Регент миров

Глава 1

Глаза слезились. Всё же золотистые искры были довольно яркие. Но стоило сиянию переноса исчезнуть, как я оказался в серости полумрака, который рассеивало лишь холодное голубовато-зелёное сияние у меня за спиной. Рассеянный и постоянно меняющийся свет заливал пещеру. Ночное зрение проскура быстро начало работать, позволяя проступить деталям, а краскам стать ярче.

Однако, мне хватило одного вдоха, чтобы понять где я находился: запах воды, мокрого камня и главное кисловато-приторный запах жаботов.. Я его никогда и не с чем не перепутаю. Я находился в пещере под водопадом в Протеусе, там где обитал хранитель-жабот, у которого мы с Мари некогда выкрали Самородки жизни.

Слух, что донёс звуки водопада за спиной лишь подчёркивал мою правоту.

— Приветствую, хранители! — пронёсся рокочущий голос. Но разнёсся он не по пещере, а у меня в сознании, мгновенно заглушив мои собственные мысли и заставив резко развернуться к центру пещеры.

Зрение достаточно приспособилось, чтобы я понял несколько нюансов: во-первых, икры жаботов, которой в прошлый раз пещера была буквально завалена — больше нет; во-вторых, пещера стала значительно меньше чем я её помнил — появились новые валуны.. которые вздрогнули и по пещере разнеслось горячее дыхание.

Виноват, ошибся. Это были не валуны, а шкура исполинского варана, что свернувшись в пещере, занимал практически всё место. А стоило посмотреть чуть вверх, как я встретился с исполинским существом взглядом. Пламя в его глазах заставило меня невольно поёжиться.

И как оказалось не только меня. Периферийным зрением я отметил, что кроме меня в пещере есть ещё существа. Причём не монстры, а разумные: карни, двое альвов и один рух. А судя по их растерянному виду, они тоже не ожидали сегодня оказаться в этой пещере.

Тем временем, варан-хранитель Протеуса продолжил свою речь:

— Вы все некогда нарушили границы Протеуса. Вы все покусились на его дары и силу. Однако, вы все сумели доказать, что кроме алчности и жестокости в вас есть нечто большее, а потому вы были помилованы лично мной и отправлены в мир, дабы стать хранителями Протеуса.

— Мы всеми силами старались оправдать оказанную честь, — не преминул выступить вперёд один из альвов.

То что альвов среди призванных больше всего неудивительно — их земли ближайшие. Собственно потому я не удивился и карни. Хотя присутствие руха — это что-то интересное. Скорее всего птицеподобный тут из-за любопытства своего народа, ведь по рассказам моего знакомого руха, довольно много представителей этой расы в какой-то момент жизни отправляются за пределы своей территории ради исследования Последнего Мира.

В любом случае те, кто окружают меня наверняка сильные воины — иначе пережить испытание хранителя у них бы не вышло. Потому, не удивлён, что народу с печатью немного: нужно не только найти скрытую локацию, но и выжить в ней, а после оказаться достойным встретить хранителя — не многие даже за десятилетия с таким справятся.

Впрочем, взявший слово альв выделялся даже на фоне столь разношёрстной группы «хранителей»: дорогой доспех и оружие украшенное драгоценностями, и без того высокая фигура существа словно бы довлеет над окружающими, одновременно притягивая к себе взгляды, а речь чёткая и уверенная — чувствуется лидерские качества и вера в свою правоту.

Хотя, до уровня призвавшего нас хранителя седьмой эволюции этому альву ещё далеко. Аура варана излучала столько мощи, что она словно кокон окутывала меня, заставляя дышать через раз.

— Ты прав, Никон, вы не подвели меня. Потому печать не выжгла ваши души, а некоторые так и вовсе сумели раскрыть часть её сил и возвыситься, — варан медленно кивнул и по пещере прошла волна тёплого воздуха. — Но сейчас я призвал вас всех в Протеус, так как моему миру нужна помощь и защита, на границах скопилось слишком много вредителей.

Я невольно нахмурился и ещё раз огляделся, пытаясь понять может ли это быть как-то связано с отсутствием жабота, который ранее обитал в этой пещере. Может варан отправил младшего собрата в пещеры под локацией, пока сам здесь обосновался?

Потому как, если бы что-то случилось с жаботом, нас бы призывать точно не стали — мы вместе слабее одного отдельно взятого хранителя и это даже с учётом того, что я не знаю какой эволюции существа здесь.

Это я не говорю про варана, который по факту сам может уничтожить небольшую страну.

— Рядом с границей Протеуса появилось сразу несколько отрядов, которые целенаправленно ищут вход в охраняемые мной земли, — варан с явной печалью вздохнул. — Если одиночные экспедиции я мог уничтожать посылая волны неразумных созданий, то с несколькими отрядами, что целенаправленно прочёсывают местность, сложнее. Каждое нападение позволяет противникам приблизиться на шаг ближе к Протеусу. Потому, мне нужны вы: бойцы, что смогут действовать точечно и аккуратно. Те, кто будут выбивать.. либо отвлекать другими методами, слишком сильно приблизившиеся к нам группы. И тем самым защитите Протеус.

— Мы не подведём! — вновь вперёд вышел Никон, отвечая за всех. — Мы уничтожим любую угрозу и останемся здесь столько, сколько нужно! Встанем на защиту Протеуса.

Остальные реагировали не столь бурно, но тем не менее одобрительно закивали. Собственно, особого выбора у них и не оставалось, «печать» на душе пусть и не рабское клеймо, но тем не менее всё же имеет свою силу, а вместе с тем и ограничения.

Впрочем, я не особо разделял энтузиазма. Хоть задание казалось несложным: выбить несколько групп охотников за наживой. Единственный нюанс, нужно сделать это так, чтобы не навести на след Протеуса ещё больше искателей.

Но почему-то мне кажется, словно за этой простотой что-то скрывается? Словно нам не договаривают какие-то важные детали?

Или, я так активно в последнее время играл в политику, что уже во всём вижу подвох?

— Спешить с выводами точно не стоит, — тут же шепнула Ирис. — Хранитель далеко не глуп, как благодаря характеристикам, так и за счёт прожитых лет. Потому, он знает о чём говорит. Но.. Ты прав, что-то он скрывает. Вот только пока не узнаем что, думаю спешить и дёргаться не стоит.

Наши с Ирис мысли совпадали и это отчасти успокаивало. Варан же, поставив нам глобальную задачу перешёл к более насущным моментам: