недоумевала: за что и перед кем я извиняюсь?
– То есть в статье написана правда?
– Мы в самом деле соседи. Но я не страдаю от стокгольмского синдрома. И он не преступник.
– Вы о том, что он уже отбыл свое наказание?
– Нет.
«Прекрати! – кричала моя вторая половина. – Они все равно не поймут. Только дурой себя выставишь».
– Он не совершал преступления. Он добрый и правильный человек.
У мужчины из головного офиса челюсть отвисла, и он неприязненно нахмурился. Старшего менеджера как будто обухом по голове огрели. Ну вот. Что я натворила? Отколола глупость. Надо было помалкивать и кланяться. Но я не выдержала.