Страница 44 из 46
Глава 10
Я понимала, что у матросов могут возникнуть вопросы после того, как я так бесцеремонно увела квартирмейстера, но совершенно не жалела о том, что сделала. Сейчас вообще не собиралась ни о чём сожалеть. Уж точно не после того, как увидела, на что готовы старые знакомые. Да и Эхсану лучше бы побыть одному. И ещё рука... Её нужно обязательно обработать, потому что мужчина, несмотря на рану, продолжал её нагружать.
Где-то здесь была аптечка.
— Стой здесь.
Быстро метнулась в темноту, копаясь среди коробок и разыскивая искомое, пока, наконец, не нашла. Помимо лечебницы, по предложению Бальтира по всему кораблю разместили небольшие переносные ячейки, в которые упаковали самое необходимое: бинты, обезболивающее, обеззараживающее, небольшие медицинские наборы для быстрой хирургии и другие нужные лекарства.
К счастью, когда вернулась и занялась рукой, быстро поняла, что накладывать швы не придётся. Да и раны, которые удалось рассмотреть, больше напоминали следы от удара об что-то шершавое. Не считать же за таковое лица тех, кому прилетело от Эхсана?
— И как ты так умудрился рассадить руку?.. — спросила скорее саму себя, потому что квартирмейстер не спешил отвечать и вообще как-то подавать голос.
Не ушёл — и то спасибо. Несмотря на боль, которая, как знала, точно была, квартирмейстер даже не поморщился, пока я обрабатывала рану и аккуратно закрывала её клеящимся бинтом. Его размера как раз хватило, чтобы закрыть повреждение. С удовольствием осмотрела получившийся результат. Эхсан вполне мог двигать рукой, ведь, в отличие от большой обмотки, этот вариант не стеснял движений.
— Ну как ты? Получше? Сильно болит? — обеспокоенно заглянула в тёмные глаза и, поддавшись порыву, обняла, прижимаясь щекой к мужчине, желая ощутить его ближе, намного ближе, чем на самом деле хотелось.
Эхсан был тёплым и совершенно родным. Его запах окутал меня, заставляя зажмуриться, и я, понимая, что мы наконец одни, вздохнула.
— Так хорошо, что мы, наконец, увиделись... За эти дни мы с тобой так редко встречались. что я было решила, что ты меня избегаешь…
Эхсан слегка шевельнулся и чуть неуверенно обнял в ответ. Мы молча стояли, просто наслаждаясь моментом. Под щекой продолжало стучать сильное сердце, мощно ударяя в грудную клетку. Такая мужская близость и полумрак постепенно сделали своё дело. Захотелось игриво потереться о него, как кошка, впиться поцелуем и наконец разговорить.
Обычно Эхсан не стеснялся в выражениях, когда был зол. Сейчас же, молча обнимая меня, он словно закрывался и это вызывало непонимание. Это было совсем на него не похоже.
— Что же такого произошло, что ты настолько зол? — подняла глаза, внимательно всматриваясь в знакомую темноту. — Что-то случилось с кристаллами или деталями? За ними, кажется, ты и отправлялся перед тем, как вернуться. И не предупредил! — чувствительно стукнула мужчину по боку. — Оник проинформировал, а это, квартирмейстер, настоящая наглость — так нагло игнорировать собственные дисциплинарные моменты.
Наконец, я добилась того, чего хотела. Эхсан едва заметно усмехнулся, расслабляя плечи, которые всё ещё ощущала под рукой. Не хотелось её убирать. Мужчина немного отстранился, вынуждая меня прервать объятие, поднял руку и поправил выбившуюся из причёски прядь.
Я продолжала требовательно смотреть, добиваясь ответа хотя бы на один из вопросов, и Эхсан сдался, недовольно признаваясь:
— Тот хлыщ, что посмел тебя обидеть, и слова Славина... — отвёл глаза в сторону, но я всё равно заметила мелькнувшее в их глубине бешенство.
— А что слова Славина? Он с самого начала был излишне наглым.
Спрашивала, чтобы понять, что же движет мужчиной. Желала расшевелить его и разобраться, почему на Славина он впервые среагировал так жёстко. Срыв? Или временное помутнение рассудка?
— Мне не понравились взгляды, которые он бросал на тебя. — Эхсан сказал это так, что создавалось полное впечатление: стоит его отпустить — и квартирмейстер вернётся ещё раз пройтись по лицам всех, кто посмел меня обидеть.
Потому отпускать его было нельзя. Никак нельзя.
Глаза Эхсана снова потемнели, вынуждая испугаться, но я продолжала смотреть в них, чувствуя, как всё сильнее сносит крышу от такого проявления его гнева. Раньше, насколько помнила, меня злил этот непроницаемый тёмный взгляд. Сейчас же...
Возможно, всё дело было в том, что я хотела перебить вкус последней встречи с бывшим, желая ощущать рядом только того, кого действительно желала. Стоило бы собраться, вспомнить о том, что я капитан, но всё увереннее плыла на волне собственных чувств, ощущая, как всё сильнее разгорается пожар желания. Я хотела Эхсана. Жаждала почувствовать его намного сильнее, чем прежде. И хотела получить его прямо сейчас.
Словно отреагировав на затянувшееся молчание, Эхсан, наконец, посмотрел на меня долгим взглядом, от которого по телу прокатилась бархатная волна. В какой-то момент поняла, что темнота вокруг становится всё уютнее, и вполне допускала, что сейчас, похоже, нарушу собственные принципы.
Но эта мысль не вызывала отторжения — напротив, была логичной и здравой. Что же я творю… Сейчас, в этот самый момент, я шла ва-банк и ничуть этого не стеснялась. Распалившееся внутри желание подстёгивалось увиденным ранее и словами моего мужчины.
— Взгляды?
Делаю шаг вперёд, нагло прижимаясь к нему всем телом, добавляя в голос низких нот и делая волнообразное движение корпусом.
Эхсан замер, не ожидая этого. Я, не прекращая, просто накрыла любимые губы поцелуем — в котором было всё, что копилось внутри: тягучее, томное и нетерпеливое, сдерживаемое только моей сильной волей.
Я не стеснялась того, что мы здесь, наедине. Эхсан, поняв, что я действую на полном серьёзе, наконец «поплыл», подаваясь ко мне навстречу и прикасаясь так, как я того желала. Провёл рукой по моим волосам, спине и сжал ягодицы. Ответно толкнулась в него животом, чувствуя, что хочу большего.
Здесь. Сейчас.
Я хотела, чтобы Эхсан оттаял, стал прежним — тем, кто желает меня так же, как я его. С ним было что-то не так: что-то всё ещё не отпускало, держало в напряжении, словно квартирмейстер не всё мне сказал. И я знала: так просто он не откроется, его нужно подтолкнуть.
— Хочу тебя ощутить, — тихо прошептала в губы, глядя ему в глаза. — Ощутить твой вкус… твою силу… твою власть.
Медленно провела языком по губам и провокационно скользнула рукой по его животу, постепенно спускаясь ниже. От этого простого движения Эхсан напряг мышцы живота, а затем… я нагло вторглась на чужую территорию, скрытую тканью, всё ещё продолжая ласкать его так, чувствуя, как с каждой секундой становится всё более напряжённым и объёмным член.
Хотела продолжить, чуть отстраняясь, чтобы мне было удобнее, но Эхсан остановил, перехватив мою руку. Вопросительно посмотрела, чувствуя его желание и не понимая, что не так. Но, не дав мне усомниться, квартирмейстер наконец хрипло пояснил:
— Подожди. Не здесь. Ниже… — взгляд был полон обещания и такой же страсти, как у меня. — Мы должны спуститься ниже, чтобы нас не заметили…
Значит, не отказывается, а лишь хочет спуститься туда, где будет меньше свидетелей. Я как-то совсем подзабыла о своём правиле, что на корабле не бывает отношений и, особенно, секса, и что здесь есть посторонние, которые сейчас были совершенно некстати.
Подчиняясь его словам и сильной руке, мы тихо спустилась ниже через потайную дверь прямо в оружейную, где, как и ожидалось, никого не было. Ни на миг не отпуская, словно боясь, что исчезну, он вёл меня за руку. Мы закрыли дверь — на всякий случай. И только после этого Эхсан повернулся ко мне, опаляя взглядом, в котором пылало неприкрытое желание и голод. Чистый голод, от которого сладко горело глубоко внутри, вторя моему собственному.